Лестница страха - Михаил Ежов

— Как это понимать?

— Он считает, что это может быть фасадом. Типа, у нас все открыто, официально, а значит, закон мы не нарушаем. Удобная позиция.

— Значит, наркоотдел будет «Братство Эреба» прорабатывать?

Дымин кивнул:

— Ну да.

— А что насчет школы?

— Жериков говорит, секта с ней не связана. Вообще ничего общего. Они проверили даже родственные связи. По нулям.

Смирнов сунул сигарету в рот, закурил.

— Надо туда влезть.

— Куда? — не понял опер.

— В секту.

Дымин усмехнулся.

— Как? И зачем? Думаешь, они тебе все выложат прямо с порога? Как ты себе это представляешь? «Здравствуй, новичок, мы видим тебя впервые, но хотим тебе предложить попробовать новую дурь!» Так, что ли?

— Смейся, смейся. Только я думаю, что Жериков прав насчет фасада.

Дымин пожал плечами:

— Ладно, я пойду. Пиши свой отчет.

— Давай, — кивнул Смирнов.

Когда опер ушел, следователь вернулся к компьютеру и начал печатать, не вынимая изо рта сигарету. Через полчаса отчет был готов, и следователь распечатал три листка. Он изложил все, что знал, постаравшись придать версии как можно более убедительный вид. В конце поместил выводы и предложения. Например, порекомендовать родителям проверить кровь своих детей. Скрепив листки степлером, Смирнов отправился к начальнику.

— Можно? — Трижды постучав, он заглянул в кабинет Павла Петровича.

Тот поднял на следователя недовольный взгляд:

— Ну наконец-то! Я думал, ты от меня бегаешь.

— Искали, Павел Петрович? — сделал наивное лицо Смирнов. — А я вот отчет писал.

— Давай сюда! — требовательно сказал начальник, протягивая руку.

Следователь отдал ему листки:

— Вы сейчас читать будете?

— Сейчас, сейчас, — буркнул Павел Петрович. — Присядь-ка пока.

Смирнов плюхнулся на стул. Он следил за выражением лица начальника, читавшего отчет, пытаясь понять, какое тот производит на него впечатление. Меньше всего следователю хотелось услышать в качестве резюме «Бред!».

Минут через пять Павел Петрович нахмурился, взглянул на подчиненного и вопросительно поднял бровь:

— Ты это серьезно?

— Абсолютно.

— И Казимов тоже так считает?

— Это его идея.

Начальник продолжил чтение. Еще минут через пять вздохнул и отложил листки. Почесал щеку.

— Если бы я читал детектив, я бы сказал «браво», — проговорил он наконец. — Но ты, как я понимаю, предлагаешь вломиться в школу и перевернуть там все вверх дном из-за того, что там нет текучки кадров. И еще потому, что в биографиях учителей есть, как ты это называешь, пробелы.

— Но я уверен, что все так и есть, — упрямо проговорил Смирнов.

— Даже если допустить, что вы с Казимовым правы, все равно это невозможно доказать. А вот что касается Голобова, тут дело другое. Алиби у него нет, более того, он явно в сговоре с Викуловым, который его прикрыл. Администрация могла быть и не в курсе, так что и тут нам ничего не светит. Можем прижать только Голобова, тем более что у него, как я понял, есть личные мотивы.

Смирнов угрюмо кивнул.

— Конечно, когда Казимов придет в себя и расскажет, что с ним случилось… — Павел Петрович развел руками. — В общем, если окажется, что на него напали в школе, тогда дело другое. Хотя это ведь мог быть и Голобов, так?

— Да, — без энтузиазма отозвался Смирнов.

— Ну вот и хорошо. Пока у нас есть повод заняться только им, так что будем выписывать ордер на обыск квартиры. Ну и вообще по полной программе.

— А допинг?

— Что — допинг?

— Детей сейчас увезли в лагерь на спортивные соревнования. Они наверняка получат стимуляторы.

— Если хочешь, договаривайся с наркоотделом. Мы не можем заявиться туда и сделать анализы. Повода нет. Но, честно говоря, на твоем месте я бы сосредоточился на убийствах. Кстати, я звонил в больницу, спрашивал про Казимова. Говорят, он постепенно приходит в себя. Пока что разговаривать с ним бесполезно, но на людей хотя бы больше не кидается. Так что есть надежда, что в конце концов все обойдется.

— Значит, вы не против того, чтобы я с Жериковым поработал? — спросил Смирнов, вставая.

Павел Петрович недовольно вздохнул:

— Давай, только не в ущерб.

— Голобова сейчас в городе нет. Он с детьми в лагере.

— Ну, рано или поздно они вернутся. Думаю, соревнования долго не продлятся. А обыскать его квартиру мы можем и без него. Так что работай, а я пока насчет ордера договорюсь.

Выйдя от начальника, Смирнов вернулся в свой кабинет. Все произошло примерно так, как он и ожидал. С другой стороны, если прессануть Голобова, он, возможно, расколется и сдаст остальных. В общем, не так все плохо. Уж за убийства-то его можно взять — а это немало.

В кармане зазвонил мобильник.

— Это Павлов.

— Здорово.

— Я насчет лагеря.

— Узнал название?

— Все узнал. Записывай.

— Секунду. — Смирнов достал блокнот и ручку. — Слушаю.

Павлов продиктовал адрес и название лагеря.

— Как ты сказал? «Звенящий родник»?

— Ага.

— Миленько.

— И не говори. Прямо детством повеяло.

— Ладно, спасибо.

— Валер, ты туда собираешься? Мне Дымин рассказал о вашей с Аликом версии…

— Не знаю пока. Надо кое-что тут доделать.

— Не один, надеюсь?

— Посмотрим. Все, мне пора.

— Если решишь ехать, я могу составить компанию.

— Спасибо. Но думаю, это не понадобится. Петрович мой отчет не заценил. Так что велено сосредоточиться на Голобове. Будем его брать за убийства.

— Ты все-таки не забывай о том, что я сказал.

— Не забуду.

— Ну все, пока.

— Давай.

Выключив мобильник, Смирнов откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Он понимал, почему Павлов был уверен, что он поедет в лагерь: дети могут вернуться со дня на день, а Голобова в городе все равно нет. Можно ли упускать шанс? Конечно, сделать анализ крови не удастся, но можно ведь обнаружить и что-то другое. Например, продукт, в который детям добавляют стимулятор. Смирнов был уверен, что это делается именно так. Он вздохнул и достал сигарету. Все-таки нужно бросать.

Не успел он закурить, как опять зазвонил мобильник.