Врачебная тайна - Галина Львовна Романова

Вот потому-то и решила она заскочить сегодня до полудня к этому красавчику в офис. Поболтать ни о чем, пофлиртовать. Он был умным дядечкой, понимал все ее телодвижения, понимающе играл бровями, хмыкал и ухмылялся именно так, как и должно. И она специально не стала брать машину. Может, уговорит его довезти ее до дома? Потом предложит зайти выпить кофе. Он может и не отказаться, а? И если учесть, что Антон дома совсем не появляется, у нее имеется стопроцентный шанс затащить этого накачанного симпатичного детектива в кровать. При мысли об этом у Аллы мило замирало сердце и екало внизу живота.

Она тщательно почистила перышки, придирчиво полистав вешалки, оделась, не став излишне оголяться, но и не пакуя себя по самые уши. Долго мерзла на остановке в замшевых высоких сапожках на тонкой подошве и высоченных каблуках. Потом еле дошла от остановки до крыльца офиса детективного агентства. Осторожно ерзала подошвой по скользкому тротуару и все время смотрела себе под ноги, боясь растянуться. Шла минут десять расстояние в двести метров, поднялась по ступенькам, вошла внутрь. Тут же прилипла к зеркалу в уютном милом коридорчике с искусственной березой и шершавым темным ковролином на полу и удовлетворенно улыбнулась. Прогулка, отягощенная гололедом, пошла ей на пользу. Щеки разрумянились, глаза горят.

«Замечательно выглядишь, Алла Ивановна», – похвалила она себя и вошла в приемную.

Секретарша Зайцева подлетела мотыльком, поспешила подхватить сброшенную ей на руки шубу, сразу же, как и полагалось поступать с vip-клиентами, провела ее в кабинет к начальству.

И что же? Он ее совсем не ждал, оказывается. Более того, он был удивлен ее визиту.

– Разве мы не расставили все точки над i, Алла Ивановна? – уточнил он, упорно глядя мимо нее и разгребая при этом горы каких-то бумаг на столе.

– Не поняла? – Она нервно улыбнулась и как можно дальше вытянула вперед длинные ноги в дорогих чулках.

Жест был оставлен без внимания. Более того, он, кажется, Зайцева взбесил. Потому что он вдруг стал орать, брызжа слюной, орать и мотать перед ее носом бумагами.

– Мы все выяснили, кажется! За вами никто не следит! Вам никто не звонит! Вот видите у меня в руках бумаги? Видите? Это знаете что?

– Что?

– Это распечатки ваших звонков на домашний и мобильный. Вы ведь написали мне доверенность на то, чтобы я получил эти распечатки, так? – соврал Зайцев.

Конечно, он действовал вне закона, подключив старые связи. Но клиентке об этом знать совершенно необязательно.

– Так.

Она не помнила, чтобы подписывала именно доверенность. Но среди той горы документов, которые были скреплены именно ее подписью, вероятно, была и доверенность.

– Так вот никто вам не звонил посторонний. За исключением того звонка с автомата. Никто! Вы станете это отрицать?! – Он метнул в ее сторону бешеный взгляд.

– Не стану. – Алла Ивановна опустила голову и прикусила нижнюю губу, та вдруг предательски задрожала. – Но…

– Что но??? – взревел Зайцев. – Вы считаете, что мне больше делать нечего?!

У него сейчас было только одно дело. Дело всей его жизни, кажется. Он толком еще не разобрался, но, судя по болезненным спазмам в груди, так оно и было.

Он ведь… Он ведь всю жизнь шел именно к этому, именно эту женщину искал. А она… Она вдруг исчезла, исчезла, ничего не объяснив. И что ему теперь, отступиться?! Как последнему слюнтяю, предателю, подонку, просто взять и отойти в сторону, позволив Каверину творить его и ее судьбу? Спасибо большое! Он раз уже посодействовал, друга не спросив.

– Вы считаете, что мне делать больше нечего?! Что у меня больше нет клиентов?!

Пока, если честно, не было. Двое записаны, но на следующей неделе. Там было обычное дело – супружеская неверность. Весна не за горами!

– Не считаю. – Алла Ивановна замотала головой, стыдясь все сильнее своего глупого бабьего порыва.

Не надо было приходить. Вырядилась, как на смотрины, идиотка! Он же видит ее насквозь. И понял, что каждый элемент ее одежды несет в себе единственную функцию – соблазнять.

Стыдоба!!!

– Я полностью отработал ваши деньги, Алла Ивановна! Полностью! Ваш гонорар исчерпан. Я отработал!!! – начал он чуть тише, но как только Сашкина макушка скрылась за дверью, снова заорал: – Что еще???

– Я готова вам еще заплатить, – вдруг выпалила она и тут же начала соображать: а за что.

Он тоже задал ей этот вопрос.

– Ну… За то, чтобы вы… Чтобы вы со мной поужинали, – сказала она, и щеки тут же загорелись от стыда.

Так она не унижалась никогда. Даже Геральд – молодой, горячий и весьма привлекательный любовник – не мог похвастаться тем, что она перед ним заискивала. Докатилась, называется, вдова!

Зайцев, кажется, понял ее смущение. Он умолк, споткнувшись на каком-то слове, готовом вот-вот сорваться с его губ. Закрыл лицо руками на пару секунд, потом посмотрел на нее вполне по-человечески и произнес:

– Простите, я не могу.

– Не можете что? – она тут же снова взяла игривый тон. – Взять с дамы деньги или поужинать с ней?

– И то и другое, Алла Ивановна. – Зайцев тяжело опустился на место, надавил пальцами на глаза, будто видеть ее ему было больно.

– Понимаю, – вздохнула она с притворным сочувствием. – Профессиональная этика не позволяет и все такое, да?

– Да плевал я на этику, Алла Ивановна, – хмыкнул Зайцев и пустил в нее один из тех взглядов, от которых прежде любая готова была за ним по горячим углям пойти. – Просто… Просто, кажется, я люблю другую. Так-то вот. Влип я!

– Ясно.

Она подтянула ноги, одернула пониже подол юбки, не понадобился стильный фасончик, зря старалась, выбирая. С тоской представила, как придется сейчас снова тащиться по обледеневшему тротуару до остановки под пронизывающим ветром, нагнавшим к обеду снеговые тучи. За окном уже вьюжило. Встала и медленно пошла к двери.

– Знаете, Зайцев… – Алла Ивановна нежно погладила дверную ручку ладошкой, улыбнулась. – Невзирая на вашу грубость, я бы не хотела прощаться с вами на такой вот ноте.

– Я тоже. – Он виновато вздохнул, приложил руки к груди. – Простите меня ради бога! Просто все так навалилось. Простите еще раз! Если, не дай бог, что-то случится, то всегда рад.

– Воспользуюсь непременно. Но лучше бы уж ничего не случалось. – Она указала точеным подбородком в сторону приемной, где за дверью угадывалась подслушивающая Сашка. – Ваша девочка вызовет мне такси?

– Непременно. – Зайцев заорал в сторону двери: – Александра!

– Да, Алексей Сергеевич? – выскочила тут же Сашка, едва не зашибив гостью дверью.

– Вызови такси для Аллы Ивановны, оплати и проводи, как положено.

Та оживленно закивала, радуясь, что грубость Зайцева, кажется, на клиентке никак не сказалась. Вон как смотрит на него! Как на любовника: с нежностью и пониманием.