Три последних дня - Анна и Сергей Литвиновы

– Не будет никаких заголовков, – заверила обоих Татьяна. – Мы, все трое, умные люди. Сработаем чисто.

– От вас-то двух какой толк? – Майк смерил их с Дэном презрительным взглядом.

– Значит, ты согласен?! – просияла девушка.

– Не знаю пока, – осторожно ответствовал Майк. – Сначала мосты навести нужно.

Им повезло. Уже на следующий день, выяснил детектив, был намечен следственный эксперимент. Юлию Николаевну должны доставить на место одного из преступлений, в сторожевую башню. Повезут в сопровождении конвоя в спецмашине.

– Шоферит завтра Кларк, – просвещал их толстяк. – Я его знаю. Парень – пофигист, тупица и еще «траву» очень любит. Ты, Дэн, сегодня вечерком к нему подкатишься. Вместе выпьете, угостишь его косячком, с собой обязательно дашь. Лишь бы он не переборщил.

А уж стадо – на час – обошлось и вовсе в сто долларов.

– Ты гений, Майк, – с чувством произнесла Таня, когда их джип с тонированными стеклами рванул прочь с поля битвы.

– А ты теперь… нет, мы, все четверо, – вне закона, – хмуро откликнулся тот.

– Брось, – отмахнулась она. – Мы просто восстановили справедливость.

Все еще в эйфории, Таня пока не задумывалась о последствиях авантюры. Не ведала и о том, что скажет отчиму, когда, наконец, придется докладывать ему о случившемся. Главное, мама – пусть бледная, с опущенными плечами – жива-здорова и сидит с нею рядом.

* * *

Майк, с виду недотепа, предусмотрел действительно все нюансы.

Их джип практически сразу свернул с шоссе, петлял на плохоньких грунтовках, пробирался по лесным дорогам. Беспечный Дэн умудрялся еще вещать тоном экскурсовода:

– Проезжаем заброшенный сахарный завод, владения сэра Кристофера Кодрингтона. Раньше тут работали негры, то есть, пардон, афроамериканцы. В 1834 году рабство отменили, и все сразу пришло в упадок…

Таня не слушала, сидела как на иголках. Минуло уже больше часа, властям давно пора объявить какой-нибудь местный план-перехват, выслать на их поиски патрульные вертолеты. Однако никто их не преследовал, небо было чистым. А куда они едут – Майк не говорил. Лишь буркнул в своей вечно недовольной манере:

– Не дергайся. Все под контролем.

Наконец, джип затормозил у кромки поля. Ни моря поблизости – где бы их ждал катер, ни жилья, ни вообще малейших признаков жизни.

– Куда ты нас привез? – нахмурилась Татьяна.

Он взглянул на часы.

– Выгружайтесь, быстро! Сейчас все будет.

Таня вышла из машины. Просто рязанская губерния: зеленая трава, пчелы, медовые ароматы. Единственное отличие от российской глубинки – высоко в небе кондоры парят. А еще выше, за легкими облаками – тарахтит крошечный самолетик.

– Сейчас полетим на Гваделупу, соседний остров, – наконец снизошел Майк. – Там познакомлю вас с одним очень полезным человеком. Старший помощник на круизном судне. Поедете с ним по чужим документам, естественно. Порт назначения Фортендейл, Соединенные Американские Штаты.

А «кукурузник» уже над их головами, протарахтел, навонял керосином, лихо приземлился.

– Прошу, поднимайтесь на борт, располагайтесь, отдыхайте! – балагурил скульптор. – Вскоре после взлета вам будут предложены горячительные напитки и ужин!..

– Слушай, заткнись, а? – прикрикнул на младшего друга пожилой Майк.

Хотя все пока шло удачно, плохое настроение его не покидало. И на Татьяну он поглядывал очень странно. Прежде-то неприкрытое вожделение в глазах плескалось, а сейчас почти с сочувствием смотрел. «Будто догадывается, что авантюра наша добром не кончится, – подумала она. – Или…»

Задумалась, начала вспоминать, забеспокоилась… Как-то очень уж быстро удалось ей уговорить пожилого детектива совершить ради нее преступление. Восемьдесят тысяч долларов – конечно, здесь, на Антигуа, хорошие деньги, но неужели стоило ради них так рисковать? Свободой, может быть, даже жизнью?.. А Дэн – тот вообще непонятно зачем ввязался в эту историю. Гонораром с ним Майк делиться явно не намерен. Неужели только ради прекрасных Татьяниных глаз? Но ведь она не обещала ему ничего – кроме ни к чему не обязывающего свидания. Он, что ли, рыцарь бескорыстный?

«Или, что скорее, у них обоих собственный интерес?» – обеспокоенно подумала Садовникова.

Но только теперь куда уже отступать?

…Самолетик взлетел, в иллюминаторах промелькнули городские беленые домики, центральная площадь, собор Сен-Джонс, форт, злосчастная сторожевая башня…

«Вещи мои все там остались», – мелькнуло у Татьяны. Она, конечно, сдала свой чемодан в гостиничную камеру хранения, но доведется ли ей вернуться на остров? Возможно, да. Тоже, как маме, арестанткой.

Таню передернуло.

«Зря, ох, зря нагородила я огород, – покаянно подумала она. – Лучше б сразу, как про мамин арест узнала, позвонила бы Валерочке…»

– Не кисни, красавица! – перекричал шум мотора Дэн. – Жизнь прекрасна, нас ждет Америка! Небоскребы, биг-маки, сабвеи, Голливуд!

Даже мама, и та улыбнулась его энтузиазму.

Только огромный Майк по-прежнему оставался мрачен.

Хотя им продолжало везти и дальше.

Через полтора часа самолетик приземлился опять на неприметном поле. С краю его их ждала машина – без водителя, ключи в зажигании. Пилоту, Таня заметила, Майк не платил, только поблагодарил и руку пожал.

– Слушай, откуда все это? – заинтересовалась девушка. – Кто тебе помогает?

– О-о, наш детектив – большой человек! – дурашливо произнес Дэн.

– Замолчи, – вновь оборвал его тот. А Татьяне бесстрастно ответил: – Друзья.

– Да, друзей у него полно! – никак не успокаивался скульптор. – Самых разных. Сейчас старпома увидите – вообще обалдеете! Вы, кстати, как насчет рабочих профессий?

– В смысле? – не поняла Таня.

– А вас на теплоход, думаете, пассажирками возьмут? – хохотнул молодой человек. – В обслугу! Горничными, официантками… Или посуду мыть.

– Я могу работать крупье[18], – улыбнулась девушка. И обратилась к Майку: – И все-таки я не понимаю. Ты сказал, что мы поедем по чужим документам. Но у американцев пасс-контроль строжайший! Если в паспорте стоит штатовская виза – значит, в базе данных должны быть наши отпечатки пальцев. Они их всегда на въезде сверяют.

– Ну, значит, у вас будут американские паспорта! – беззаботно откликнулся Дэн. – Гражданам США отпечатки сдавать не надо.

– Тогда вы продешевили. Штатовский паспорт – один! – дешевле, чем за сто тысяч, купить невозможно, – парировала Таня.

– Можешь нам доплатить, я не возражаю! – окончательно развеселился скульптор.