Три ступени до ада - Анна Васильевна Дубчак

— Да что ты, детка, знаешь о чифире? — загоготал он. — Не боись!

— А я и не боюсь, — пролепетала она. — Я просто так сказала.

— Ну, положим, не просто так, — изменившимся тоном проговорил Виталий. — Ты же меня видела: я чистый, ни одной наколки. И знаешь почему? Да потому что «синька» — дело добровольное.

— Так ты сидел? Андрей знает?

— Знает. Потому еще больше любит, помогает мне. Я девчонку защищал, от отморозков ее отбил, ну и превысил пределы самообороны. Вот так, Танюха. А теперь иди и завари мне крепкий чай, не чифир, тем более что ты не умеешь его готовить. И приготовь торт из печенья. Там все просто. Короче, обмакиваешь печенюху в горячий кофе, укладываешь слой, сверху крем из масла и «сгухи», сверху еще один слой. Ну, ты чего лежишь-то? Устала, что ли? — И он шлепнул ее по ягодице.

Чай Таня заварила, но наливал его по своему вкусу в большой бокал Андрея сам Виталий.

— Где твое вкусное варенье? Ты угощала меня в первый день, помнишь? Длинные такие ягоды с продолговатыми косточками.

— Это кизиловое варенье.

— Кизил… точно! В Москве кизил растет? Не мерзнет?

— Нет, здесь не растет. Это мне знакомая из Симферополя привозит. У нее родственники там живут, она каждое лето туда ездит. Я тоже люблю это варенье. Но кизил можно купить и в Москве на базаре в августе…

Таня достала из буфета банку с кизиловым вареньем. Закрыла дверцу буфета и тотчас снова открыла: это последняя банка! Еще позавчера, она точно помнила, их было четыре! Четыре пол-литровые банки. Получается, что Виталий берет варенье без разрешения и ест втихаря. Или же… он таскает его Лариске!

Ну да, конечно, для Лариски, для этой потаскушки, она ведь и варила кизил!

Ее затрясло. Она вдруг рухнула на колени перед Виталием и взмолилась:

— Виталя, умоляю тебя, уезжай! Не губи мою жизнь!

Она вдруг увидела себя со стороны — как же бездарно она смотрелась бы на сцене, произнося эти высокопарные слова: «Не губи мою жизнь!» На самом деле как же театрально получилось!

Виталий в этот момент как раз накладывал себе в вазочку варенье. Он так удивился, увидев Таню на коленях, что бросился поднимать ее:

— Да ты чего, Танюха? Сбрендила, что ли? Да успокойся! Уеду я. Вот прямо сегодня поговорю с братом, скажу, что хочу один пожить, в Москве, что надо и мне личную жизнь устраивать… А там, глядишь, и на работу устроюсь. Все наладится, Таня.

Она уже рыдала в голос.

— Да ты чего? Успокойся!

— Если ты бегаешь к Лариске этой, тогда зачем я тебе? Отпусти! Что же ты ненасытный такой! Оставь меня в покое, прошу тебя!

— Но так и ты с Андрюхой кувыркаешься… — Он брезгливо приподнял верхнюю губу, и от этого выражение его лица стало просто мерзким, Тане захотелось его ударить.

— Так он же мой муж…

— Ладно. Все, хватит уже. Пойду прогуляюсь. — И Виталий, словно и не было этого разговора и словно не обратил он внимания на страдания Тани, встал из-за стола и вышел из кухни.

А через пару минут Таня услышала, как хлопнула дверь — он вышел из дома.

Прошла неделя, потом еще одна — ничего в жизни Тани не менялось, Виталий так же уходил к Ларисе, а вернувшись и набравшись сил, снова приставал к ней. Да только теперь, уже точно беременная, находящаяся на грани нервного срыва и испытывая все муки жестокого токсикоза, она избавилась наконец от своего нездорового влечения к деверю.

Деньги с «морского» счета уплывали в многочисленные интернет-магазины, которые с большим удовольствием осваивал Виталий. Кроме еды и выпивки он начал заказывать одежду и обувь, дорогой парфюм (!). Причиной такого внимания к своему внешнему виду могло быть желание Виталия соответствовать Ларисе.

Много раз Таня собиралась пойти к Ларисе и поговорить с ней, но темы предполагаемого разговора всегда были разными. То она собиралась обвинить ее в распутстве, то, наоборот, хотела предупредить ее, что она имеет дело с зэком, то просто прийти к ней, чтобы отказаться присматривать за домом или вообще — попросить за это гораздо больше денег.

Но все эти варианты уже очень скоро казались ей самым настоящим идиотизмом. Распутство — где доказательства? А если она влюбилась? Про то, что ее любовник — сиделец, она и без того могла догадаться, или же он ей сам все рассказал. Попросить больше денег за то, что она поливает ее цветы, — вообще самая настоящая дурь, это недостойно самой Тани.

То, что она часто отлучается из дома, Таня знала, видела, как Лариса на своей машине рано утром уезжает и возвращается поздно вечером. На ее звонки относительно цветов Лариса холодно отвечала, что «пока не надо, за ними есть кому присмотреть». И добавляла каждый раз, что если она, Таня, переживает за деньги, то она все равно ей заплатит, переведет нужную сумму на карту.

И ведь переводила! Ни за что, получается. Значит, цветы она поручила поливать своему любовнику Виталию!

И все-таки один раз она не выдержала и, дождавшись, когда Лариса уедет, отправилась к ней. Виталий еще спал или просто валялся в своей комнате в обнимку с ноутбуком.

Таня почти бежала к дому актрисы. И постоянно оглядывалась, боясь, что Виталий идет следом. Конечно, ей было что сказать ему, мол, иду поливать цветы, тем более что у нее и ключи были, и право зайти в дом, чтобы проверить, все ли с ним в порядке, у нее имелось. Но все равно она сильно нервничала и боялась Виталия. К тому же с определенного момента она стала страшиться оставаться с Виталием наедине в лесу. Особенно теперь, когда она знала, что он преступник, хоть и отсидел, что у него наверняка разрушена психика, потому что тюрьма ломает человека и никто не знает, каким он выйдет и чего от него ждать.

Таня вынуждена была заняться изучением этой темы в интернете. Но все это были поверхностные статейки, основная суть которых сводилась к тому, что если мужчина находился в местах