Тайный гость - Яна Перепечина

Видимо, Арина тоже это поняла, потому что подхватила женщину под локоток и, мило улыбнувшись проходившим к лифтам постояльцам, поволокла её куда-то под лестницу. Константин встал и пошёл за ними. И очень вовремя: за лестницей оказался служебный выход во двор гостиницы, который он раньше не приметил.

Когда Константин вышел из здания во внутренний двор, испуганная женщина, подвывая и всхлипывая, дрожащими руками писала что-то в блокноте, который крепко держала Арина. Лицо той было страшно. Посмотрев на лихорадочно горящие глаза соседки и её бескровные губы, Константин – будь что будет – шагнул вперёд и остановился в паре метров от неё.

– Арина, – позвал он её как можно мягче и совсем тихо, но она всё равно буквально подпрыгнула и уставилась на него так, будто видела в первый раз. Несколько секунд они молчали, глядя друг на друга. Наконец, она не выдержала и прищурилась растерянно, подтянув пальцем уголок одного глаза к виску. Тут же на её лице отразилось узнавание и – следом – безграничное изумление. Словно она видела перед собой того, кто никак, совсем никак не мог оказаться в это время в этом месте. И тут Константин начал понимать, что опять, опять, похоже, ошибся.

Но времени думать над тем, в чём и как именно он не прав, не было. Константин видел в её близоруких – теперь он знал это! – глазах появившиеся вслед за растерянностью и изумлением радость и облегчение. Арина была рада ему и надеялась, что он появился здесь, во дворе отеля в центре Москвы, чтобы опять ей помочь. Вновь мелькнула мысль о том, что, похоже, последние сутки он был абсолютным идиотом и совершеннейшим слепцом.

Константин подошёл поближе, взял её за руку и спросил:

– Арина, что случилось?

Она не стала отдёргивать руку, удивлённо кудахтать, причитать и спрашивать, как он здесь очутился и зачем, а коротко, почти бесстрастно объяснила:

– Пропала Мира. Её увезли совсем недавно. Не более получаса назад. Есть надежда, что мы можем её найти.

– Найдём! Обязательно найдём! – всполошилась вторая женщина. Дрожащий голос её звучал жалко.

– С Мартой всё в порядке?

– Да. Она в гостях. На даче у коллеги. Я звонила, там всё спокойно.

– Значит, ищем только Миру. Уже хорошо.

– Мне надо ехать, – просто сказала Константину Арина, будто не услышав его. – Я должна попробовать её найти.

– Мы поедем вместе. И на моей машине, – решил он.

– Оксана Владимировна, дайте мне ключи от квартиры! – Арина протянула раскрытую ладонь. Женщина послушно положила в неё связку с брелоком в виде Эйфелевой башни.

– Может быть, я всё-таки с вами? – робко начала она. – Пожалуйста, Арина. Я прошу.

Арина посмотрела на неё, лицо её дрогнуло, за собранностью поочерёдно проступили страх и надежда, через мгновение объединившиеся в пугающую смесь.

– Хорошо. Вы поедете с нами.

– Я сейчас, только предупрежу девочек, что уже ухожу, – метнулась женщина к служебному входу.

– Быстрее. Мы будем ждать вас у главного входа, – в спину ей сказал Константин и повернулся к Арине: – Ключи от машины и документы у меня с собой.

Она ничего не сказала, просто посмотрела на него так, что он сразу почувствовал себя «круче Бэтмена», тут же смутился и, чтобы скрыть это, спросил:

– Кто это?

– Это наша бухгалтер. Её племянница увезла Миру. Надеюсь, что или к ним домой, или на дачу.

– Понятно. Сначала едем домой?

– Да. Они живут в Новогирееве. – Арина протянула ему блокнот, в котором дрожащим неровным почерком был записан адрес.

– Я знаю, где это, – кивнул Константин, бросив быстрый взгляд на лист, – пойдёмте.

Они вошли в отель и вместе пересекли холл. Арина подошла к девушке за стойкой и что-то негромко сказала ей. Та кивнула. Арина догнала Константина у дверей и благодарно оперлась о его локоть, который он предусмотрительно предложил ей. Рука её чуть подрагивала. Константин выдохнул и, крепко, будто это было в порядке вещей для них, сжал её ладонь. Она слабо улыбнулась и руки не отняла.

Бухгалтер выбежала почти следом за ними. Константин открыл ей заднюю дверцу, помог забраться на сиденье и сел за руль. Кондиционер работал, старательно изгоняя густой жар из нагревшегося на солнце салона, а Константин Кинчев пел про дождь. Его тёзка потянулся, чтобы выключить музыку. Но Арина покачала головой: не нужно. Так они и ехали до самого Новогиреева под песни «Алисы». Константин женщин ни о чём не расспрашивал, а сами они ничего не объясняли.

Был вечер четверга, и на улицах Москвы происходило ставшее уже привычным за последние годы столпотворение. Но до Перова они добрались на удивление быстро, а съехав с шоссе Энтузиастов, и вовсе полетели. Длинная широкая Перовская улица уходила в сторону области, они промчались по ней до Второй Владимирской и, следуя указаниям едва живой от переживаний бухгалтерши, запетляли между домами.

– А если их здесь нет? – спросил Константин.

– Тогда они на даче, в Купавне. Больше Лене ехать некуда, – сморкаясь и всхлипывая, выдавила из себя Оксана Владимировна. Голос её звучал глухо.

– Если Лена не подалась обратно в секту, – горько вздохнула Арина. Ей было жаль несчастную тётю Лены и саму Лену. Но ещё сильнее ей было жаль Миру.

– Секту? – приподнял бровь Константин.

– Я вам, Константин Дмитриевич, всё расскажу попозже. Ладно?

– Хорошо. Только давайте договоримся, что я просто Константин. Без отчества.

Арина кивнула. Оксана Владимировна в последний раз сообщила, что нужно повернуть, и убитым голосом сказала:

– Всё. Мы приехали. Вот этот дом, четвёртый подъезд.

– Идёмте!

Едва Константин нашёл место, чтобы припарковать машину, Арина распахнула дверцу и кинулась к подъезду. Измученная волнением бухгалтерша и Константин поспешили за ней следом. Они долго ждали единственного лифта, и Арина порывалась уже бежать наверх пешком, но Константин удержал её.

– В своей узкой юбке и на этих высоченных каблуках вы на девятый этаж будете добираться дольше.

Она глянула на него совершенно несчастными глазами.

– Арина, мы уже на месте. Потерпите немного. – Он говорил нарочито спокойно, почти холодно: сочувствие и мягкость могли привести к слезам, которые в этой ситуации были бы крайне не ко времени. Но она не обиделась, а кивнула:

– Да. Да-да.

Когда нервически вздрагивающий и постанывающий лифт, напоминающий мающегося похмельем алкоголика – запахи, кстати, были соответствующими – добрался до девятого этажа, они все вместе вывалились в крохотный полутёмный коридорчик. Оксана Владимировна принялась судорожно искать ключом отверстие замка. Руки её тряслись, спиной она закрывала тусклый свет, который едва пропускало грязное стекло на лестничной клетке, и толку от её стараний было чуть.