День гнева - Чингиз Абдуллаев

— Ты можешь отключить эту машину?

— Нет. Только дополнительные заряды.

— Тогда беги и предупреди всех. А я вынесу устройство вГайд-парк.

Она подошла к адской машине, осмотрела ее и осторожноотключила два провода.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — произнес Дронго.

— Меня этому учили, — выдохнула она.

Он обернулся, посмотрел на Джил.

— Уходите! — заорал он. — Вон отсюда! Вон!

— Не кричите, — попросила она.

— Уходите, — снова крикнул Дронго, — здесь опасно! Быстрее!

Джил, повинуясь его властному крику, попятилась к дверям.

— Графиня? — спросила Суслова, отключая третий провод. —Значит, это ее ты сегодня спас?

— Сколько можно объяснять, что я никого не спасал. Простооттащил ее от машины. Таймер не останавливается, ты убрала все три провода.

— Его невозможно остановить, — объяснила Лена, — нужно знатькод. Я отключила дополнительные заряды. Осталась всего минута.

— Беги вперед, — сказал он и рывком поднял взрывноеустройство, прижав его к себе.

Лена побежала, Дронго следом за ней. С лестницы ужеспускались люди. Началась паника.

— Дорогу, — крикнула Суслова, — дайте дорогу, у насвзрывчатка, дайте дорогу!

Никто не обращал на нее внимания. Пришлось дважды выстрелитьв потолок. И сразу все взоры обратились к ней.

— Дорогу, — кричала Суслова, — дайте дорогу!

Медленно, не очень охотно люди на лестнице расступились.Лена оглянулась на Дронго и побежала дальше. Он нес взрывное устройство,прижимая его к груди, и теперь время, казалось, отсчитывал не таймер, а егосердце.

Лена бросилась в холл и увидела там нескольких сотрудниковслужбы безопасности. К ним подбежал их начальник.

— Перекройте дорогу, — попросил Дронго, — осталось сороксекунд, перекройте дорогу, чтобы мы успели добежать до Гайд-парка.

— Сейчас. — Начальник службы безопасности выскочил на улицу.За ним выбежали его сотрудники. Дорога была перекрыта в считанные секунды. Ленабежала впереди, Дронго за ней. Они обогнули ограду и помчались дальше.Оставалось двадцать секунд. Вот уже Гайд-парк. Но вокруг дети, женщины, многотуристов.

— Всем разойтись, — кричала Суслова, паля в воздух изпистолета, — всем разойтись! У нас бомба!

Мамаши хватали детей, стараясь увести их подальше. Дведевушки верхом на лошадях испуганно шарахнулись в сторону. Пятнадцать секунд.Дронго огляделся. Центр парка опустел. Но до него надо еще добежать.

— Я туда, — он показал на пустую футбольную площадку, — а тыбеги с другой стороны и к площадке никого не подпускай.

— Не успеешь, — прошептала Елена, глядя на таймер.

— Беги, — прохрипел он. Он никогда в жизни не бегал такбыстро. Спортом не занимался давным-давно. Даже физзарядку бросил. И теперь,набрав под сто десять килограммов веса, бежал из последних сил. Семь секунд. Онбросил наконец взрывное устройство и в полном изнеможении рухнул на землю.

— Беги! — отчаянно закричала Лена, но бежать не было сил. Вэтот момент Дронго увидел девочку лет четырех. Видимо, она вырвалась от материи теперь мчалась прямо к бомбе. Мать истошно кричала. Все замерли. Дронго сшибдевочку с ног, схватил в охапку. В этот момент произошел взрыв, и Дронго вместес ребенком отбросило в сторону.

Он упал на траву, прикрыв своим телом малышку, а со всехсторон летели обломки камней, сломанные ветки, щебень. Через секунду все былокончено. Девочка громко плакала, испугавшись чужого дяди. Он приподнялся,ощупал девочку, она была в полном порядке, руки и ноги целы, только на лицессадина, видимо, от падения. Дронго счастливо улыбнулся девочке, поставил ее наноги, подмигнул. Потом огляделся. Кажется, никто не пострадал.

— Живой? — спросила, примчавшись, Суслова, сияя улыбкой. —Ты живой?

Он попытался сесть, но снова упал. Нестерпимо болело плечо.

— Что там? — спросил у Елены.

— Ничего страшного. — Она посмотрела плечо. — Разорванамышечная ткань, видимо, камень попал. Но крови много.

— Ничего. Это даже полезно. В моем возрасте и при моем весеиногда не мешает спустить кровь, — пошутил он.

К ним уже бежали мать девочки, начальник службы безопасностиотеля, полицейские, случайные прохожие.

— Вот это марафон, — сказал Дронго, — кажется, я поставилмировой рекорд.

— Какой ты… — Лена хотела что-то сказать, но толькоулыбнулась сквозь слезы.