Анабиоз - Илья Бушмин

Все минувшие дни я, валяясь в кровати и набираясь сил, маялся от безделья. И в голову снова полезли мысли о Жене. Меня так и подмывало позвонить ей. Хотя бы, чтобы услышать ее голос. История с «нищей мафией» вывернула меня наизнанку, и в прошедшие дни я не мог думать ни о чем, кроме как о превращенном в инвалида Сергея. Сейчас все было позади и, к счастью, брат не стал их жертвой. Снова неизвестность. А вместе с неизвестностью вернулась и Женя.

В голове вертелись ее слова, сказанные во время нашей последней встречи. «Ты мне понравился очень, когда мы познакомились. Ты знал об этом? Такой необычный парень. Не похожий ни на кого из тех, кого я знала. Я даже подумала: «А вдруг это оно? Любовь с первого взгляда?».

Я гнал вспоминания прочь. Выходило паршиво. Я боролся с собой, заставлял себя даже не думать звонить Жене. Объяснял себе, что лучше не будет — наоборот, станет только хуже.

А сам постоянно ждал, что Женя позвонит сама.

…Около 11 вечера под покровом темноты я впервые за дни, прошедшие после бойни на пустыре, отправился на вокзал. Меня встретили яркие тоскливые уличные фонари, силуэты торопливо спешащих людей с сумками, слепящий свет фар автомобилей, не стихающий никогда гомон десятков галдящих людей со всех сторон и далекий заунывный голос диспетчера, объявляющего прибытие очередного поезда.

Я отправился в бар, где уже знакомый мне охранник дал неделю назад надежду на встречу с Алиной или ее подругой. Была пятница, и людей в помещении было неожиданно много. Трое местных парней, с виду типичных гопников, тянули пиво за столиком напротив стойки и голодными глазами поглядывали на девушек. Большая компания человек из десяти занимала сразу два столика. Они что-то отмечали — вино, коньяк, тосты и смех. В углу двое мужиков глушили водку с грустным видом — у них явно что-то стряслось. К алкоголю человек обращается, когда ему либо слишком хорошо, либо чересчур плохо. Четыре матрены в возрасте, полные, в нелепо смотрящихся в этом привокзальном кабаке нарядных платьях, выпивали вино и шушукались о чем-то своем, явно никому не интересном. За одним из столиков скучала девушка с высокой грудью в обтягивающем, подчеркивающем фигуру синем платье. Перед ней стоял бокал мартини, а сама она тихо говорила по сотовому и с унылым видом поглядывала на остальных.

Не было только охранника, давшего мне надежду. Сегодня на барном стуле у двери сидел другой тип. Бармен тоже был незнаком. Может, оно и к лучшему. Я подсел к стойке и заказал кружку пива.

— Алина не появлялась?

— Еще раз? — скривился бармен.

— Алина. Шалава. Потаповская подружка. Не появлялась сегодня?

Бармен неопределенно пожал плечами, пододвинул мне наполненную кружку и тут же потерял ко мне всякий интерес. Но я не сдавался. Дождавшись, когда он снова окажется напротив меня, я снова открыл рот:

— Ты в принципе на вопросы не отвечаешь, или это я рожей не вышел?

— Простите? — скривился бармен.

— Чувак, ты слуховой аппарат дома забыл? Алина. Она была здесь сегодня?

Бармен занервничал.

— Послушай, моя работа наливать пиво, а не отвечать на вопросы. Если тебя это не устраивает, можешь пойти в какое-нибудь другое место.

Он даже кивнул охраннику, и тот вальяжно направился ко мне.

— Парень, проблемы?

— У меня нет. У вашего бармена с нервами — однозначно. Валерьянку или травяной настой не пробовал?

Охранник положил мне руку на плечо.

— Выйдем.

— Пипец, — удивился я, поднимаясь вместе с кружкой. — Вы тут все тукнутые, что ли?

Я первым направился к двери, ведущей в уже знакомый мне предбанник. Охранник поспешил за мной.

— Кружку куда потащил?!

Я дождался, когда дверь в основной зал закроется за ним.

— Я говорю, кружку оставь.

— Я заплатил за это пиво. Вернешь деньги — оставлю.

— Парень, ты че борзый такой? Мне ментам, что ли, позвонить?

— Позвони, — согласился я. — Я купил пиво, но не успел сделать глоток, как меня отсюда уже вышвыривают. Не дав выпить пиво, за которое я заплатил. Кидалово какое-то просто. Так что базара нет, давай, звони ментам. Я сразу на вас заяву и накатаю.

Охранник растерялся. Но терять репутацию он не хотел, поэтому потянул руку к дубинке на поясе.

Опять…

Мысленно чертыхнувшись, я дернул кружкой и выплеснул все ее содержимое охраннику в лицо. Он шарахнулся назад, вздрагивая и продирая залитые пенным напитком глаза. А когда продрал, его дубинка уже была у меня.

— Ээ…?!

Что означал этот возглас, мне не было интересно. Я прижал охранника к стене и двумя руками вдавил резиновую дубинку ему в горло.

— Если я как следует двину тебе этой хреновиной, ты проваляешься тут минут пять, — прорычал я. — А когда оклемаешься, я буду уже хрен знает где. А ты наверняка потеряешь работу, потому что как охранник ты — лох последний. Понимаешь?

С ужасом глядя на меня, охранник покивал.

— Вот и хорошо. Чего все нервные такие? Я просто задал твоей подружке вопрос. Что за дела?

— Менты, — прохрипел охранник. — Каждый день пасутся. Клиентов шугают. И тоже задают вопросы. Поэтому мы не любим вопросы.

— А я рискну. Алина была здесь? Только не спрашивай, какая, у меня терпение тоже не бесконечное.

— Нет.

— А ее подружка?

— Какая?

— Мне плевать, какая. Тут пасется ее подружка. Она была здесь?

Охранник поколебался. Дубинка давила ему на горло. Морщась, он с трудом сглотнул.

— Она и сейчас здесь… Сидит в зале. Пьет мартини.

— В синем платье?

— Да…

— Хорошо. Сейчас ты идешь к ней и предлагаешь ей выйти на улицу. Помнишь, как в кино? «Кажется, вам пора освежиться». Если ты этого не сделаешь, после закрытия вашего гадюшника я вернусь, и мы поговорим снова. Сделаешь все как надо, тогда не увидишь меня больше. Лады?

— Лады…

Я отпустил его горло. Дубинку забросил за стойку гардеробной, закрытой на зафиксированную висячим замком решетку.

— Скажешь, что в неравном бою выгнал гопника из бара и с честью выполнил работу. В пылу сражения с превосходящими силами противника дубинка случайно улетела, но ты одолел супостата голыми руками.

— Чего?

Я вздохнул.

— Иди, говорю.

Утирая мокрое от пива лицо, охранник поплелся внутрь. А я покинул заведение. За дверями меня встретила кромешная тьма. Издалека доносился шум вокзала, но здесь, на примыкающей к площади улочке, было тихо и безлюдно. Я отошел к углу здания и закурил, внимательно осматриваясь по сторонам на случай, если у охраны бара есть неожиданные сюрпризы. Например, пара молодчиков с битами в шаговой доступности от кабака.