Алые паруса Синей бороды - Дарья Донцова

Морис начал тыкаться носом в мою сумку, которая висела на спинке стула. Я улыбнулась.

– Ридикюль закрыт на молнию. Если хочешь посмотреть, что внутри, сейчас покажу.

Питбуль сел и гавкнул. Я взяла кожаную торбочку, открыла ее, вынула пакетик с надписью «Мясные палочки» и обратилась к Анне Сергеевне:

– Разрешите угостить собаку для налаживания наших дипломатических отношений?

– Вы прямо ему угодили, – засмеялся Петр, – Морис при виде этого лакомства превращается в щенка.

Я вынула из пакета угощение.

– Держи, милый.

Палочка исчезла в огромной пасти за долю секунды.

– Хорошо, но мало, – подчеркнула Анна, – ему можно штук восемь дать.

Я начала скармливать питу лакомство. Тот издавал звуки, похожие на ласковое ворчание.

– Запел, – обрадовался Виктор, – Виола, вы теперь наша писательница, пит признал вас.

– Только не надо называть женщину, которая выпускает чтиво для тупиц, писателем, – процедил Константин.

Морис приподнял верхнюю губу, издал «Р-р-р» – потом положил голову мне на колени.

Я стала гладить его по макушке.

– У Риточки есть радостная новость для вас, – зачирикала хозяйка. – Говори, дружочек!

– Сегодня вечером в честь вашего приезда, Виола, и для привлечения народа мы открываем культурный фестиваль, – зачастила жена Виктора, не договорила, вскочила и убежала.

– Что с ней? – удивился Петр Миронович.

– Не знаю, – ответил Витя, – вот уже пару дней, как ее тошнит от всего. Вчера велела мне рубашку переодеть, когда я поинтересовался «Почему?», услышал в ответ: «От красного цвета меня наизнанку выворачивает».

– Девочка беременна! – обрадовалась Анна Сергеевна. – Ура, поздравляю!

Виктор молча уставился на мать, Петр Миронович прищурился. А я сообразила: младенец, которого Маргарита скоро подарит супругу, никого не радует.

– Мама, ты в этом уверена? – осторожно спросил мэр.

Анна Сергеевна кивнула.

– Конечно. Ритуля здорова, просто она в положении. Девочка бледная, постоянно от еды отворачивается, ее мутит. Ноги у нее отекают, лицо тоже. Все признаки налицо.

Витя встал и медленно вышел.

– Очень вкусный пирог, – сказал мэр.

– Потрясающий, – подхватила я. – Объясните, что я буду делать завтра? Сегодня ведь день отдыха?

– Да, да, – закивал Петр, – вы участвуете в игре в четверг, старт утром в одиннадцать.

– Что интересного можно увидеть в Кустове? – задала я новый вопрос.

– У нас великолепный музей… – начала хозяйка дома.

– Ничего хорошего тут нет, – перебил ее муж, – полное убожество вокруг.

Завтрак продолжался еще примерно полчаса, потом все разбрелись.

Несмотря на позднюю осень, сегодня выдался солнечный день, просто бабье лето. Я пошла погулять по участку, забрела в лес, неожиданно увидела там беседку и решила отдохнуть. Строение оказалось застекленным, но дверь неплотно прилегала, поэтому, когда я поднялась по лестнице ко входу, поняла: внутри сейчас находятся Виктор и Рита.

– …! – с чувством произнес муж.

– Честное слово, честное слово, честное слово, – забормотала Рита, – это неправда! Я же не могу забеременеть.

Пара определенно удалилась в укромное место, чтобы поговорить без свидетелей. А подслушивание чужих бесед не является моим хобби. Я сделала шаг назад и чуть не закричала от резкой боли. Сначала мне показалось, что в большой палец правой ноги воткнули раскаленный гвоздь. Но через секунду стало понятно, что произошло.

Пару лет назад мы со Степаном отправились на юбилей нашей приятельницы. Я надела длинное платье и туфли на каблуках. И все было хорошо до момента моего похода в туалет, где недавно вымыли пол. Я поскользнулась на мокрой плитке, подвернула ногу и, как потом оказалось, повредила плюснефаланговый сустав большого пальца ступни. Поверьте, это очень больно, просто очень. Около года я могла носить только обувь с широкой колодкой. Потом я решила, что вылечилась, несколько месяцев радовалась лаковым лодочкам и, торопясь по делам, опять подвернула ногу.

Когда незадачливая больная Тараканова вновь возникла в кабинете доктора, тот встретил ее как родную и посоветовал:

– Передвигайтесь не торопясь, носите устойчивые ботинки, помните: подобная травма может стать привычной. Как говорится, где тонко, там и рвется.

К сожалению, доктор оказался прав. Повредив в очередной раз свою многострадальную лапку, я вспоминаю другую пословицу: «Больной зуб длиннее других». А палец на моей ступне оказался просто километровым. Вот и секунду назад я опять ухитрилась повредить бедный сустав, больно сейчас очень. Хочу уйти и не могу, волей-неволей пришлось слушать чужую беседу.

– Да ну? – с издевкой осведомился супруг. – Я бесплоден, но ты-то вполне способна произвести на свет ребенка.

– Витенька, как мне стать матерью, если у тебя нет возможности зачать малыша? – всхлипнула Маргарита.

– Издеваешься? – зловещим тоном осведомился Виктор.

– Конечно, нет, – ответила жена.

Раздался звук, словно на пол упал кусок сырого мяса.

– Ой! Больно же, – заплакала Рита.

– А мне каково? – процедил Виктор. – …! Шлюха!

– Витенька!

– Заткнись!

– Никогда, никогда, никогда я не смотрела на другого мужчину.

– Зажмурилась и в постель к кому-то залезла, – рассмеялся супруг.

– Милый!

– Не смей меня так называть.

– Дорогой!

– Заткни пасть!

– Почему ты так со мной разговариваешь? – возмутилась жена.

– Она еще спрашивает! Убирайся вон.

– С ума сошел?

– Это ты со всех катушек съехала!

– Витенька!

– Если не заткнешься, я отрежу твой поганый язык.

– Ой!

– Даю тебе полчаса. Берешь паспорт и сваливаешь по-быстрому. Голая пришла в наш дом, голой и уйдешь.

– Но…

Раздался стук.

– Ой, ой, ой, – запричитала Рита.

– Сказано, …, сиди молча, – продолжил Виктор, – кредитки оставляешь, наличку не берешь!

– Но как же? – зашептала Рита. – Если ты считаешь, что я тебе изменила…

Глава шестая

Виктор расхохотался и передразнил жену:

– «Если ты считаешь, что я тебе изменила…» Отлично знаю, что дети от меня не родятся. Следовало Светлану около себя удержать, а я, идиот, дурак, дебил, назло ей на тебе женился.

– Как назло?

– Не нравится правда? – обрадовался муж, решив причинить спутнице жизни побольше неприятного. – Ты мне никогда не нравилась. Глупая и некрасивая.

– Ой!

– Полная дура!

– Неправда.

– Поспорь еще!

– Вчера ты другое говорил.

– Вчера не сегодня. Вчера у меня была жена, а сегодня шлюха!

– Витенька, это ошибка!

– Верно, – неожиданно спокойно отреагировал супруг, – эх, надо было слушать маму. Когда я сказал ей, что хочу жениться, она сразу меня предупредила: «Подожди некоторое время. Семейная жизнь не должна строиться на желании доказать бывшей любовнице, что ты ее забыл и счастлив с другой. Тебе с Маргаритой не ужиться, вы очень разные». А я, идиот, решил, что мать, как всегда, хочет руководить мной, и вопреки ее желанию сыграл свадьбу. И ведь честно предупредил тебя, что не способен стать отцом. Что я услышал в ответ? Отвечай.

– Правду, – ответила Рита, – я родилась и воспитывалась в семье сумасшедших, мамаша домохозяйка, отец приемщик в химчистке. Они девять