Внеклассное чтение. Том 1 - Борис Акунин

Женившись и решив поселиться в России, баронет Николас А.Фандорин, во-первых, счел своим долгом поменять британское гражданство нароссийское (чего Алтын не могла ему простить до сих пор), а во-вторых, продатьлондонскую квартиру и перевести все деньги в московский банк, чтобысодействовать росту отечественной экономики. Во время дефолта 98-го банкпреотличным образом лопнул, и бывший подданный ее величества оказался вотчаянном положении: на одной чаше весов неработающая жена, двое годовалыхдетей и привычка к определенному уровню жизни, на другой — странный бизнес,который неплохо смотрелся как хобби состоятельного рантье, однако обеспечитьсуществование семьи из четырех человек никак не мог. Если б благодетель-соучредителькак раз в ту пору не надумал создавать масс-медиальную империю и не предложилАлтын Мамаевой (взять фамилию мужа свирепая феминистка, конечно, и не подумала)возглавить новый эротический еженедельник, неизвестно, что и было бы.

— Неразрешимых дел не бывает, — успокоил Николас новогоклиента и улыбнулся обширной европейской улыбкой, от которой так и не отучилсяза годы, прожитые в неулыбчивой России, хотя отлично знал, что у аборигенов этадемонстрация достоинств «колгейта» вызывает недоверие и настороженность.Нередко бывало так: подойдет он к человеку на улице спросить дорогу, приветливоулыбнется, а на него сразу рукой машут — отстаньте, мол, надоели, зомбипроклятые, со своей Церковью Объединения.

— Про оплату мы поговорим после, когда вы изложите мне сутьдела. Но сначала скажите, пожалуйста, как вас зовут. Кто вы по профессии?

— Звать меня Николай Иванович Кузнецов, — представилсяпосетитель, усаживаясь на стул так важно, словно это был королевский трон. — Апо профессии я судья. Значит, так-таки не бывает? Любую проблему расщелкаете,как орех?

Фандорин сразу догадался, что имя ненастоящее, но это былонормально — должно быть, деликатное дело, требующее приватности. Судья?Непохож. Но в России судьи вообще мало похожи на судей, нет в них нивальяжности, ни ощущения собственной неуязвимости. Хотя взгляд унепрезентабельного господина Кузнецова был, пожалуй, именно такой, какойподобает профессиональному вершителю судеб: тяжелый, уверенный,бескомпромиссный. Может, и вправду судья.

Или псих, подумал вдруг Николас, приглядевшись к «судьеКузнецову» повнимательней. Неужто снова пустая трата времени?

— Если хорошенько подумать, — сказал он вслух, улыбнувшисьеще шире, — выход отыщется всегда, даже в самом тяжелом положении.

Аноним (именно так мысленно окрестил Фандорин собеседника,потому что в России называться «Кузнецовым» — все равно что представлятьсямистером Иксом) удовлетворенно кивнул, будто именно на такой ответ ирассчитывал. Глаза с расширенными зрачками блеснули не то азартными, не товсе-таки безумными искорками.

— Сколько этажей в этом доме? — спросил он ни к селу ни кгороду.

— Шесть, — терпеливо ответил Фандорин. — И еще чердак. Апочему вы спра…

— Отлично. Предположим, полез я на крышу — ну, к примеру,поправить телевизионную антенну. Поскользнулся, да и сорвался — несчастныйслучай. Лечу вниз, мимо вашего чудесного окошка. — Посетитель показал навысокое окно, выходившее на Солянку. — Вы и в этом случае найдете для меняспасительный выход? Поможете умным советом?

— Разумеется. Если вы по дороге залетите ко мне в форточку исформулируете свою проблему, — в тон ему ответил Николас. — Но вы ведь пока неупали с крыши, так что давайте не будем терять времени попусту. Что вас ко мнепривело?

— Та-ак, — зловеще протянул человечек и вполголосапробормотал. — Пишем в протокол: оказывается, фирма «Страна советов» все жеможет найти выход не из всякой ситуации.

И в самом деле полез во внутренний карман, будто собиралсясделать соответствующую запись.

Начиная злиться, Фандорин заметил:

— Человек, падающий с крыши, лишен возможности выбора,поскольку представляет собой предмет, движущийся к земле с ускорением 981сантиметр за секунду в квадрате, и более ничего.

— Ага, вот я вас и поймал. Стало быть, вам нужна свободавыбора. Тогда нужно было написать в объявлении: «Выход гарантирован лишьклиентам, обладающим свободой выбора». Было бы правильней. И честней.

Упрек, при всей своей несуразности, задел Николаса за живое— он считал себя человеком слова и на малейшие сомнения в собственнойпорядочности реагировал болезненно.

— Ничего вы меня не поймали. Тут вопрос терминологии. Чтотакое, с вашей точки зрения, «выход из тяжелой ситуации»?

— Избавление от этой ситуации.

— Ну, тогда не о чем и говорить, — съязвил Ника. — Скоро выдолетите до земли и отличным образом избавитесь от своей ситуации.

Разговор превращался в нелепое препирательство из-за ерунды,да еще с человеком, который, кажется, все-таки был не в себе, поэтому закончилФандорин сухо и без улыбки, как бы подводя черту в дурацкой полемике:

— Выход — это выбор оптимального, то есть наиболееэффективного или, по крайней мере, наименее вредоносного решения. Вот из какойтрактовки исхожу я.

— Ладно, — хищно улыбнулся аноним Кузнецов. — Черт с вами,пускай будет выбор. Предположим, у меня двое детей. Маленьких. Поехал я с ними…ну, скажем, в Кисловодск или в Минеральные Воды. В общем, в какую-нибудьздравницу Кавказа. И вдруг похитили нас террористы, чеченские боевики, взяли взаложники. И вот они мне, отцу, говорят: «Одного из твоих детей мы убьем,выбирай сам, которого». Какой у меня будет выход из подобной ситуации?

— Нужно объяснить этим людям, что так поступать нельзя, чтотем самым они только повредят своей идее…

— Попытался, — перебил неизвестный, хмыкнув. — Но это нелюди, а обкурившиеся анаши звери.

— Тогда… Скажите им, чтоб они лучше убили вас, а детей нетрогали.

— Сказал — смеются. Им нравится смотреть, как я мучаюсь.

— Послушайте, что вам от меня нужно?! — стукнул кулаком постолу Фандорин и сам удивился неадекватности своей реакции. Вроде бы считаешьсебя уравновешенным, выдержанным человеком, а потом привяжется такой вотКузнецов, и нервы дадут сбой. Вероятно, всё дело было в том, что природанаделила магистра истории чересчур живым воображением, а поскольку у Николаса всамом деле было двое маленьких детей, то он на миг, всего на миг представилсебя в описанной психом ситуации…

Вспышку немедленно погасил, взял себя в руки. Если этосумасшедший, не нужно его провоцировать. Что это он всё держит руку вовнутреннем кармане? А вдруг у него там бритва?