Сын за сына - Александр Содерберг

– Ты серьезно ожидаешь ответа на этот вопрос, Томми?

– Ты стал законопослушным?

Ни звука от Уве.

– Влюбился?

– А что это такое? – поинтересовался тот.

Томми не улыбнулся, Уве тоже.

– Встретил Бога? – продолжал полицейский.

Уве вдумчиво ответил:

– Нет, Бог не пускает меня. – Слова показались искренними, полными грусти и одиночества.

– Так ты такой же ужасный, как всегда?

Уве разочарованно посмотрел на собеседника. Кивок, открытый взгляд. Обжигающий. Томми отвел глаза в сторону.

Перед ними поставили две тарелки. Уве снова стал шутить с официантом. Взял нож и вилку и начал орудовать ими; ел с аппетитом. Томми, чуть поковыряв в тарелке, предпочел сконцентрироваться на пиве.

– Продолжай, – сказал Уве.

– Ты нужен мне в «режиме готовности».

Уве приподнял бровь, взял в рот очередной кусок.

– В режиме готовности, перед тем как ты, возможно, поможешь мне убрать одного парня… или девушку.

Уве перестал жевать, удивленно взглянул на Томми и театрально изобразил гримасу боли:

– Ай-ай-ай. Еда горячая, как же, блин, обожгла… Томми Янссон, начальник полиции… хороший парень.

Томми пил пиво большими глотками, избегая взгляда Уве.

Тот откинулся назад, взял с колен льняную салфетку и вытер рот – или, скорее, похлопал себя по губам, – не отрывая глаз от Томми. Потом снова взял приборы и продолжил спокойно есть.

– Что скажешь, Уве?

Молчание. Уве невозмутимо продолжал есть. Так они обедали. Томми понял, что дальше этого они не продвинутся. Он махнул официанту и потер большой палец об указательный и средний, показывая, что хочет заплатить.

Они вышли из ресторана, Томми на несколько шагов впереди. Уве обогнал его.

– Иди за мной.

Они пошли дальше по улице, свернули у подземной парковки, спустились вниз.

Потолок внизу был низким, все парковочные места заняты. Уве подошел к «Мерседесу». Машина мигнула и открылась. Не успел Томми среагировать, как Уве схватил его за руку, притянул к себе и прижал к бетонной колонне.

Сильное нажатие на руку – и Томми вдруг почувствовал частичный паралич половины тела. Уве, сменив хватку, своей крупной левой рукой схватил полицейского за горло, сильно придавил к колонне. Правой обыскал его одежду и нашел выключенный мобильник, ключи, бумажник, конверт и двадцать тысяч свернутых в трубочку евро в кармане джинсов. Ослабил хватку.

– О’кей, – сказал он. – Я провожу оценку, ищу факторы риска. Отсутствие прослушивающей аппаратуры, выключенный телефон и вдобавок вот это, – Уве помахал пачкой купюр, – позволяют мне продолжить общение с тобой. Я беру.

– Беру что?

– Две сотни. Я же говорил тебе, а?

Уве отдал телефон, ключи и бумажник, но оставил конверт и деньги. Томми взял свои вещи и стал массировать шею.

– Да, ты как-то заикнулся об этом. Две сотни вперед, остальное потом.

– О’кей, Томми. Имя?

– Двое коллег – Майлз Ингмарссон и Антония Миллер. Инфа у тебя в конверте, – Томми показал на конверт в его руке.

Уве помахал наличными.

– Это только за одного, – сказал он.

– В итоге, вероятно, будет один, – неуверенно произнес Томми.

– Вероятно?

– Мне нужно сначала выяснить ситуацию, понять общую картину.

– Когда ты все выяснишь?

Томми пожал плечами.

– Когда разберусь с деталями, полагаю, ты выполнишь свою часть.

– Хреновая сделка, – сказал Уве.

– Почему?

– Убрать копа – это опасно. Выйдет дороже.

– Насколько?

Уве теперь улыбался, как торговец.

– Сейчас не беспокойся, я пришлю счет.

Томми задумался. Все шло не очень хорошо.

– Делай так, – сказал он.

– Делай так, – спародировал Уве высоким дикторским голосом из сороковых.

– Только подожди, Уве. Никаких резких движений, понял?

– Ой-ой, капитан! – Тут Уве отдал честь с противной гримасой, слишком противной, отталкивающей и неприятной. Потом громко и весело рассмеялся. Уве во всех смыслах не имел барьеров. И, может, над этим-то и смеялся, пока шел к машине.

Он обернулся.

– Видишь его?

– Кого? – спросил Томми.

– Вот же, рядом с тобой! – Уве показал в пустоту.

Полицейский бегло взглянул туда.

– Дьявол, Томми. Он стоит здесь, прямо около тебя, твой новый приятель! – Уве радушно рассмеялся.

– Может, перестанешь пороть чушь? – сказал Томми.

Уве обернулся, смех тут же прекратился.

– Нет, не могу! – рявкнул он в ответ.

Томми, испугавшись, уставился в землю.

Уве запрыгнул в «Мерседес» и помчался навстречу дню.

Томми Янссон в подавленном настроении стоял в одиночестве, пытаясь поймать что-то неуловимое.

* * *

Теперь его звали Ларс Винге. В руке он держал водительские права с фотографией Майлза Ингмарссона.

Девушка за стойкой держалась вежливо и холодно, такой же была атмосфера в офисе. Ковролиновая тишина, ровное двадцатидвухградусное тепло, равномерно обволакивающее все вокруг.

Она протянула руку вперед, жестом показывая, что хочет увидеть какой-то документ, подтверждающий личность. Он дал ей удостоверение. Девушка взяла права, не глядя привычно перевернула и вставила под светившийся красным считыватель. Ничего не произошло, и она повторила движение. Ингмарссон, давя в себе панику, показал на права.

– Они повреждены, как видите.

Девушка взглянула на темную полоску. Пластик там слегка облупился.

– Тогда они недействительны, – сказала она в нос.

– Ясно.

– Вам нужно заказать новые.

Майлз кивнул.

– Уже заказали?

– Нет.

Она вбила дату рождения Ларса Винге в систему. Бегло омотрела права два раза, с обеих сторон. За Ингмарссоном росла очередь, и им снова завладела паника.

– Вы по-прежнему являетесь клиентом? – спросила девушка.

– В смысле?

Она читала с экрана.

– Никаких операций по счету долгое время.

– А должны быть?

Она подняла глаза.

– Нет, не обязательно. Но, наверное, нет необходимости в двух банках? А у вас же их два?