Очищение смертью - Нора Робертс

– Вам больше нечего сказать, Билли? – удивилась Ева. – Ну что ж, – она пожала плечами, – в таком случае нам придется разговаривать с другими людьми. Они тоже могли знать. И я ничего не смогу поделать, если эти люди захотят поговорить с кем-то еще… включая репортеров.

– Если это угроза… – начал Сэмюель.

– Я лишь делаю свою работу, – парировала Ева. – Это не угроза.

– Прошу вас, не надо, – тихо заговорил Билли. – Сэм, прошу тебя, сядь. Мне очень жаль. Мне очень, очень жаль. – Он откашлялся. Ева понимала, что это лишь уловка, чтобы выиграть время и привести мысли в порядок, – Только Бог без греха, Сэм.

– Нет! – Негодование на лице Сэма сменилось смятением. – Нет, Билли!

– Джимми-Джей – великий духовный лидер. Провидец и смиренное творение Господа. Человек, но человек со слабостями. Он пал жертвой похоти. Я советовал ему остановиться, как друг и как церковный староста. Он боролся с этой слабостью, но безуспешно, он поддался ей. Ты не должен из-за этого думать о нем плохо. Не бросай в него камень.

– Сколько раз? – нервно спросил Сэм.

– Одного раза довольно, так что это неважно.

– Это может быть важно для следствия, – вмешалась Ева.

– Насколько я могу судить, на протяжении последних нескольких лет он поддался этой слабости с шестью женщинами. Он боролся, Сэм, но это был его демон. Мы должны верить, что, будь он жив, он поборол бы демона. А теперь наша работа – защитить от всего этого Джолин и церковь. Нужно сохранить образ Джимми-Джея незапятнанным, чтобы Люк мог занять его место и продолжить работу.

– Убить Джимми-Джея, пока он совсем не утратил осторожность и не оскандалился публично, – заметила Ева, – отличный способ сохранить образ незапятнанным.

– Этот разговор окончен. – Сэм направился к двери. Его глаза сверкали гневом и слезами. – Не возвращайтесь сюда без ордера, а не то я подам на вас в суд за преследование и предвзятое отношение к официально признанной церкви.

Ева взяла свою камеру и, выключив ее, наклонилась к Билли:

– Я знаю, что вы это сделали, – едва слышно сказала она. – Знаю, зачем вы это сделали. Я вас возьму. Вам решать, потащите вы за собой всех остальных или нет. – Она выпрямилась. – Говорят, признание может спасти душу. Пибоди, пошли.

Они вышли, оставив съежившегося на диване Билли и плачущего у дверей Сэмюеля.

В машине Пибоди поначалу сидела молча, пока Ева лавировала в потоке машин, уклоняясь от столкновения. Потом она покачала головой.

– Откуда ты знаешь, что он это сделал?

– Он же не едет в наручниках с нами в участок, так? – спросила Ева.

– Ну, может, мы еще не можем его арестовать. Пока. Но ты знаешь, ты знала. Как?

– Помимо того, что от него виной так и воняет?

– Ты серьезно? – удивилась Пибоди.

– Ну ладно, «воняет» – слишком сильное слово, – уступила Ева. – Но запашок чувствуется. Это он последним говорил с убитым. Это он составляет расписания, заботится о деталях. Это его дело – знать, что его хозяин замышляет в тот или иной момент. Плюс к тому он напыщенный ублюдок, как будто штырь железный в заднице, как у нашего Соммерсета. Ну и добавь к этому изменения в голосе, в выражении глаз, когда он упоминает имя Джолин.

– Я это заметила, но только сегодня.

– В тот раз я его допрашивала, а не ты. Он в нее влюблен. Она без понятия, но это сути дела не меняет. Просмотри еще раз запись с места убийства. Билли в кулисах, когда Дженкинс начинает задыхаться и корчиться, но он остается на месте и выбегает из кулис, только когда Джолин падает. И он бросается к ней, а не Дженкинсу, на того он даже не смотрит.

– Да, это я тоже заметила, – кивнула Пибоди, мысленно прокручивая запись в памяти. – Но там было столько суеты, я как-то не придала значения. Думаешь, он на это пошел, чтобы заполучить Джолин?

– Он не хочет так думать, не позволяет себе так думать. Но это подводное течение. Сильнейшее. Я думаю, он убил Дженкинса – во всяком случае, так он сам себе это объясняет, – потому что поведение Дженкинса и его отказ прекратить похождения могли обрушить церковь и разбить семью. И еще я думаю, он это сделал, потому что Дженкинс был недостоин своего поста и своей семьи. Так он считает.

– Он наделал много ошибок, – заметила Пибоди. – Даже если бы от него не пахло виной, все равно мы пришли бы к нему.

– Он действовал импульсивно. – Ева стремительно проскочила перекресток на желтый свет. – Услышал об убийстве священника и ухватился за идею. Ничего заранее не продумал, не то, что убийца Лино. Он просто прыгнул. Рефлекс.

– А чего ты на него не надавила? – удивилась Пибоди. – Мы могли бы притащить его на допрос и выкачать из него все – с адвокатом или без.

– Ничего, его совесть заест и к нам приведет. – Ева бросила взгляд на часы на запястье. – Долго он не продержится, захочет снять грех с души. А если нет, если я ошиблась, тогда мы сами его возьмем. Ну а пока давай проверим, сумеем ли мы дознаться, откуда он взял цианид. Он и тут действовал импульсивно. И это случилось в последние два дня. Уже после убийства Лино. Да, а заодно посмотрим, как Макнаб справляется с разными Лино.

– У меня идейка есть насчет Лино, – сообщила Пибоди. – Эта иконка… Только мать могла сделать такой подарок сыну. Она хотела дать ему на память нечто особенное, чтобы это было только от нее. Может, она к тому времени была одинокой. Мы могли бы взять твой список и посмотреть, у кого из детей были одинокие матери или разведенные – хотя, я думаю, у католиков развод до сих пор большая проблема, – или матери, которых бросили мужья, и вдовы.

– Хорошо, Пибоди. Просто отлично. Давай в этом покопаемся. А еще лучше ты в этом покопайся. Мне надо встретиться с Мирой.

– Я начну копать. Честно говоря, у меня тоже назначена встреча. В тринадцать ноль-ноль, с Надин и Луизой, если на работе ничего срочного не будет. У нас будет вроде как деловой девичник – обсудим список подарков невесте.

– «Девичник» – что за идиотское и унизительное слово.

– А по-моему, милое и старомодное. Ладно, назовем это последней вечеринкой холостячек. – При одной мысли о вечеринке Пибоди нетерпеливо заерзала на сиденье. – В общем, мы решили, раз уж свадьба скоро, совместим оба мероприятия. Я думала, ты обрадуешься.

– Ладно, ладно, – проворчала Ева.

– Твое присутствие обязательно.

– Только никаких игр! – Ева оторвала руку от руля и погрозила пальцем. – Считай, я провела черту на этом месте. Никаких игр, лотерей и стриптизерш.

– Есть. Видишь? Все просто.

«Слишком просто», – подумала Ева, но думать об этом ей было некогда: они как раз въехали в служебный гараж.

– Свяжись с Макнабом, – распорядилась Ева, – и начинай перекрестную прокачку. Я иду на встречу с Мирой. Вернусь через час.