Трам-парам, шерше ля фам - Наталья Александрова

Мимо нее одна за другой проехали в сторону поселка три дорогущие иномарки – Надежда узнала «Мерседес» по треугольной звездочке и «Ягуар» по серебряной фигурке хищника на капоте, третья машина была незнакомая, но явно очень дорогая.

Ни одна из этих машин, разумеется, не остановилась подобрать Надежду.

Однако она не успела расстроиться: на дороге показался небольшой грузовичок с надписью «Продукты» на борту. Грузовичок остановился, дверца приоткрылась, оттуда выглянул мужичок с пышными светлыми усами и проговорил:

– Ты еще долго думать будешь? Садись, что ли! Тебе ведь в «Солнечную поляну»?

Надежда поблагодарила и села на переднее сиденье рядом с водителем.

– Давно стоишь? – спросил водитель, покосившись на Надежду.

– Не то чтобы очень… но три машины до вас мимо проехали, ни одна не остановилась.

– А ты как думаешь? Мы для них не люди, а так – пустое место! Они мимо тебя проезжают, будто ты куст или дерево. Если бы не я, так бы ты до вечера и простояла!

– Спасибо вам большое, – проговорила Надежда, чувствуя, что он набивается на благодарность.

– Мы, простые люди, должны друг другу помогать! – авторитетно произнес водитель. – А что-то я тебя раньше здесь не видел. Новенькая, что ли?

– Да, меня из агентства прислали, – осторожно сообщила Надежда.

Ей не хотелось вступать в длительные разговоры, чтобы не ляпнуть лишнего.

– А к кому? – поинтересовался мужчина.

– К Беркутовым.

– А, это к Лиходеевым, значит! Их тут все по старой памяти Лиходеевыми называют, – пояснил водитель. – Хозяйка-то, Алиса Степановна, дочка Степана Лиходеева…

– Того самого? – переспросила Надежда, умело разыграв удивление.

– Того! – с гордостью подтвердил водитель, как будто на него тоже ложился отблеск славы знаменитого в прошлом актера и режиссера.

– Надо же, а я и не знала! – протянула Надежда, чтобы доставить собеседнику удовольствие.

За разговором они подъехали к шлагбауму.

– Вот она, «Солнечная поляна»! – сообщил водитель.

Из небольшой будки вышел пузатый мужчина в камуфляже, лениво потягиваясь, подошел к машине.

– Здоров, Петрович! – проговорил, увидев водителя. – Что привез?

– Что обычно – сметанку, творожок, молочко свежее, – елейным голосом ответил водитель. – Ты же знаешь, Рома, что я вожу!

– Угостил бы творожком! – Охранник облизнулся.

– Заплати – угощу!

Видимо, обмен этими репликами вошел у них в привычку, стал своего рода ритуалом, потому что ни тот, ни другой не вкладывали в свои слова никаких эмоций, и охранник ничуть не обиделся на отказ.

– А это ты кого везешь? – спросил он, взглянув на Надежду.

– К Лиходеевым из агентства, – сообщил водитель. – Долго нас будешь держать? Ты же знаешь, Рома, у меня товар скоропортящийся!

– Ладно, проезжай!

Шлагбаум поднялся, и машина въехала на территорию поселка.

– Вот в этом доме живут твои Лиходеевы! – сообщил водитель, притормозив возле ворот, за которыми виднелась высокая черепичная крыша. – Только ты в главные ворота не суйся, не положено. Для нашего брата имеется отдельная калитка, с задней стороны.

– Да уж знаю, не первый год замужем! – бойко ответила Надежда и вышла из машины.

Вообще-то она сильно трусила. Если поймают – спокойно могут в полицию сдать. Или охрана отметелит. Этот Рома вон какой здоровый…

Грузовичок скрылся за поворотом дороги, а Надежда пошла вдоль высокого забора.

Вскоре она действительно заметила неприметную калитку и направилась к ней. В это время из зарослей черноплодной рябины вынырнул высокий сутулый мужчина лет сорока с излишне красным лицом. Подойдя к калитке одновременно с Надеждой, он подозрительно уставился на нее.

– Дамочка, – проговорил он сиплым срывающимся голосом, – а вы куда это направляетесь?

Прежде чем ответить, Надежда внимательно осмотрела мужчину.

Как уже сказано, он отличался излишне бодрым цветом лица, на котором особенно ярко пламенел крупный бугристый нос.

«Пьет! – уверенно подумала Надежда. – Определенно пьет!»

В пользу этого предположения говорил и сиплый голос незнакомца, и несколько суетливые движения, а также некий удлиненный предмет, вырисовывающийся в заднем кармане штанов и подозрительно напоминающий бутылку.

– Из агентства меня прислали, – бойко сообщила Надежда. – К Беркутовым. Это ведь Беркутовых дом?

– Кто говорит – Беркутовых, кто – Лиходеевых, – проговорил мужчина, открывая калитку. – Ежели из агентства – заходи, тебе к домоправительнице нужно, к Эльвире Петровне. А ты по какой части будешь – кухарка, что ли, или насчет уборки?

– Я насчет сада, – ответила Надежда, войдя в калитку и оглядывая участок.

Она ответила именно так, поскольку на профессиональную кухарку явно не тянула, а в садовых растениях хоть немного разбиралась и могла бы ответить на какие-то вопросы.

Мужчина, который стоял к ней спиной, закрывая калитку, резко обернулся и уставился на Надежду мрачно и удивленно.

– Как – насчет сада? – проговорил он после небольшой паузы. – У них же я садом занимаюсь!

Надежда поняла, что совершила ошибку, но отступать было поздно.

– А я-то при чем? – она пожала плечами. – Я человек маленький, мне сказали – я и поехала!

– Да я к тебе не в претензии! – просипел мужчина. – Это все Эльвира, зараза! Напела хозяйке! Говорит, я пью! А разве же я пью? Так, немножко выпиваю, а кто же не выпивает? Вот скажи, разве есть кто-то, кто не выпивает? – Он взглянул на Надежду в ожидании поддержки, та в ответ неопределенно фыркнула. – Застала она меня пару раз немного выпивши, не спорю, – продолжал садовник. – Так я же у себя был, в сторожке! Разве я там кому мешаю? Вот скажи, мешаю я там кому? – он снова взглянул на Надежду.

– Не знаю, – протянула та.

– Не знаешь!.. – передразнил ее садовник. – А не знаешь, так и не говори! – Он махнул рукой и удалился в сторону крошечного садового домика, больше напоминающего собачью будку.

Надежда перевела дыхание: наконец она осталась одна и могла заняться поисками Светланы.

На участке Беркутовых находился большой дом в стиле швейцарского шале, с крутой черепичной крышей и просторной крытой террасой, уютный гостевой домик, расположенный возле забора, и еще несколько садовых и служебных построек. Наибольший интерес у Надежды вызвал гостевой дом, и она решила именно с него начать свои поиски.

Подойдя к этому дому, она заглянула в окно.

Отсюда была видна кухня. В доме явно кто-то был – на плите стояла медная кофейная турка, рядом на тарелочке лежал бутерброд. Однако самого обитателя видно не было.