Река Вуду - Роберт Крайс

— Он? — спросил я.

Пайк постучал меня по плечу. Привлекал мое внимание.

— Ты думаешь, что Россье втянул Будро в противоправную деятельность?

— Нет, я так не считаю. Мне кажется, он просто смотрит в другую сторону, чтобы не мешать Россье проворачивать свои делишки.

— Но мы не знаем какие, — заметил Пайк.

— Пока нет, — покачал я головой, — но, надеюсь, Сэнди Бержерон нам что-нибудь расскажет.

Пайк отвернулся к окну.

— Дурацкое занятие — помогать тем, кто этого не хочет, — заметил он.

Люси вызывающе посмотрела на Пайка:

— Миссис Будро хочет, чтобы ей помогли. Она хочет, чтобы прошлое больше ее не мучило. Джоди Тейлор наняла нас, чтобы мы это сделали.

— Нас, — с нажимом повторил Пайк.

— У вас что, имеются какие-то сомнения?

Уголок рта Пайка дрогнул.

— Вовсе нет, — ответил он, сжав ее плечо. — Спасибо за помощь.

— А в каких ты отношениях с тем парнем из офиса окружного прокурора? — нахмурился я.

— Я люблю человека с сумасшедшим выбросом гормонов в кровь, — тяжело вздохнула Люси.

Мы высадили Люси возле ее офиса. Она собрала свои вещи и протянула руку Джо Пайку:

— Была рада с вами познакомиться, Джо. Вы интересный человек.

— Да, — согласился Пайк.

Люси поцеловала меня, вышла из машины и зашагала в сторону своего офиса. Я повернулся назад и посмотрел на Джо:

— Она говорит, что ты интересный, а ты отвечаешь «да»?

Пайк пересел на переднее сиденье.

— А ты хотел, чтобы я солгал?

Мы подъехали к капитолию и припарковались в тени огромного дуба, растущего на берегу озера. Капитолий штата Луизиана, построенный в стиле ар-деко, насчитывал тридцать четыре этажа. Здание, возвышавшееся над рекой Миссисипи, было совсем как Эмпайр-стейт-билдинг в миниатюре. Это самый большой капитолий в стране, именно такое место гражданин Кейн[36]назвал бы домом. Именно здесь убили Хью Лонга.[37]

Группа туристов пенсионного возраста из Висконсина как раз входила в вестибюль. Мы последовали за ними, проскользнув мимо двух охранников, которые со смехом обсуждали успехи футбольной команды Нового Орлеана, и на лифте поднялись на шестой этаж. Именно здесь находился отдел социального обеспечения. Конечно, мы могли бы позвонить заранее Сэнди Бержерон и условиться с ней о встрече. Возможно, она даже согласилась бы поговорить с нами, но уверенности у меня не было. Иногда сюрприз действует на людей лучше.

Мы вошли в дверь с табличкой «Социальное обеспечение» и подошли к чернокожей женщине, сидевшей за высокой стойкой. Похоже, проскочить мимо нее, чтобы пройти в отдел, было задачей не из легких.

— Я хотел бы увидеть Сэнди Бержерон, — заявил я.

Люси удалось выяснить, что должность Сэнди называется «инструктор но составлению заявлений» и что она работает в этом офисе.

— Она вас ждет? — поинтересовалась женщина.

Я одарил ее одной из своих лучших улыбок.

— Мы хотели сделать ей сюрприз. Скажите, что это Джимми Рэй Рибнэк.

Сэнди либо знает о его смерти, либо нет. Если знает, то тогда может вызвать охрану. Если нет, то встретится с нами.

Женщина сняла телефонную трубку и набрала номер.

— Мы подождем за дверью, — сказал я.

Женщина, прикрыв трубку ладонью, ответила, что не возражает, и мы с Пайком вышли в коридор.

Не прошло и тридцати секунд, как из-за двери выпорхнула молодая женщина. У нее были светлые взбитые волосы, тонкие плечи и кольца на среднем и безымянном пальцах правой руки, как у женщины на фотографии в офисе Рибнэка. Значит, это Сэнди Бержерон позволила Джимми Рэю сфотографировать себя без одежды. Она явно переусердствовала с косметикой, а ее ногти были цвета жвачки «Базука».

Она недоуменно посмотрела на нас с Пайком и даже заглянула нам за спину — явно искала Джимми Рэя. Потом нахмурилась и собралась было уйти.

— Мисс Бержерон? — спросил я.

Она остановилась, и на лице у нее появилось удивленное выражение.

— Вы пришли с Джимми Рэем? — Значит, она не знала, что он мертв.

— У нас плохие новости, мисс Бержерон. Где мы могли бы поговорить?

Сэнди снова оглядела нас с Пайком, и я увидел, что она встревожилась.

— Вы из полиции?

— Нет, мэм, — ответил я.

— Где Джимми? Мне сказали, что он пришел.

— Он не сумел прийти. Где мы можем поговорить?

Я видел, как мир вокруг Сэнди замедляет свой бег. Потолок опускается все ниже, дальний конец коридора стремительно приближается, а пульс постепенно заглушает все остальные звуки. Она покачнулась, словно тростинка на ветру, тряхнула головой и повернулась, собираясь вернуться в офис. Я взял ее за руку и негромко сказал:

— Джимми мертв. Его заказал Милт Россье.

Сэнди попыталась уйти, но я продолжал ее удерживать, и она перестала вырываться. Из ее глаз потекли слезы, она отчаянно заморгала, но наконец сумела взять себя в руки. Люди проходили мимо нас по коридору, входили в кабинеты, направлялись к лифтам. Я выпустил ее руку и отступил на шаг.

— Мы не из полиции и не от Милта Россье. Мы не сделаем вам ничего плохого.

Она молча кивнула.

— Я частный детектив, и мне нужен Милт, а не вы. Мне необходимо его достать. Вы меня понимаете?

Она снова кивнула. Старалась выровнять дыхание.

— Он убил Джимми Рэя?

— Да. И у меня есть все основания так полагать.

— Это ведь как-то связано с документами?

— Нам не следует разговаривать в коридоре.

Она отвела нас в кафе для сотрудников, где пахло гамбургерами и лимской фасолью. Мы сидели за столом с видом на город и пили кофе, а Сэнди Бержерон рассказывала нам, как десять месяцев назад она встретилась с Джимми Рэем. Он пришел в ее офис с просьбой скопировать для него документы, связанные с удочерением Джоди Тейлор. Так все и было: он просто вошел и попросил сделать для него копию. Естественно, ему отказали, но Джимми Рэй подстерег Сэнди в коридоре возле автомата с кока-колой, где возмущенно заявил, что эта сучка начальница, так он назвал миссис Вашингтон, просто хотела получить на лапу. Потом Джимми попросил у Сэнди разменять доллар. А еще через несколько дней он, к удивлению Сэнди, позвонил в ее офис и заявил, что хочет поговорить с «хорошенькой блондиночкой». Они соединили его с двумя другими женщинами, прежде чем догадались позвать Сэнди Бержерон, которую только с большой натяжкой можно было назвать хорошенькой. О чем она прекрасно знала и из-за чего страдала.