Скала эдельвейсов - Марина Серова

– Это же надо, чтобы человеку так везло в игре! – не уставал повторять он. – Скорее всего, хитрец эдакий, вы просто скрывали до поры до времени свои таланты. Признайтесь, ну? С такими способностями вам бы большие деньги делать, а вы играете практически на интерес. Вот помню как-то...

И дед заводил одну из историй, свидетелем которой являлся или о которой когда-то слышал. Суть всех этих баек была в одном: самородок, которого никто не знал и о таланте которого не подозревал, выигрывал немыслимые суммы денег, становился богатым и известным. Между делом дед вставлял невинные фразы: «вот прямо как вы сегодня», «точно такая партия, в какой вы вчера обыграли всех этих дилетантов». Ариша медленно, но верно зомбировал Шлейко: он удачлив, он способен вернуть все потерянное за один вечер, стоит дождаться лишь удачного стечения обстоятельств.

Директор мясокомбината стал все чаще и чаще заглядывать в «Крестовый король». Потерпев поражение по всем фронтам, здесь он чувствовал себя сильным, удачливым, хитрым: еще бы! Постоянно ставить на место самого Аристарха Владиленовича Казакова, признанного мастера игры! Постепенно к их дуэту стал присоединяться третий игрок: молчаливый, никому не известный господин. Господин почти не вмешивался в разговоры, играл так себе, одобрительно кивал головой, когда Шлейко в очередной раз улыбалась удача.

Наконец, настал день, когда Ариша забросил удочку. Шлейко, как всегда, выиграл у него, и, потирая ручки от удовольствия, снисходительно произнес:

– Да. Пришло время уступать дорогу молодым. Ты, Аристарх, заканчивал бы сюда таскаться. Нищим сделаю.

– Ну, разве это игра на деньги, – вступил в разговор молчавший до сих пор господин, – это так, медяки. Скоро в вашем городе состоится настоящий турнир по преферансу, вот там будут деньги.

– Турнир? – заинтересовался Шлейко. – Ну-ка, поподробнее.

– А вы не болтливы? Дело в том, что это закрытый турнир. И властям, так сказать, знать о нем не обязательно. На него приглашаются только избранные.

– А вы откуда знаете? – подал свою реплику дед.

– Я приехал сюда для того, чтобы подготовить все к проведению турнира. Поиск новых участников мне в задачу не ставился, но вы, я вижу, люди состоятельные, принадлежите к богеме нашего общества. Мы могли бы рассмотреть ваши кандидатуры.

Он подробно рассказал о системе, с помощью которой подбираются партнеры, назвал несколько известных в России фамилий, намекнув, что в большинстве своем огромными состояниями они обязаны игорной удаче.

– И я? Я смог бы туда попасть? – придвинулся к нему Шлейко.

– Пуркуа па? – пожал плечами дед.

– Чего? – не понял тот.

– Почему бы и нет. Это по-французски. Язык такой. Слышали? – не удержался от сарказма господин.

– Да слышал, слышал. Вы мне про турнир говорите. Пустят меня туда?

– Одно из условий – наличие достаточного состояния. Ставки делаются крупные, на мелочь никто не разменивается. Я вижу, что вы достаточно обеспеченный человек, только на слово вам никто не поверит, нужны будут доказательства.

– Акции? – догадался Шлейко.

– Пойдут и акции. Не тащить же с собой сейф или шкатулку с драгоценностями жены.

– А шансы? Каковы мои шансы? – не унимался тот.

– Весьма и весьма. Понимаете, на эти турниры собираются не профессионалы, а богатые любители. Вы знаете, например, что двое из десятки самых богатых людей планеты – Билл Гейтс и Уоррен Баффет – с удовольствием коротают за игрой в бридж свой миллиардерский досуг? А многие из них только в дурака резаться умеют и о таких играх, как баккара или марьяж, вообще не слышали. Как хотите, но профессионалами их назвать нельзя. Просто это одна из возможностей хлебнуть острых ощущений. Именно поэтому подобные турниры проводятся в небольших провинциальных городах. Выбор производится с помощью жеребьевки, никакой системы. Вашему Горовску повезло сегодня, завтра может выпасть жребий какого-нибудь Мелекеса.

– Послушайте, – горячо зашептал Шлейко, наклоняясь к моему деду, – мне позарез нужно туда попасть. Давайте, пойдем вместе!

– Увольте, мой дорогой, – отстранился дед, – откуда вы взяли, что мне открыта туда дорога? На широкую ногу я не живу, во владении ни заводов, ни пароходов не имею. Пусть этот господин составит вам протеже, если вы этого заслуживаете, а я – пас!

– Не надо никаких протеже. Просто проведите меня туда и представьте. Я вам заплачу, – повернулся он к учредителю.

– Хорошо, я приму вашу заявку к сведению. Но хочу, чтобы вы не заблуждались по поводу легкого выигрыша. Все будет зависеть от того, кто достанется вам в партнеры, а партнера выбирает жребий. Единственное, чего я могу вам обещать, это богатого партнера. Если фортуна будет на вашей стороне, вы сможете обобрать его как липку. И еще одно: вас не должен смущать тот факт, что турнир будет проходить в стенах весьма скромного дома. Это тоже одно из правил. Наших клиентов не удивишь роскошью и помпезностью, а вот стилизация под подвал, например, добавляет этому приключению шарма и экстрима. Именно поэтому моя функция так сложна. Найти подходящий отель несложно, а вот снять в аренду чердак или подвал... вы не представляете, как тяжела моя работа!

После этого разговора Шлейко потерял всякий интерес к Арише и даже посматривал на него с неким презрением: конечно, что ему какой-то старик со средним достатком! Скоро он будет сидеть за одним игорным столом с самыми известными людьми России.

* * *

За подготовкой к игре Шлейко, кажется, совершенно забыл о Лике. На звонки персонала «Кречета» он отвечал таким тоном, будто это они донимают его просьбами, а не он поручил им найти свою пропавшую дочь. В последнее время он даже перестал платить, что для меня было уж вообще непонятно: я хотела показать ему, как страшно терять близкого человека, а он погоревал, сделал пару шагов в направлении поиска дочери и успокоился. Сейчас для него гораздо важнее было поправить пошатнувшиеся финансовые дела, а если получится, то и преувеличить состояние. Кажется, он думал, что как только его материальные проблемы исчезнут, все опять начнут уважать его, и неприятности забудутся как страшный сон.

Подходящий подвальчик нашел мне Слава: на заре туманной юности он с приятелями пытался создать музыкальную группу, для чего они подремонтировали небольшое подвальное помещение в старом доме. С тех пор подвал пустовал, краска на его стенах облупилась, но для нашей цели он вполне годился. Мы же предупредили Шлейко: для буржуев чем страшнее, тем смешнее, так что ремонт в мои планы не входил.

– Дядя Миша, а кого вы собираетесь дать ему в партнеры? – спросила я господина устроителя, которым был старый приятель деда, по его просьбе приехавший из Питера.

– Конечно, себя, дорогая моя, – ответил дядя Миша. – Очень хочу понаблюдать за его реакцией. Да и с крючка сорваться ему не дам, это уж точно. Не раз подобные делишки обстряпывал. Ваш Шлейко – простофиля, хоть и рвач, ему бы только по трупам шагать, да лопатой под себя грести, тонкое шулерство ему неподвластно.