Аффект - Катрина Фрай

– Хорошо, сэр, я ещё раз всё перепроверю.

– Рад, что ты вернулась.

– Спасибо, сэр.

Я решила вернуться к делу чуть позже, пока же, я стала просматривать электронную почту.

Стук в дверь отвлек меня от работы. На пороге кабинета возник Брайн. Он был в хорошем расположении духа, как всегда позитивный, прекрасно выглядевший. Среди однокурсников в академии Брайн Уэйн был одним из лучших.

– Ты уже на рабочем месте, крошка? Не помешаю?

– Нет, хотя когда ты спрашивал разрешения, – фыркнула я.

Он сел в посетительское кресло напротив меня. Я кивнула на раскрытую передо мной папку.

– Дело Тома Грейсона, слышал?

– Конечно.

– Что скажешь?

– Думаю – это суицид, не знаю почему майор перевёл дело нам? Всё очевидно и прозрачно, тем более у их семьи нет родственников, в суд никто подавать не будет на несогласие в расследовании. Если мы сейчас его не закроем, будет очередной "висяк". А у нас таких, вон, целая куча, – он указал пальцем на стопку папок лежащих у меня на столе.

– Возможно… Вопрос только, стоит ли, собственно говоря удивляться, что он совершил убийство родителей? Рано или поздно в сущности этого следовало ожидать, зная, как жила эта семья. Но, есть один момент, который меня насторожил пока я просматривала дело. Не знаю, придал ли ты этому значение?

– Какой? – заинтересованно спросил Брайн.

– Мальчик был метр семьдесят ростом, а потолок в их доме, – я развернула папку к Брайну, – посмотри на фотографию – почти три метра. Веревка не достаточно длинная, чтобы он со стула достал её. – Я подтолкнула папку к Брайну и протянула ему её, указывая на фотографии. Нужно поехать на место преступления и провести следственный эксперимент.

– Ты серьезно? – недоумевая, спросил Брайн, делая вид, будто я спятила.

– Я когда-нибудь шутила? – огрызнулась я.

– Ну, хорошо, если ты считаешь, что это необходимо, можем съездить.

– Давай, часа в два поедем туда, для начала немного разгребём весь это беспорядок на столах.

– Хорошо, если это будет не самоубийство, тогда у майора Броуди отменный нюх на дела об убийствах! – присвистнул Брайн.

– У майора на его веку тысячи таких преступлений, у него уже третий глаз должен был открыться. А теперь, оставь меня одну, мне нужно сосредоточиться на делах.

Дальше мы обсудили, какими "висяками" займемся, чтобы закрыть несколько старых дел и условились встретиться на парковке в два часа дня.

Мне нужно было выпить кофе. Я встала и запрограммировала кофеварку подаренную мне Гейбом на одну порцию эспрессо. Запах свежесваренного кофе не заставил себя долго ждать. Налив себе в чашку ароматный напиток, я почему то захотела добавить в него сахар и сливки, хотя это было мне не свойственно, я пью всегда только черный кофе без сахара. Я снова отправилась на местную так называемую кухню в конце коридора. Некоторые детективы и полицейские уже разошлись по объектам и рабочим местам. С пакетиком сахара и сливками в руках я прошагала по коридору мимо кабинета Брайна. Дверь была приоткрыта, но в комнате было пусто. Я вернулась к себе. Голова уже не болела.

Посмотрев в окно, на гудящую толпу людей и машин, которые в стремительном потоке, куда- то всё спешили, я сделала глоток кофе, и он приятным теплом разлился по всему моему организму. Достав одной рукой из кармана брюк свой сотовый, я написала Гейбу в приложении "вацап" сообщение, что люблю его и предложила, сегодня на ужин заказать пиццу.

В ответ он мне прислал взаимное признание в любви и сказал, что был бы не против даже пары пицц.

Гейб, очень много работал, несколько лет назад он основал свою клинику, где принимал и работал врачом – психиатром. Клиника была многоуровневая; для элитных клиентов был отведён отдельный этаж, для тех, кто нуждался в помощи, но не имел страховки – другой этаж, где, в основном работали молодые врачи, специалисты которые проходили практику, или тот, кто получил только диплом и ему требовались навыки и практика. Эндрю Гейб был публичным, известным человеком не только в Нью–Йорке, но и за его пределами, так как он вносил большой вклад в развитие медицины и психиатрии. Гейб так же занимался благотворительностью и в будущем хотел открыть клинику в Лондоне, по размаху не меньше чем в Нью-Йорке. При всей своей загруженности, он всё же успевал уделять мне внимания столько, что я никогда не чувствовала себя обделенной.

Мои размышления прервал телефонный звонок рабочего телефона. Сняв трубку, я услышала голос майора Броуди.

– Глория, немедленно бросай все свои дела, вы выезжайте с Брайном на массовое место преступление.

– Хорошо, сэр. Что мы имеем?

– Мне известно только то, что в доме найдены три трупа, улица Стрит Мак-Палас 645 в Ист-Виллидж. Несколько минут назад в службу спасения позвонили с неизвестного номера и сообщили о трупах. Звонивший изменил голос. Количество трупов за раз приводит меня в замешательство, это ни о чем хорошем мне не говорит. Передайте с Брайном все свои "горящие дела" другим детективам, сами езжайте и разберитесь, что там произошло.

– Слушаюсь сэр, выезжаем.

Брайн уже вертел ключами от машины, стоя возле двери моего кабинета.

– С возвращением, детка. Убийцы не спят, – присвистнул он.

– Оглядимся сначала, что и как, потом если нужно будет, дополнительно позвоним Эдриану Курту. Если дело запутанное, только этот судмедэксперт сможет нам помочь, – бросила я через плечо Брайну, закрывая дверь кабинета.

Глава 2

Мы поехали каждый на своей машине. Брайн ехал на своем «Мустанге» впереди меня, а я на своем «Мерседесе» пристроившись за ним. На всякий случай в дороге, я позвонила Курту и предупредила его, что возможно он нам понадобится в ближайший час. Это не вызвало у него положительных эмоций, так как он всегда был занят особо важными делами, а именно, бесконечно вскрывая трупы.

Улицы были плотно забиты машинами. Опустив стекло, я вдыхала летний воздух города, а легкий ветерок овевал моё лицо и беспощадно трепал волосы.

От уличных лотков доносились разные запахи, жареных сосисок, свежей выпечки, сваренного кофе. Люди, снующие туда-сюда, жуя на ходу то, что они успели купить, выстояв очередь. Продавцы зеленых лавок выставляли на тротуар ящики с овощами и фруктами, радующими глаз и вызывающими аппетит.

Через минут тридцать мы наконец-то добрались до дома номер 645. Я припарковалась вдоль тротуара на свободном месте. Вокруг уже сновали журналисты, репортеры и толпище зевак.

Машины полицейских и скорой помощи уже прибыли на место преступления, все ждали только нас с Брайном. Я нацепила свой жетон на пояс брюк и поспешила выйти из машины.

Брайн уже перекидывался словами с дежурным полицейским.

Я уверенным шагом подошла к ним, осматриваясь по сторонам. Дом был довольно большой, с хорошей отделкой и большим садом, в котором стояли деревянные качели. Вокруг стояло полно однотипных домов, камера наблюдения на нашем объекте присутствовала, но была разбита, рассчитывать на то, что там уцелели данные не стоит, но у соседей на противоположной стороне, кажется, всё было в норме. Когда преступник заметал следы, то судя по всему разбил камеру, не мог же он просчитаться настолько, чтобы не заметил камеры на противоположной стороне. А это значит, можно сказать, соседская камера нам ничего не даст, так как, скорее всего она не захватывает всю улицу целиком, чтобы был виден дом 645.