Черный байкер - Наталья Солнцева

* * *

Ренат мчался по шоссе, расцвеченному вечерними огнями. Хлопья снега летели в лобовое стекло его внедорожника. Он свернул во двор, где жила Мими, и увидел, что ее окна темны.

– Какого черта! – выругался он. – Я ведь приказал ей сидеть дома! Лариса тоже хороша…

Смутные картины всплывали в его сознании: труп в овраге… кабинет психолога… запрокинутое лицо Мими…

На этот раз задача оказалась суперсложной. Навыки, полученные у Вернера, не давали эффекта. Все, что они с Ларисой применяли, не срабатывало в полной мере. Танцовщица Зейнаб не торопилась делиться с ними своей тайной.

– Она обещала царственному возлюбленному вечное блаженство, – пробормотал Ренат. – После ее смерти Аурангзеб так и не оправился… Вечное блаженство! – повторил он, выезжая со двора на трассу. – Как оно выглядит, интересно? С чем его едят?

На повороте он сбросил газ и заметил в зеркале дальнего вида мелькнувший силуэт. Неужели байкер?

За ним в самом деле ехал мотоциклист. На перекрестке он вырвался вперед и помахал Ренату рукой, словно приглашая следовать за собой.

– Не сейчас, – процедил тот, борясь с искушением. – Я должен найти Мими и Ларису. Желательно поскорее. Они отправились к психологу, дурехи.

Байкер лихо повернул и скрылся в подворотне. Ренат поехал прямо. Через полчаса он притормозил у офиса Черкасова, но не спешил выходить из машины.

– Его нет в кабинете? – сам у себя спросил Ренат. И сам себе ответил. – Его там нет! Он… Ни хрена не понятно!

Треск мотоцикла заставил его вздрогнуть и повернуться вправо. Из-за угла стремительно приближался байкер. Он остановился в двух шагах от внедорожника, выключил двигатель и замер.

Ренат вышел из машины и окликнул его:

– Эй ты! Давай поговорим!

Мотоциклист не шевельнулся. Он не подал виду, что слышит обращенные к нему слова. Его лицо пряталось под шлемом.

– Ты кто? – крикнул ему Ренат. – Может, познакомимся поближе?

Мотоциклист казался статуей, так он был неподвижен и тих. Падающий снег придавал его фигуре, оседлавшей «Хонду», зловещие очертания. У Рената мурашки поползли по спине. Он сел обратно в машину и закрыл дверцу. Телепатический контакт с байкером тоже не состоялся. Тот оставался глух и нем.

– Не хочешь, не надо… Черт с тобой!

Ренат старался не обращать внимания на байкера. Ему следовало идти в кабинет психолога, но он продолжал сидеть в машине, как приклеенный. Они с мотоциклистом оба чего-то ждали.

Ренат потерял ощущение реальности. Его беспокойство нарастало. Байкер мешал ему сосредоточиться. Какие-то черные точки мелькали перед его глазами, словно стая мух.

Мотоциклист, не скрываясь, демонстрировал себя Ренату и тем самым показывал, что ничего не боится. Неужели это Нартов? Тогда все становится на свои места… Мертвому море по колено.

Отворилась стеклянная дверь, и на улицу выкатился толстяк в желтом пальто. Его лицо пылало, он шел зигзагами, будто пьяный. Ренат узнал в нем Каратаева. Тот только что побывал в кабинете психолога, и увиденное там повергло его в шок.

Дальнейшие события развивались молниеносно, так что невозможно было ни предугадать их, ни предотвратить. Мотоцикл зарычал, сорвался с места, сбил толстяка и скрылся между домами.

Каратаев лежал боком на тротуаре, похожий на громадного желтого тюленя. Ренат выскочил из машины и склонился над ним. Управляющий хрипел, его губы посинели.

– Вот мерзавцы, совсем совесть потеряли, – проговорил кто-то над ухом Рената. – Людей сбивают, как кегли!

Он догадался раньше, чем увидел, кому принадлежит этот глуховатый голос.

– Вернер?

Рядом с ним стоял крепкий мужчина в коричневой куртке и с непокрытой головой. Бритый череп блестел в свете фар, выпуклые глаза были опущены.

– У него удар, – кивнул Вернер в сторону пострадавшего. – Он умирает не от полученных травм, а от испуга. Показательное выступление!

– Вы имеете в виду байкера?

– Вот, что будет с теми, кто лезет не в свое дело. Парень заранее пригласил вас на это шоу?

Ренат вспомнил, как мотоциклист на перекрестке махал ему рукой, и удрученно подтвердил:

– Да, но я не поехал за ним.

– Иногда разные пути приводят в одно и то же место.

– Черт вас побери, Вернер…

Ренат выпрямился, злобно повернулся к собеседнику, но того словно и не было. На мокром снегу чернели отпечатки туфель с длинными носами. Следы есть, а тот, кто их оставил, испарился…

Глава 38

– Ты? – Лариса пропустила Рената в кабинет и закрыла дверь. – Как ты нас нашел?

– Где Мими? – спросил он.

– Здесь… с ней все в порядке. Она под действием ибоги.

Ему бросился в глаза мертвый психолог, сидящий в кресле за столом. Казалось, тот наблюдает из-под ресниц за незваными гостями. Шкаф был открыт настежь, на полу разбросаны бумаги.

– Это Каратаев натворил, – объяснила Лариса. – Он только что вышел отсюда. Искал «личность» покойного компаньона. Видимо, ему доложили, что Нартов посещал Черкасова, и он явился за материалами. Толстяк страшно испугался, увидев труп, но не отступил от своей затеи. Он вел себя как одержимый.

– А вы что здесь делаете?

– Потом расскажу. Мы с Мими едва успели спрятаться за ширму. Каратаев сразу кинулся рыться в шкафу. Он ничего не нашел, жутко разозлился и выскочил вон.

Ренат обвел взглядом кабинет и зашел за ширму. Мими казалась спящей. Ее зрачки бегали под синеватыми веками, губы кривились, руки подергивались.

– Она путешествует по зазеркалью…

– Нам пора уходить отсюда, – сказала Лариса. – Дежурный может проверить офисы, в которых горит свет.

– А Мими? Не тащить же ее на руках? Мы привлечем внимание. А в кабинете покойник!

Ренат склонился над девушкой и легонько похлопал ее по щекам. Она осталась безучастной.

– Черкасов был мертв, когда мы вошли. Мими очень испугалась.

– То-то я никак не мог понять, на месте он или нет. Кто-то косит их всех!

– Он и без того бы скоро умер…

– Боюсь, психолог поддался тому же искушению, которое погубило Нартова. Увы, вместо вечной жизни его настигла преждевременная смерть.

– Мими хотела заставить его признаться, какой код он требовал у нее. Но мы опоздали. Я знала, что так будет.

На стене тикали часы, за окном в чернильной тьме падал снег, укрывая город белыми пеленами. К утру все растает и останется грязная талая вода.