Шустрое ребро Адама - Дарья Калинина

— Почему-то умолчал, — усмехнулся Картохин. — Значит, все остальное из моего рассказа вы не отрицаете?

— Нет, отрицаю! Моя тетя не убивала Дикаря с Гариком. Она просто не успела бы доехать до Зеленогорска и вернуться. К тому же у нее есть свидетель. С ней все время была моя мама — ее сестра.

— И она, конечно же, готова подтвердить ее алиби?

— Да, подтверждаю! — сказала Тамара Ильинична, но никто даже не взглянул в ее сторону.

— Да в городе сколько угодно высоких светловолосых женщин! — возмущалась Мариша. — Почему бы вам всех их не арестовать?

— Потому что далеко не все они являются владелицами темно-синих иномарок с двумя семерками в номере, — сказал Картохин.

— Моя сестра не смогла бы проехать и сотни метров, — сказала Тамара Ильинична. — У нее очень плохое зрение.

— Это выяснять врачам, — возразил опер. — Серафима Ильинична, потрудитесь проехаться со мной.

Мы хотим задать вам несколько вопросов. Но если вы откажетесь… В общем, мне бы не хотелось на виду у всего двора надевать на вас наручники.

— Боже мой! — простонала Серафима Ильинична. — Что же будет с Валерианом? Кто будет говорить с похитителями, если меня арестуют? Капитан, — польстила она Картохину, — не могли бы вы оставить меня под домашним арестом? Клянусь, я не убегу.

— Нет, не могу, — проговорил Картохин. — И перестаньте валять дурака. Вы прекрасно знаете, что ваш муж в надежном месте и ему ничего не угрожает. Да, в надежном месте, потому что вы же его туда и доставили из того дома в Зеленогорске…

— Постойте! — перебила Мариша. — Но та женщина в Зеленогорске вышла из дома одна. С ней никого не было.

— Да какая разница?! — разозлился опер. — Ваша тетя вполне могла спрятать своего мужа еще раньше.

А в Зеленогорск поехала просто для того, чтобы замести следы и уничтожить свидетелей. Так что ее машину я тоже забираю. На предмет обнаружения в ней следов преступления.

— Интересно у вас получается! — возмутилась Тамара Ильинична. — Чтобы замести следы столь ничтожного преступления.., оно и преступлением-то вряд ли может считаться — так, семейные дрязги, — моя сестра хладнокровно убивает двоих мужчин. Вы из нее монстра-то не делайте! И ведь она поехала туда не мужа вызволять, вы сами подтвердили, что она вышла из дома одна.

— Одна или нет — мы точно не знаем, — сказал Картохин. — Свидетель мог не разглядеть.

— Конечно, две семерки он разглядел, а вот взрослого мужчину рядом с той блондинкой не увидел, — съехидничала Тамара Ильинична. — Оставьте мою сестру в покое. Сегодня ей будут звонить похитители ее мужай…

— Молчать! — взревел Картохин.

Тотчас же все замолчали — в том числе бабки на лавках, дети в песочнице и жильцы на балконах, вышедшие погреться на солнышке, — и с любопытством уставились на опера.

— Хорошо, я поеду, — кивнула Маришина тетка. — Только не орите на весь двор. Рано или поздно вы поймете, что я невиновна, и выпустите меня. Поэтому я поеду с вами, а то вы меня окончательно опозорите перед соседями, а мне тут жить.

— Сима, а как же похитители? — в растерянности проговорила ее сестра.

— Ты поговоришь с ними вместо меня. У нас голоса похожие.

— А Валериан? Он ведь поймет, что я — это не ты.

— Ничего он не поймет! — отмахнулась Серафима Ильинична. — В случае чего скажи, что у тебя насморк.

Но он же заподозрит неладное!

— А что я могу сделать? — пожала плечами Серафима Ильинична, она направилась следом за Картохиным к его машине.

— Слава богу, он хоть догадался приехать без мигалки, так что репутация Серафимы Ильиничны не очень пострадает, — пробормотала Софочка. — Знаете, я хочу поехать с ними в милицию и посмотреть, чем можно помочь… Уверена, что Валериан Владимирович это одобрил бы. А здесь вы и без меня справитесь. Вы ведь и так знаете, чего добиваться от похитителей. Главное, чтобы они разрешили поговорить с Валерианом Владимировичем. Хотя бы несколько минут. В конце концов, вы имеете право знать, как он себя чувствует.

И Софочка поспешила следом за Серафимой Ильиничной. В следующее мгновение из машины Картохина вылез еще один мент. Он был невысок, упитан и коротко стрижен. Выражение его лица едва ли являлось свидетельством острого ума. И тут толстячок расплылся в ухмылке; причем смотрел мент в этот момент вовсе не на Серафиму Ильиничну, а куда-то в сторону.

Я повернула голову и успела заметить Севу — он скрылся за углом дома.

— Привет бывшим от настоящих! — заорал напарник Картохина; он, конечно же, имел в виду Севу, но тот явно не желал отвечать на приветствия.

— И что нам теперь делать? — проговорила Тамара Ильинична, глядя вслед машине, увозящей ее сестру.

— Ждать звонка похитителей, — сказала Мариша.

— А потом? Нам ведь с ними без милиции не справиться…

— Предлагаю решать проблемы по мере их поступления, — ответила Мариша. — А то окончательно рехнемся. И потом… Не забывай, что среди нас один милиционер все-таки есть. Хоть его и выгнали, хватка у него, наверное, осталась. Правда, Сева? — Она повернулась к подошедшему парню. — Мама, познакомься. Это тот самый таинственный Сева, который спас тетю Симу и про которого она нам столько рассказывала. Но почему же тетка забыла упомянуть о том, что он бывший мент? Сева, ты не знаешь? Может быть, потому, что она и сама об этом ничего не знала? А ну-ка, Сева, живо колись, зачем ты следил за моим дядей?

— Давайте не на улице, — в смущении пробормотал молодой человек. — Я вам все объясню, не беспокойтесь. Вижу, что пришло время сказать правду, но только дома, когда мы все сядем поудобнее. Поверьте, моя история слишком длинная, чтобы рассказывать ее здесь, во дворе. К тому же, пока мы тут болтаем, могут позвонить похитители.

— Ладно, уговорил, — кивнула Мариша.

Мы всей компанией — Лена тоже появилась — поднялись в квартиру Серафимы Ильиничны и уселись поудобнее, как настаивал Сева. Парень немного помолчал, собираясь с мыслями, потом заговорил…

Все началось и в самом деле не вчера. Заварушка, в которую попал дядя Валериан, оказалась нешуточной.

Несколько месяцев назад Севе удалось напасть на след одной банды. Причем это была очень странная банда…

Единственная жертва ее деятельности — во всяком случае, больше никто не обращался в милицию — не смогла ничего толком рассказать. Каков состав преступной группы, кто главарь, кто разрабатывает операции — об этом ничего не было известно.

— В один злосчастный день в мой кабинет зашел молодой человек, — рассказывал Сева. — Если бы я тогда знал, какие неприятности свалятся на мою голову, если бы знал, что даже лишусь работы, — выставил бы посетителя вон. Ведь все равно ничем ему не помог, зато сам пострадал.