Подарок от злого сердца - Анна Данилова

– Какое еще колесо мести?

– Понимаешь, теперь, когда она все знала о Русалкине и понимала, с кем живет, она внушила себе мысль о том, что он должен быть казнен. Как и Шаталов.

– У нее что, крыша поехала?

– Полетела. Точнее, ее окончательно снесло. Она не могла больше жить в своих страхах, среди своих призраков. Вот это ее дневник. Его страшно читать даже здоровому, нормальному человеку. Ее психика не выдержала такой нагрузки! Идея искоренить зло в лице людей, с которыми ей пришлось столкнуться, поглотила ее. И Лара все это видела. Она понимала, что подругу ждет психиатрическая лечебница. Между тем Тамара продолжала играть роль любящей жены.

– Что случилось с Русалкиным?

– Она отравила его. Банально. Ядом. Накапала на телефонную трубку. Телефон потом выбросила. Если этот яд вдохнуть, сердце остановится.

– Но кто же убил ее? Шаталов?

– Нет. Она пришла к Ларе, когда та была одна, и рассказала о своем плане. Она говорила что-то о своей миссии. Лара поняла, что это конец: Тамара теряет разум, а она, Лара, – подругу. Но что она могла сделать? Тамара попросила Лару помочь ей разделаться с Шаталовым.

– Как это? Убить, что ли?

– Нет. Она придумала более изощренный способ мести за то, что тот, по сути, в ресторане стрелял в нее, не узнав Марину.

– Но почему он не узнал Марину?

– Да потому, что ему и в голову не могло прийти, что это может быть она! Знаешь, иногда человек видит то, что хочет видеть. Разве с тобой такого не бывало?

– Бывало.

– К тому же он был пьян, как и всегда в последнее время.

– Так кто убил Тамару?

– Она пришла к Ларе и попросила ее об одной, последней услуге. После того как все будет кончено, Лара должна будет бросить пистолет с отпечатками пальцев Шаталова в мусорный бак.

– Ничего не поняла! Что кончено?

– Она застрелилась.

– Застрелилась?! – Мира открыла рот.

– Да. Сама. Лара, выполняя ее последнюю волю, отнесла пистолет, забрызганный ее кровью, в мусорный бак. Это был тот самый пистолет, из которого Шаталов убил братьев Седовых и Мичурина и который хранился у Русалкина. Понятное дело, на пистолете могли быть отпечатки только пальцев Вадима. А чтобы Шаталов не смог отвертеться, чтобы у него не было алиби на момент убийства – то есть ее самоубийства, – Тамара придумала, как посадить его под домашний арест. Она и прежде бывала у Шаталова, делала вид, что продолжает поддерживать с ним дружеские отношения, познакомила его с Ларой. Вот Лара и напоила его чаем, который заваривала сама. Они пытались сделать все возможное, чтобы у него не было алиби, чтобы его арестовали по обвинению в убийстве не только Тамары, но и Седовых, и Мичурина. Тем более что последних на самом деле убил Шаталов.

– Она застрелилась… – Мира все еще находилась под впечатлением услышанного. – Бедная девушка!

– Понимаешь, она так тепло относилась к Марине Русалкиной, когда знала ее как постоянную посетительницу ресторана, так восторгалась ею, что все последующее показалось ей чем-то противоестественным, нереальным. Она не смогла это пережить, не могла понять – как это ее, ни в чем не повинную официантку, могли просто взять и застрелить? И хотя они никогда не были лично знакомы с Мариной, то, что сделала Русалкина, было воспринято Тамарой как настоящее предательство. Тамара посчитала, что такие люди, как Марина, ее муж Русалкин, Шаталов, опасны, что они не должны жить. И когда застрелили Марину, она восприняла это как знак сверху. Что это своеобразная казнь свыше, понимаешь? Обо всем этом она пишет в своем дневнике. Причем если в самом начале ее записи носят более-менее стройный, логичный характер, то потом мысли ее путаются, она начинает разговаривать с призраками Русалкина и Марины. Они словно живут рядом с ней, где-то в параллельном мире, куда собралась и она.

– Да она заболела! Ей надо было помочь! Почему Лара ничего не предприняла?

– Тамара предупредила ее, что если та попытается упечь ее в психушку, то она повесится там, но тогда на свободе останется Шаталов. И что если Лара сделает это, то и виновата будет только она – Лара. Тамара измучила Лару своими доводами, планами, желаниями. Но самым большим испытанием было для Лары, когда Тамара показала ей завещание, где все, что она получила в результате своего вдовства, завещала своей близкой подруге. «Вот, – сказала она, – я все оставляю тебе. И когда меня не станет, первой подозреваемой будешь ты, Лара. Именно из-за этого завещания и еще потому, что ты в момент так называемого моего убийства будешь находиться поблизости, в ресторане. Но тебе надо будет с этим справиться. Покажешь им мой дневник, расскажешь все, но не сразу, а лишь когда тебя прижмут, когда над тобой нависнет реальная опасность».

– Подожди! Она же вернулась работать в ресторан. Зачем?

– Не могла оставаться одна дома. Она пишет в своем дневнике, что в квартире, помимо нее, живут еще и Русалкин со своей женой. И что она устала от их общества.

– Это клиника, – вздохнула Мира.

– Понимаешь, она словно хотела вернуться в свою прежнюю жизнь – до того, как ее чуть не убили на даче.

– А роман Тамары с Шаталовым? Переписка, вернее, ее любовные письма к нему?

– Это тоже часть плана, придуманного Тамарой. Она писала эти письма нарочно, чтобы Лара потом подтвердила, что у них был роман, сложные отношения и что это Шаталов убил ее. Шаталов понятия не имел об этих письмах, тем более о чувствах Тамары к нему, но, помня, что они когда-то были любовниками, он мог сказать Марку, что между ними существовали какие-то отношения, после чего он бросил ее.

– Может, ему просто льстило, что его кто-то любит, к тому же, как оказалось, существовали какие-то письма, написанные Тамарой. Ему бы с самого начала все отрицать – мол, ничего никогда не было, но он же дурак!

В дверь постучали. Вошел Марк.

– Рита. Там к тебе пришли.

Рита с Мирой переглянулись.

– Кто?

– Любительница пионов.

Рита встала, ей показалось, что в воздухе произошло какое-то движение, словно теплый и порывистый ветер коснулся ее лица.

Вошла Лара Британ. Она была не одна. Рядом с ней – молодой человек интеллигентного вида, в руках – букет белых лилий.

– Это вам. – Он неловко протянул букет Рите. – Мы вас с таким трудом нашли! Долго плутали.

– Рита, я понимаю, что немного опоздала, и натюрморт, быть может, уже продан. С пионами, – сказала Лара, осматривая мастерскую. И тут ее взгляд остановился на прикрытой холстом работе.

Рита подошла и сняла холст. Лара улыбнулась.

– Смотри, Сережа, вот они! Видишь, они как живые. Вот никогда бы не подумала, что не буду спать из-за натюрморта!

– Но почему именно этот, с пионами? – спросила Рита.