Все оттенки лжи - Марина Серова

– Дам, все дам, – пообещал ему лже-Козырь. – Имей терпение. Значит, через час в «Журавушке».

Связь отключилась. Я посмотрела на Романенкова, он вместе со мной слушал запись.

– Ну что? – смерила я его победным взглядом, почему-то говоря шепотом. – Права я оказалась?

– Не хвались, Охотникова! – тоже шепотом ответил Стас. – Еще ничего не закончилось.

– Теперь уже от вас все зависит, – возразила я. – Я в «Журавушке» светиться не могу, он меня вмиг узнает.

– Да я и не настаиваю! Ты свое дело сделала, молодец!

– Ваше дело, Стас! – поправила я его. – Мое основное дело все-таки охранять клиентов, а не банду обезвреживать.

– Хорошо, хорошо, – улыбаясь, сказал Стас. – Наше дело, – подчеркнул он и со вздохом добавил: – Вредный же ты человек, Охотникова! И колючий!

– А ты не трогай – и не уколешься! – я подмигнула ему. – Значит, как только вы возьмете его, ты мне сообщишь.

– Лады! – отозвался Романенков. – А теперь давайте-ка поторапливаться.

Мы с Романенковым уехали вдвоем, прочие сотрудники полиции остались в доме, чтобы не насторожить бандитов своим внезапным отъездом. Принимать участие в операции по задержанию должны были другие люди.

Романенков отправился в кафе «Журавушка», я же отправилась в свою любимую кофейню «Восток-Запад», где выпила две чашки кофе и отведала три сорта мороженого. Настроение это сочетание вкусностей мне обычно поднимало всегда, но все-таки сегодня я не могла в полной мере ими наслаждаться. И хотя я не сомневалась в компетентности Романенкова и его сотрудников, все же мне хотелось, чтобы все поскорее закончилось, чтобы тяжесть, горой лежавшая на моих плечах все это время, свалилась к моим ногам.

Наконец, зазвонил мой сотовый, и я, увидев на экране номер Романенкова, почувствовала, как быстро забилось мое сердце. Я ответила:

– Да!

– Порядок, Евгения! – Голос Романенкова звучал весело. – Можешь ехать ко мне, в управление, мы как раз туда направляемся!

– Уже лечу! – воскликнула я, вскочив с места и бросив на столик деньги.

Сев в машину, я погнала ее к управлению по борьбе с организованной преступностью, где трудился в должности капитана полиции Станислав Романенков.

Мне удалось приехать туда раньше его. Припарковав машину, я закурила, чтобы снять нервное напряжение. И хотя я успокаивала себя, говоря, что все уже закончено, все-таки волнение мое никак не утихало.

Наконец подъехал полицейский микроавтобус – новенький, сверкающий на солнце лакированными черными боками. Первым из него вышел явно очень довольный собой капитан Романенков. Увидев меня, он помахал рукой и улыбнулся. Я подошла поближе. В этот момент из микроавтобуса вывели закованного в наручники главного злодея. Я повернулась к нему, поглядывая прямо в его налитые злобой глаза, и звонко произнесла:

– Здравствуйте, майор Хруцкий! Ну вот, а вы говорили, что этих бандитов нам взять не удастся! Никудышный из вас пророк получился! А я-то думала, что наша встреча состоится где-нибудь в Сочи… Ну да ладно, главное, что мы с вами вообще свиделись! И вы даже не представляете, насколько искренне я этому рада!

Хруст ответил мне тяжелым взглядом, усмехнулся и сказал:

– Ты что о себе возомнила, сучка?! Не знаешь, с кем связываешься?! Да я от тебя мокрого места не оставлю! И в этом городе тебе больше не жить!

– Боюсь, что вы первый смените место жительства, – холодно произнесла я и перешла на «ты»: – А угрозы свои можешь засунуть куда-нибудь подальше! Мне и не такое доводилось слышать. Тебе конец, Хруст! У тебя ничего нет, ты только пыль в глаза и умеешь пускать. И это знаем мы оба.

Хруст все сверлил меня своими круглыми серыми глазами, но тут один из оперативников подтолкнул его к дверям, так что я в последний раз увидела его широкую спину.