Шелест кукурузы - Хелен Берд

Каждый раз при встрече бывший друг ухмылялся так, что Шейну хотелось рожу ему начистить, но он сдерживался. Терок с городским советом только не хватало…

Мысли путались.

Шейн думал: завтра придет отчет коронера, и он посмотрит, что там будет написано. Мужчина вспоминал окровавленные следы на стене ванной Джорданов и думал: почему?

А еще Шейн вспомнил одну мелкую, но странную деталь: волосы у Кэтрин были здорово поседевшими.

Глава вторая

Первым, кого встретила Луиза в Хаммерфорде, был Шейн Картер.

Она понимала, что ей все равно придется заехать в управление шерифа, чтобы выяснить обстоятельства смерти матери и узнать, когда девушка сможет заняться похоронами – не то чтобы у нее был выбор ритуального агентства, в городке было всего одно, да и то хорошо, что вообще было, – однако она не ожидала, что шериф сам встретится ей в магазинчике на заправке.

И совсем не ожидала, что узнает его. Действительно узнает его.

За кассой сидела какая-то девчонка, с виду – школьница, подрабатывавшая после занятий. Жуя жвачку, она пробила Луизе две бутылки минеральной воды и несколько упаковок готовых бургеров и салатов, а когда Луиза уже собиралась уходить, ее окликнули.

– Луиза… Миллер?

В заросшем щетиной мужчине в песочной форме помощника шерифа Луиза не сразу узнала Шейна Картера. Она знала его подростком, с которым по-детски встречалась и даже несколько раз целовалась. Он был чуть ли не единственным нормальным среди местных тинейджеров, но абсолютно не могла разглядеть этого подростка в нынешнем Шейне.

Знакомый ей мальчишка исчез.

– Да, это я, – разговаривать с ним, держа в обеих руках продукты, было не очень удобно. – А вы мистер Картер?

Называть его на «вы» было тем более неудобно, даже чисто по интонации.

– Соболезную утрате. – Шейн расплатился за свою банку кофе и сэндвич. Девчонка, меланхолично продолжающая жевать, протянула ему сдачу. – Ага, спасибо, Кейси. Как дед?

– Бухает. – Кейси передернула плечами. – Заправка на мне.

Луиза почувствовала себя неловко, словив лишь отрывок чужого разговора, не предназначенного для ее ушей. В этом городе она была чужой и вряд ли хоть когда-нибудь станет своей. Впрочем, ей это и не нужно. Она пока не понимала плана своих действий, но знала, что, если Джилл не захочет оставаться в Хаммерфорде с кем-то из других родственников, девушка заберет сестру.

В конце концов, был ли у нее выбор? А даже если и был, разве может она бросить ребенка, который так же, как и она, потерял мать?

И сначала нужно было похоронить маму. Телефона местной ритуальной компании у Луизы не было; она понятия не имела, был ли у мамы куплен участок на местном кладбище, и собиралась поискать документы в доме, но сначала нужно было туда попасть. И Луиза не знала, где были ключи – у соседей, под ковриком у двери или в полиции?

Господи, она даже не знала, где сейчас ее сестра!..

– …если что, ты всегда можешь позвонить, – Шейн тем временем что-то говорил девчонке за кассой. – Хорошего дня, Кейси.

Луиза опомнилась и поняла, что стоит у кассы столбом и выглядит при этом как полная дура. Перехватив продукты, девушка поспешила прочь из супермаркета.

– Лу, – окликнул ее Шейн. Она вздрогнула от звучания своего имени. – Подожди, пожалуйста. Извини, привет. – Он сунул упакованный сэндвич в карман. – Ты все-таки приехала. Почему не предупредила?

Луиза дала себе время, чтобы забросить покупки на заднее сиденье машины, и только тогда обернулась к Шейну. Определенно, борода его старила. В ее редких воспоминаниях он оставался тем веселым парнем с пшеничными волосами, за которым безрезультатно ухлестывали девчонки, а он почему-то выбрал ее… На какое-то время.

Сейчас перед ней стоял мужчина, выглядевший куда старше своих двадцати семи или двадцати восьми лет. Сколько ему?.. Вокруг темных глаз собирались ранние морщинки, а и без того светлые волосы изрядно выгорели на солнце. Шейн Картер походил на человека, которого здорово потрепала жизнь, и Луиза почему-то была уверена, что так оно и было.

– У меня же не было твоего номера, – она нервно пожала плечами. – Я не знала, куда звонить и… вот, просто приехала. Привет, Шейн. Прости, я, кажется, не узнала тебя по телефону.

– Ничего, – он улыбнулся, и морщинки в уголках глаз стали еще явственнее. Улыбка у него была прежней, широкой и белозубой. – Что-то не сообразил сразу… Лу, я правда соболезную, – на этих его словах улыбка потухла. – Плохо умею что-то говорить в таких случаях.

Луиза благодарно кивнула. Она и сама не знала, что говорят, любые слова обычно казались пустыми и неискренними. Она чувствовала, что Шейн сочувствует ей, и ценила его честность. И радовалась, что у них есть дела, о которых можно разговаривать, иначе это была бы очень неловкая встреча.

– Я ведь могу заселиться в дом? Или он считается местом происшествия? Прости, я ничего не понимаю в этих ваших процедурах.

– Нет, я сегодня получил заключение коронера, что это действительно было самоубийством, так что дом с сегодняшнего дня свободен от любого присутствия полиции. Ключи у меня в участке, и я мог бы отдать тебе их сразу, если ты заедешь. Если у тебя, конечно, есть время, – он неловко встряхнул головой. – Я ведь не знаю твоих планов.

– Я и сама их не знаю, – призналась Луиза. – В Нью-Йорке папа умер в больнице, меня там же и проконсультировали, что делать; дали контакты ритуальной службы. Место на кладбище у папы тоже было подготовлено, так что… – Боль от воспоминаний о смерти отца, притупившаяся с годами, вернулась, и она глубоко вздохнула прежде, чем продолжить: —…так что я понятия не имею, как делают все здесь, в Хаммерфорде.

– Сначала я отдам тебе ключи. – Шейн направился к своей машине с эмблемой управления шерифа округа на боку. – Боюсь, в доме нужно немного… прибрать, – он выбрал подходящее слово, но Луиза догадалась, что ванную никто не отмывал. Видимо, сестра отчима решила, что пусть этим займется родная дочь. Луиза не могла ее в этом винить; мало кому захочется отмывать кровь чужого, по сути, человека. – Не знаю, где твоя мама хранила документы, но подозреваю, что можно поискать в спальне или в кабинете. Адрес местного ритуального агентства я дам, но они, – он глянул на часы, – работают только до пяти вечера. Уже закрываются. И, если у тебя будут силы, вечером можно