Крысятник - Евгений Сухов

Молчание показалось ему долгим, хотя длилось оно не более минуты, а потом из-за двери раздался восторженное:

— Серега Назаров, бля буду!

Заскрежетали замки, и возникший в дверном проеме Степан прищелкнул языком:

— Да ты, как я погляжу, хорошо в этой жизни устроился! Где такие шикарные шмотки надыбал?

— Взял взаймы у одного олигарха, возвращать надо, — отшутился Серый, проникая в квартиру, — но сейчас разговор не об этом. Давай обойдемся без лишнего базара, мы ведь неплохо знаем друг друга. Заработать хочешь?

Степан почесал свою родинку:

— А много?

— Не волнуйся, этих денег тебе хватит на десять лет безбедной жизни.

— Тогда вопрос, откуда у тебя эти деньги?

— Лось из общака выделил, — решил блефануть Серый.

— Так, значит, это ты его уделал? — насторожился Степан. Сигарета, которую он взялся прикуривать, задрожала в его губах. — Я знаю людей, которым может это не понравиться.

— Ты говоришь о Варяге?

— Да. Лось был его правой рукой, и убийцу Лося повсюду ищут.

— Но никто ведь не узнает, что искать нужно меня. — Взгляд Серого сделался неподвижным. — Верно?

— Предположим, — ответил Степан, помявшись.

— Тогда давай не будем о покойниках. Как тебе мое предложение?

— Что тебе сказать… Разбогатеть, конечно, хочется. Но что от меня требуется? На мокруху меня фаловать бесполезно.

Серый сдержанно усмехнулся:

— Я вижу, ты чтишь библейские заповеди. Это хорошо! Хочу тебя заверить, что никого убивать не надо, — просто ты должен будешь заложить взрывчатку под одну машину, в которой в этот момент никого не будет. В Библии о таком грехе ничего не говорится.

— Хм… Предложение заманчивое. И что это за тачка?

Серый пренебрежительно пожал плечами:

— Так, ничего особенного, «Мерседес» шестисотой модели.

Степан выпучил глаза:

— Тоже мне: «ничего особенного»! Его стоимость за сотню тысяч баксов зашкаливает!

— А чего тебе, собственно, переживать? Не твои же деньги.

— Так-то оно, конечно, так, — в задумчивости протянул Степан. — И чей «мерс» ты собираешься взорвать?

— А тот самый, на котором ты пахана своего возишь! — безмятежно ответил Серый.

— Ты спятил?! — Степан чуть не проглотил свою сигарету.

— А что тут такого? — притворно удивился Серый. — Броня делу не помеха. Я знаю самое уязвимое место этой машины. От нее останутся только горящие обломки.

— Ты хоть знаешь, кому принадлежит этот «Мерседес»?!

— Конечно, знаю. Варягу.

— Вот именно, Варягу! — подтвердил Степан, бегая по комнате. — Если что не так, то нас живьем в землю зароют! И это будет самая легкая смерть, между прочим!

— Лучше думай о том, какая жизнь тебя ждет, когда ты будешь богат и свободен, как птица, — посоветовал Серый.

— Как ты себе это представляешь? Думаешь, так просто войти в гараж и подложить в «Мерседес» взрывчатку? Машина Варяга охраняется день и ночь. Она даже на пять минут не остается без присмотра!

— Вижу, что в общих чертах мой план принимается, и мы уже начинаем обсуждать его детали, — поощрительно качнул головой Серый, развалившийся на диване. — Ты водитель и можешь подойти к своей машине в любое время. Мало ли какая может случиться поломка? Скажем, двигатель барахлит, а может, зажигалка не работает. Тут у тебя самый обширный простор для фантазии.

— Мне надо подумать, — пробормотал Степан, усевшийся в кресло напротив.

— Чтобы тебе лучше думалось, взгляни на это. — Серый извлек из внутреннего кармана пиджака внушительную пачку долларов, перетяную резинкой. Это была самая обычная «кукла», с помощью которой кидают лохов. Сотня долларов вверху, сотня внизу, а все остальное — резаная бумага. Бутерброд с фальшивой начинкой, но зато какой аппетитный на вид!

— Сколько здесь? — спросил Степан сиплым голосом.

— Ровно тридцать штук.

— За такое серьезное дело этого недостаточно, — начал торговаться Степан. Глаза у него алчно горели.

— Разве я тебе не сказал, что это всего лишь аванс? — притворно удивился Серый. — Остальное — после проведения мероприятия.

— Сколько, конкретно?

— В два раза больше! — пошел ва-банк Серый.

— Мало. Слишком большой риск. Я свою голову дороже оцениваю.

— Логично. Без головы далеко не уедешь… Ты, кстати, какую марку автомобилей предпочитаешь?

Степан мечтательно посмотрел в потолок:

— «Феррари».

— Как только Варяг взлетит на воздух, в придачу к деньгам ты получишь «Феррари» с белой лошадкой на капоте и домик на Кипре, — посулил Серый. — Море, солнце… Голые девочки показывают тебе танец живота и всего остального, чего ты захочешь!

— А, была не была! — воскликнул Степан с отчаянной решимостью. — Давай задаток!

— Значит, берешься заложить бомбу в «мерс» Варяга?

— Разве не ясно?

— Ты скажи: да или нет. Реально.

— Да! — почти выкрикнул Степан, нетерпеливо протягивая руку к пачке долларов. — Завидую твоей решимости, — улыбнулся Серый. — А я вот, знаешь, привык колебаться, сомневаться во всем… Вот и сейчас взял и передумал. — С этими словами он спрятал «куклу» на место.

— Так ты, выходит, просто по ушам мне ездил? — возмутился Степан. — Вот что, вали-ка ты отсюда, пока цел. Базар закончен!

— Нет, он только начинается, — издевательски произнес Серый. — Правда, продолжать мы будем уже без этой маленькой штучки…

Он не спеша достал диктофон, перемотал пленку назад и включил воспроизведение, давая возможность собеседнику послушать, как он только что продал своего босса с потрохами.

— Слово не воробей, — сказал он, выключив диктофон. — За слова отвечать надо. Боюсь, Варяга не умилит твоя мечта о «Феррари». Скорее всего, напоследок ты прокатишься в машине совсем другого класса, попроще. И не на Кипр, а в ближайший лесок.

Некоторое время в комнате царила гнетущая тишина, а потом Степан сдавленно пробормотал:

— Да, красиво ты меня развел, ничего не скажешь… А я, дурак, за кореша тебя держал… Вот и верь после этого людям!

— Тридцать штук, которые я тебе показывал, — твои, — твердо пообещал Серый. — Но получишь ты их после взрыва, а не вперед. Верить людям нельзя, тут я с тобой полностью согласен. И если ты сегодня продал Варяга, то почему бы тебе завтра не продать меня?

— Сегодня у нас какой день? — спросил Степан, обдумав услышанное. Он сам загнал себя в угол, и теперь у него не оставалось выхода.