Нет человека - нет проблем! - Марина Серова

— Что вы делаете? — закричала буфетчица.

Правой ногой я сломала ногу верзиле, державшему меня справа, и, рывком высвободив руку, врезала ему же коленом в лицо, отбросив верзилу в сторону. Затем, выхватив метательный нож, вонзила его в плечо второму верзиле, ударила его коленом в пах, завернула за спину руку и спереди ударила ребром ладони по горлу. Шофер Каримова вскочил из-за стола. Его рука скользнула под куртку. Я выхватила ножи, спрятанные на запястьях. Прежде чем шофер успел навести на меня пистолет, я пронзила его плечо ножом. Второй нож, брошенный мной, вонзился ему в колено. Поврежденная рука отключилась, и пистолет выпал из пальцев на стол. Одним прыжком я очутилась перед ошалевшим шофером, провела прямой удар в голову, и водитель свалился на пол как подкошенный, так и не успев схватить пистолет здоровой рукой. Бой длился шесть секунд. Каримов на карачках полз по полу к выходу, сжимая остатки ноутбука.

Я рванулась к пришедшему в себя охраннику, который получил от меня коленом в нос. У того по лицу обильно текла кровь. Глаза с ненавистью глядели на меня. Сбоку пробежали к выходу двое парней в спортивных костюмах. Один оттолкнул в сторону Каримова, так что тот растянулся на полу. Парень и девушка испуганно жались в углу, а буфетчица набирала телефон милиции у себя за стойкой.

Я, как в замедленном кино, двигалась к бандиту, улавливая каждое движение вокруг себя. Сзади, за витриной кафе, парни Никиты налетели на бандита, дежурившего у «Мерседеса» Каримова. От черного хода послышался быстрый топот ног. Обнажив в дьявольской ухмылке осколки зубов, бандит на моих глазах вытащил из-за пазухи гранату и выдернул пальцем чеку.

— Не подходи, сука, взорву! — заорал он истошно. — Дай мне уйти!

Мои уши уловили щелчок предохранителя пистолета. Я мгновенно упала на колени и перевернулась на бок, выхватывая последний метательный нож из-за пояса. За спиной громыхнул выстрел, потом другой. Пули просвистели совсем рядом. Одна из них задела буфетчицу.

Зажимая рану в простреленной руке, женщина ринулась к подсобке. Бандит с гранатой схватил буфетчицу и подтянул к себе, завывая от боли в раненой руке. В эту же секунду в помещение ворвалась милиция.

— Оставаться на местах! Бросайте оружие! — заревел Никита, вламываясь через дверь черного хода из подсобки с пистолетом наготове. За ним влетели трое собровцев в масках при полной выкладке.

— Я взорву ее! — заорал бандит, разворачивая визжащую женщину лицом к Никите и поднимая выше руку с гранатой.

Оценив ситуацию, я прыгнула вперед, ожидая выстрелов в спину, перехватила руку бандита с гранатой, а метательный нож вонзила ему в крестец, что вызвало мгновенный паралич.

— Никому не стрелять! — предостерегающе крикнул Никита на всякий случай.

Я мягко опустила хрипящего бандита на пол, не давая сработать гранате. Раненая женщина, высвободившись, кинулась, рыдая, на грудь Никите. Я растерянно оглянулась, ища, чем бы перевязать гранату. У входа двое собровцев держали прижатого к полу Каримова. В руке у него был зажат пистолет. Поняв, что на улицу ему не выйти, он решил пристрелить меня в спину, но вовремя появились собровцы. Трое в гражданском с пистолетами в руках стояли рядом с собровцами, пожирая глазами гранату в моей руке.

— Ковальчук, чего таращишься? Помоги ему с гранатой! — крикнул Никита, кивая на меня кому-то из парней в штатском.

К входу в кафе подкатила «Скорая помощь». Вой сирены прошелся по моим нервам, как по натянутым струнам. Ковальчук, лысеющий парень лет под тридцать, присел рядом со мной и аккуратно отобрал гранату.

— Панин, отведи женщину к «Cкорой»! — скомандовал Никита, проходя мимо. Рывком подняв меня с пола, Никита прорычал мне в лицо: — Пойдешь со мной, и без фокусов. — Он достал наручники. У меня в голове мелькнула мысль, а не ошибку ли я сделала, сдавшись Никите?

Он вывел меня на улицу. Звякнули ключи от машины. Подтягивая меня к своей «девяносто девятой», Никита вставил ключи в замок.

— Что, дура, думала, я тебя выпущу? — прошептал он над моим ухом.

— Нет, не думала, — бросила я в ответ. Короткий удар в солнечное сплетение, наручники упали к моим ногам, а Никита, хрипя и хватая ртом воздух, повалился на тротуар. Выдернув из дверцы ключи, я прыгнула в машину, завела двигатель и, переключив скорость, дала по газам. Вслед мне не стреляли, что было очень удивительно. Скорее всего, обалдели от неожиданности. Свернув за угол, я на скорости под сотню километров погнала по проспекту, затем свернула в боковую улочку и, бросив машину, пошла прочь. На следующей улице я поймала машину. Темно-синяя «Хендаи» с тонированными стеклами вылетела мне наперерез и остановилась, едва я подняла руку.

— Куда? — спросил улыбчивый шофер в очках-хамелеонах, взглянув через приспущенное дверное стекло.

— В центральную библиотеку, — бросила я, глубоко вдыхая ледяной воздух. Сзади приближались звуки милицейских сирен.

— Не вопрос, — улыбнулся шофер еще шире, — в библиотеку так в библиотеку. Садись!

Я прыгнула на заднее сиденье, и машина стартовала с места. На приличной скорости мы обошли «ЗИЛ», груженный лесом, обогнали несколько легковушек, подрезали «Газель».

— Не надо так быстро, — попросила я шофера, подумав, что такие гонки несомненно привлекут внимание преследователей. Лучше ехать спокойнее. Впереди показался патрульный автомобиль ДПС. Инспектора зорко вглядывались в проезжающие машины.

— Я думал, вы торопитесь в библиотеку. Запыхались, будто бы бежали, — пробормотал шофер, снижая скорость.

— Нет, вы ошиблись, я не запыхалась, а просто дышала свежим воздухом. Люблю, знаете ли, подышать. Гимнастика такая. — Я искоса наблюдала за гаишниками. Мысленно я уже видела, как взлетает полосатый жезл, воздух режет трель свистка. Однако ничего подобного не случилось. Мы незамеченными проехали мимо.

— Вы как-то напряжены, — подал голос шофер, глядя на меня в зеркало заднего вида. — Что, у вас что-то случилось? Может, я могу помочь?

— Нет, спасибо, все нормально. — Я оглянулась назад, провожая взглядом гаишников. Те тормознули вишневую «девяносто девятую» и проверяли документы у водителя. — Ваше дело рулить. Сейчас подъедем к библиотеке, быстро заберем одного человека и скажу, куда ехать дальше.

— Не хотите говорить — ваше дело, — кивнул шофер, сворачивая в арку девятиэтажного дома. Наши глаза встретились в зеркале заднего вида, и между нами словно прошел разряд тока.

У меня появилось чувство, что мы знакомы, какое-то ощущение дежавю. Видно было, что он также обеспокоен.

— Тут до библиотеки ближе, — пояснил он.

Я, знавшая Тарасов как свои пять пальцев, напряглась. Шофер или не знал город, что сомнительно, или нагло врал. Я не подала виду, но незаметно сунула руку в карман за электрошокером. Машина резко затормозила. Плавным грациозным движением шофер выхватил из-под куртки пистолет с глушителем и развернулся. Этот маневр я предвидела. Интуиция спасла меня в очередной раз. Уклоняясь от выстрела, я успела перехватить руку с пистолетом, отвела ее вправо, так что пуля прошила стекло. Водитель же успел блокировать мою руку с электрошокером. Голубая искра разряда зависла в сантиметре от его шеи. Следующие две пули вошли в сиденье рядом со мной. Напрягая все силы, водитель стремился вырвать у меня свое оружие и отстранить электрошокер. Я ослабила правую руку, сделав вид, что поддаюсь, а затем, используя силу противника, сместила шокер к его руке с пистолетом. Тряхнуло нас обоих. Еще во время учебы в «Ворошиловке» я заметила, что могу хорошо переносить удары током, поэтому считала, что в данный момент это даст мне преимущество. Только и водитель оказался крепким парнем. Он вскрикнул, выронил пистолет, но не потерял боеспособности. Когда я вновь обрела способность видеть после разряда, то едва успела уклониться от кулака, направленного мне в голову. Затем, предотвратив захват, я сама вывернула руку противника и из положения полулежа лягнула его ногой в лицо, лишь чудом не свернув шею. Убийца потерял сознание, повис на спинке сиденья.