Когда придет твой черед - Марина Серова

«Веселая русалка» сияла огнями. Машин перед рестораном почти не было — на парковке я заметила только парочку черных, как ночь, гробообразных джипов, да еще низкую длинную машину, показавшуюся смутно знакомой. Странно, почему в «Русалке» так мало посетителей? На дворе приятный вечер, время близится к семи — самый «прайм-тайм». Да жители города Тарасова должны выстраиваться в длинную очередь в надежде попасть в «Веселую русалку»! Кстати, во времена Серебряка так и было…

Я вошла в помещение ресторана и сразу же поняла, в чем дело. В самом центре зала вольготно расположился Вишня со своей «дикой охотой». Его парни сдвинули столики «покоем». Во главе стола восседал сам авторитет, а многочисленные соратники примостились по бокам.

На эстраде извивалась пухлая певица в блестящем платье, из которого почти вываливался грушевидный бюст.

«Хоп, мусорок, не шей мне срок!» — заливалась певица хрипловатым меццо-сопрано. Репертуар явно был для нее непривычен, оттого история про «мусора», которого героиня «в гробу видала», отдавала почему-то оперными страстями.

Увидев меня, Вишня оживился:

— Э! Какие люди! Садись с нами!

— Олег Петрович, это ко мне! — раздался откуда-то сбоку звонкий голос Маши. Надо же, девочка даже знает, как зовут Вишню!

— А, ну иди, раз ждут, — махнул рукой авторитет.

Сидеть с ним и его дружиной за одним столом в кабаке мне совершенно не хотелось. Поэтому я не торопясь прошла к Машиному столику.

Неприятный сюрприз — рядом с Машей сидел Владимир. Парень улыбнулся мне всеми своими белоснежными зубами и по-хозяйски положил руку на плечо девушки, точно показывая, что и кому здесь принадлежит.

Подбежал официант. Под глазом у него был фингал, рубашка несвежая. Я поняла, что «Русалка» стремительно теряет репутацию приличного заведения. И скоро тут уже не останется никого, кроме братвы.

Я заказала апельсиновый сок и кофе. Официант просветлел лицом и умчался выполнять. Видимо, для него мой заказ был весточкой из той, прошлой жизни, когда все в «Русалке» было чинно-мирно, цены высоки, а публика приличная, и заказывала тирамису и дораду на гриле, а не водочки под шашлык.

— Это теперь его ресторан, — едва заметно Маша кивнула в сторону Вишни. — Когда делили наследство, «Русалка» досталась какому-то троюродному племяннику… А у него Олег Петрович его быстренько оттяпал. Он в таких делах мастер. «Зачем, — говорит, — такое место лохам отдавать. Пусть у хороших людей будет», — передразнила авторитета Маша — тихо, но очень похоже. Владимир расхохотался, да и я не сдержала улыбки.

— Ну, да мне все это теперь неинтересно, — жестко проговорила Мария. — Я с бывшими родственничками дела теперь не имею. Спасибо Нинели Васильевне — она мне по завещанию свои магазины отписала. А так я ни у кого ничего не просила и просить не стану!

Маша упрямо сдвинула брови, Владимир одобрительно кивнул и погладил девушку по руке.

— Значит, ты теперь опять богатая наследница? — спросила я, помешивая кофе.

Маша счастливо рассмеялась. Вообще девушка сегодня находилась в отличном расположении духа. Да и выглядела чудесно — дорого и стильно одетая, с новой прической, Мария явно готовилась вступить во взрослую жизнь.

А что? Девочка получила все, что хотела. Даже красивого мужчину, на которого положила глаз еще в первую встречу… что ж, сиротка заслуживала счастья. Я искренне порадовалась за Машу.

— Да, так получилось, — развела руками девушка. — Я и думать не могла, что Нинель Васильевна оставит мне наследство. Я ведь ей, получаюсь, никто, даже не родня… но она сама мне говорила, что очень ко мне привязалась, полюбила…

Голос Маши дрогнул.

— Зачем только она отравилась? Не понимаю…

Я прекрасно знала причину, но не собиралась просвещать Машу. Девушку это не касается, она ведь даже не Серебрякова…

— Маша, а почему, когда ты мне вчера звонила, ты представилась, как Серебрякова? — спросила я, уже догадываясь, каким будет ответ.

— Что? — Наследница сделала вид, что не понимает.

— Ну, ты же на самом деле Тараканова.

Мария захлебнулась счастливым смехом:

— А я снова стала Серебрякова! Мы с Владимиром поженились, а он взял фамилию дяди.

Красавец брюнет поправил белоснежный манжет рубашки. Блеснула запонка. Ух ты, как мы быстро привыкли к красивой жизни! Теперь ясно, что за автомобиль я видела на стоянке — тот самый «Астон Мартин», который Владимир получил в наследство от дяди и который Маша когда-то угнала…

— Желаю счастья! — автоматически отреагировала я. А что еще можно сказать, когда тебе сообщают такую новость? Интересно, когда это молодые успели?!

— И давно вы женаты? — полюбопытствовала я.

— Две недели, — ответил за жену Владимир.

Получается, они подали заявление сразу же после похорон Нинели.

— Мы не захотели устраивать пышную свадьбу, — сообщила мне Маша, с любовью глядя на своего молодого супруга. — Зачем все это — фата, торт в три этажа, гости… Серебряковы нас ненавидят, не их же на свадьбу звать. У меня и родных-то не осталось… Да и у Вовы тоже.

Родители Владимира за решеткой, ждут суда. Мачеха и отец Марии погибли при пожаре. Да уж, до свадьбы ли тут… Однако все это не помешало молодым пожениться.

— И что же вы собираетесь делать дальше? — спросила я из вежливости. На самом деле мне было все равно, что собирается делать Маша. Девочка совершеннолетняя. Да, я помогла Маше, когда у нее в жизни был трудный период. До сих пор помню, как девочка спала на моем диване в ту ночь, когда я привезла ее в город после смерти родителей, — она плакала во сне и вскрикивала, просыпаясь, а я сидела рядом и держала ее за руку. Обычно я для клиентов такого не делаю, но в этом деле мне никто не платил, так что я могла поступать как считаю нужным. Тетя Мила кормила девочку пирожками и даже пристроила на работу, а я помогла снять квартиру неподалеку от нас и первое время помогала деньгами. Но теперь я не в ответе за девочку — пусть справляется сама. Она умная, сильная и хваткая — прекрасный набор качеств для того, чтобы выжить.