Enter - Карл Ольсберг

Кайзер помрачнел.

— Господин Айзенберг, я делаю свою работу не со вчерашнего дня. Кроме этого, решаю тут не я. Пресс-конференцию назначил мой начальник по личному распоряжению президента полиции, который, в свою очередь, отреагировал на требование сенатора по внутренним делам. Похоже, вы не видели, что творится в Интернете.

Айзенберг почувствовал себя схваченным с поличным. Ведь он был руководителем Особой следственной группы Интернет и не удосужился вчера изучить реакцию общественности в сети на фейковые новости о теракте. Вместо этого он просидел весь вечер, жалея себя, любимого!

— Что вы имеете в виду?

— Сейчас покажу.

Кайзер взял со своего стола ноутбук и поставил его на стол для переговоров. Он запустил видео на YouTube, в котором женщина, вышедшая из супермаркета, посмотрела в свой телефон, затем вытряхнула из пакета покупки, надела пакет на голову и в панике пустилась бежать, однако тут же ударилась о фонарь и упала. Видео набрало более пятнадцати миллионов просмотров.

— В Интернете все до смерти хохочут над бедными людьми, которые вчера из-за этого проклятого фейкового сообщения ударились в панику, — сказал Кайзер со злостью. — Пользователи «Фейсбука» поставили АТР сотни тысяч лайков.

— У них есть страница в «Фейсбуке»?

— Не совсем. Профиль создал шестнадцатилетний подросток из Падерборна, но очень пожалел об этом, когда в его дверь вчера же постучался сотрудник Специального отдела. Юноша — просто поклонник террористической группировки. Но в том-то и проблема: все больше людей считают АТР чем-то вроде «Гринписа», борющегося с наступлением техники.

— Может быть, они и не так далеки от истины.

— Вот только вы не начинайте, господин Айзенберг! Мы говорим о террористической группировке, на счету которой — жизнь человека и дестабилизация общественного порядка! Вы склонны оправдывать такое?

— Нет, конечно, нет. Но разумно ли представлять широкой общественности главного подозреваемого сейчас? Я понимаю, что от президента полиции требуют триумфального раскрытия дела. Но мы ведь даже не знаем, где находится Ангессер.

— О том и речь. Когда его фотографию покажут по телевизору, ему будет крайне трудно оставаться неузнанным. У нас сейчас будет уникальная возможность дать ориентировку, которую увидит каждый.

— Но при чем тут я?

— Это ведь ваша команда обнаружила Ангессера. Я подумал, что будет не лишним рассказать об этом общественности.

— Так это ваша идея?

— Господин Айзенберг, похоже, вы не понимаете, насколько близка ОСГИ к роспуску.

— Я понимал это с самого начала, и, даже несмотря на наши промежуточные успехи, мне было предельно ясно, что наша группа не вписывается в структуру БУУП. Я глубоко сомневаюсь, что пресс-конференция как-то изменит эту ситуацию.

— Вы заблуждаетесь. Поверьте, никто не посмеет закрыть ОСГИ, если ваша фотография появится на первой полосе газет. Как только нечто становится фактом общественного сознания, оно практически неуязвимо.

— Вот это меня больше всего и смущает. АТР завладела СМИ и посеяла ужас и панику. Наверное, многие по-прежнему считают, что по городу распространяется вирус-убийца. Теперь трудно будет загнать злого джина обратно в бутылку. Мне было бы спокойнее заявить прессе, что мы пока не знаем, кто стоит за АТР.

— Это невозможно, господин Айзенберг, — сказал Кайзер. — Я надеялся на вашу сообразительность.

— Я полицейский, а не специалист по PR.

— Понимаю, но мы часть общественной организации. Все, что мы делаем, СМИ отслеживают.

«Тем важнее быть осторожными с громкими заявлениями», — хотел возразить Айзенберг, но решил не тратить слов попусту.

* * *

В зале, где проходила пресс-конференция, собралось около сотни журналистов. Айзенберг, сидевший рядом с Кайзером у края трибуны, чувствовал нарастающее беспокойство по мере того, как Хинтце углублялся в факты. Нужно было отдать должное руководителю пятого отдела, прекрасно умевшему подать себя публике. На слайдах презентации он представлял по большей части ничего не значащую, но впечатляющую статистику: число полицейских, занятых в расследовании, число опрошенных свидетелей и даже суммарное количество минут, потраченных на допросы. Айзенбергу это ничего не говорило, но журналисты слушали выступление с благоговением и поднимали повыше свои микрофоны и смартфоны.

— Все наши усилия свидетельствуют о том, что мы не только всерьез принимаем эту террористическую группировку, но преследуем ее с полной решимостью, — заявил Хинтце уверенным голосом, которым говорят федеральные политики. — Мы напали на «горячий» след.

На проекционном экране появился портрет Ангессера. Айзенберг невольно вздрогнул.

— Этот человек — доктор Томас Ангессер — подозревается в членстве в группировке АТР. Он бывший сотрудник Института искусственного интеллекта, работавший под началом Вальтера Меллека, который в прошлый четверг был найден застреленным в собственном доме. Ангессер на данный момент находится в бегах, уже выдан международный ордер на его арест. Есть ли вопросы?

Еще бы у журналистов не было вопросов! Немногие воспитанные поднимали руки, остальные пытались перекричать друг друга.

— Подозреваемый все еще находится в Берлине?

— Было найдено орудие убийства?

— Разве терроризмом не ФУУП занимается?

— Как вы намерены защитить население от предстоящих терактов?

— При каких именно обстоятельствах было совершено нападение на Институт имени Роберта Коха?

— По очереди, пожалуйста! — напомнил журналистам о порядке пресс-секретарь БУУП.

Он указал на женщину средних лет в первом ряду.

— Сначала госпожа Вейнхейм.

Несколько человек заворчали, когда та задала свой вопрос:

— Откуда вы знаете, что Ангессер имеет отношение к АТР?

Хинтце не успел ответить, потому что в разговор вступил Кайзер:

— На этот вопрос вам может дать исчерпывающий ответ руководитель Особой следственной группы Интернет.

Все посмотрели на Айзенберга. Он почувствовал себя заключенным, который сразу же после побега снова угодил в свет прожектора. Ему вспомнилась та нервозность, по которой он понял, что Ангессер что-то скрывал.

— Мы этого еще точно не знаем, — выдавил из себя он, откашлявшись.

Некоторое время в помещении царила мертвая тишина. Хинтце посмотрел на Айзенберга таким взглядом, будто был готов сорваться со своего места и придушить его. Кайзер ответил на него хмурым взглядом.

— Нам, однако, доподлинно известно, что Ангессер работал под началом убитого Вальтера Меллека и что он автор множества статей, критикующих технический прогресс, содержание которых похоже на тексты, распространенные АТР в Интернете.

— Нам также известно, что, скрывшись, Ангессер решил избежать дальнейших расспросов, — перехватил инициативу Хинтце. — Факты, дающие основание подозревать его в совершении преступления, неопровержимы. Главный прокурор выдал ордер на его арест.

«Вот он и состоялся — сенсационный дебют ОСГИ перед журналистами», — подумал Айзенберг после того, как журналисты принялись выкрикивать следующую партию вопросов. С таким выступлением на страницах газет делать нечего. Черта с два Хинтце снова предоставит ему слово! Теперь он и близко не подпустит ОСГИ к расследованию. Своим высказыванием он подвел команду. Однако было правильным упомянуть сомнения в