Пристанище - Мария Орунья

– Сержант, – сказала она Ривейро, – я надену комбинезон, хочу подойти к телу, ты со мной?

– Да, лейтенант.

Сабадель сделал вид, будто не услышал предложения Валентины, но про себя порадовался, что она не заставляет его приближаться к трупу. Лейтенант Редондо знала слабости и достоинства каждого члена команды, он эксперт в области искусства и археологии, а вовсе не криминологии, потому при расследованиях обычно занимается культурным аспектом. Сабадель не выносил близости и зловония смерти. Однако, желая внести свою лепту, он вмешался:

– Лейтенант, история моты довольно интересна.

– Ты знаешь это место, Сабадель?

– Ну… если честно, нет… Но я знаю, что мота – пример земляного военного сооружения концентрической формы, обычно оно было оснащено деревянными башнями, но они, разумеется, не сохранились. В общем, это крайне оригинальный тип средневекового фортификационного сооружения, на Пиренейском полуострове такое редкость.

Все, что сообщил младший лейтенант, Валентина уже успела прочитать на информационном плакате. Сабадель знает не больше нее самой.

– Ладно. Когда вернемся в отделение, изучишь все материалы о моте и подобных сооружениях в наших краях, вдруг это важно. А пока мы с Ривейро будем заняты осмотром тела, проследи, чтобы никто из посторонних сюда не проник, я не хочу, чтобы тут собрались зеваки и фотографировали. Пусть держатся не ближе двухсот метров. Возьми на себя руководство патрульными.

– Сделаю.

– Ах да, и распорядись, чтобы поставили щит повыше или натянули экран вон с той стороны, там с балконов прекрасно все просматривается. Пустите в ход все, что найдется, у меня в машине есть пара термоодеял. И скажите жителям не высовываться из окон и не выходить на балконы, а самое главное – ничего не фотографировать. Агенты из штаба Суансеса тебе помогут, капитан Карусо настоятельно попросил меня, чтобы ничего не просочилось в прессу. Кроме того, нужно будет опросить жильцов всех домов. Чуть дальше есть еще и частные дома, надо и там всех обойти.

– Понятно, лейтенант, – скорбно вздохнул Сабадель.

Валентина и Ривейро облачились в защитные комбинезоны и медленно направились к центру идеальной мишени, которую представляла собой мота, все глубже погружаясь в колодец времени.

Чем ближе они подходили к трупу, тем сильнее Валентину тревожила странная атмосфера, она никак не могла отогнать навязчивое чувство – своего рода тревожное любопытство, вызванное столкновением с чем-то совершенно чуждым. За время работы она повидала немало трупов в самых разных ситуациях, но никогда не встречала ничего подобного. Если бы не бледность лежавшей перед ней мертвой женщины, она бы приняла все это за театральную постановку. Казалось, они стоят на величественной сцене античного театра – как, например, в Мериде, куда их с братом в детстве водили родители.

Подойдя к телу вплотную, Валентина отказалась от гипотезы о суициде – тело лежало так картинно, что не оставалось сомнений: уложили его намеренно. Валентина и Ривейро присели на корточки.

– Чувствуешь? – спросила она, глядя на сержанта.

– Да, запах не сильный, но отчетливый. Что-то знакомое, вот только определить не могу.

Валентина кивнула и уверенно произнесла:

– Ваниль. Думаю, наша принцесса пахнет ванилью. Невероятно. Ее еще и надушили.

– Твою ж мать.

– Да уж.

Валентина изучала лицо женщины – такое умиротворенное. Вблизи черты напоминали скорее нордические, нежели испанские.

– Что же с тобой случилось, принцесса? Откуда ты такая взялась? – пробормотала Валентина и принялась осматривать одежду.

Неглубокий вырез платья, переплетенный тесьмой цвета старого золота, прикрывала прозрачная шелковая кисея. Простые прямые рукава плотно облегали руки до запястий. Изящная вышивка на манжетах не оставляла сомнений: будь эта женщина (тридцати – тридцати пяти лет на вид, не более) из далеких времен, к простолюдинам она явно не принадлежала бы. Накидка без рукавов, что-то вроде жилета, из тонкой светло-коричневой кожи доставала почти до щиколоток, на ногах темно-коричневые сандалии, с виду ручной работы.

– На испанку не похожа, – задумчиво произнес Ривейро.

– Не похожа, – согласилась лейтенант, – я бы сказала, она из Скандинавии. Одежда и правда выглядит старинной, хотя вроде как не заношенная. Что думаешь?

– Неудивительно, что Маса так впечатлился. Взгляни на обувь, эти сандалии точно носили, они даже приняли форму ее ноги.

– Только не говори, что и ты считаешь ее пришельцем из прошлого. Не позволяй этим декорациям сбить себя с толку, сержант. Машины времени не существует.

– Знаю, лейтенант, просто раньше мы никогда с подобным не сталкивались.

– Тут ты прав. Психи становятся все изощреннее. Может, у нас как раз один из таких, с богатой фантазией? Насмотрелся фильмов про принцесс и драконов и поехал головой на этой почве?

Ривейро грустно улыбнулся.

– Может.

– Обрати внимание, на ногтях нет лака, но они очень ухоженные. Ни бус, ни колец нет… Уши тоже не проколоты, никаких серег, так что навскидку я скажу, что она точно не похожа на типичную жительницу большого города. Татуировки или отметины?

Ривейро покачал головой.

– Об этом я вам отчитаюсь через несколько часов, – вмешалась Клара Мухика. – Пока я лишь заглянула к ней под юбку и не обнаружила никаких ссадин, синяков или прочих следов насилия.

– То есть…

– То есть вряд ли ее изнасиловали.

– Ладно. – Валентина облегченно вздохнула, будто ее утешила мысль, что женщину не подвергли насилию, перед тем как убить. – А что с бельем? Оно какое – современное или тоже старинное?

– Ты не первая об этом подумала. Но белья на ней нет.

– Вот как? – Валентина поразмыслила и покосилась на Ривейро. – А она выбрита?

– Тоже нет.

– Если бы не одна деталь, – проговорила лейтенант, – я и сама уже начала бы думать, что где-то среди этих руин запрятан туннель времени.

– Какая деталь? – чуть ли не хором спросили Ривейро и Мухика.

– Брови. Вернее, их форма. Вам они не кажутся слишком?.. Ну не знаю, похоже на депиляцию в салоне красоты. Они у нее современные.

– А ты права, – согласилась судмедэксперт. – Но в целом лицо выглядит очень естественно, она даже не накрашена.

– Как знать, может, пятьсот лет тому назад уже практиковали депиляцию воском, – заметил Ривейро. – Но на гламурную тусовщицу она и правда не похожа, если ты об этом.

– Я рассматриваю все возможности, Ривейро, и пока уверена только в одном: эта женщина не прибыла к нам из Средних веков. В любом случае после судмедэкспертизы у нас появятся более надежные данные. Мухика, а под ногтями у нее что-нибудь нашли?

– Ничего, они в идеальном состоянии. Словно она только-только из салона и сразу сюда.

– И пахнет ванилью, – добавил Ривейро.

– Да, и это тоже. И монета, которую она держала в руке. Монету забрал Лоренсо Сальвадор. Вон он у