Алый шар луны - Анна Данилова

– У меня было бы с пяток адресов или телефонов, – согласилась с ним я. – Если бы я, конечно, запланировала эту поездку. И знала, что меня в Москве ждут. Однако я бы не стала напрягать своим визитом ни друзей, ни родственников – в одном случае…

– Если ты бы отправилась в Москву неожиданно, внезапно, так?

– Так. Но тогда зачем бы я взяла с собой эту старую кошку? Вот черт, никак не могу ее распороть… Придется взять лезвие. Нет, и зачем ей только понадобилась эта подушка?

– Поля, посмотри на меня…

Я подняла на Володю глаза. Конечно, я, сидя с тяжелой подушкой на коленях, не могла не понимать, что в ней что-то было, и лукавила, делая вид, что ничего не замечаю.

– Полагаю, здесь деньги, – наконец выдала я то, о чем думала с той самой минуты, когда только увидела эту подушку. – Много денег. И это объясняет отсутствие каких-либо адресов или московских телефонов. Она не собиралась останавливаться ни у московских друзей или родственников, если таковые, конечно, у нее были, с такой суммой…

С этими словами я рванула полураспоротые части плюшевой подушки в разные стороны и, запустив руку внутрь и потянув, достала тяжелый и плотный бесформенный сверток, набитый деньгами. Это были доллары. Много. Очень много…

Володя присвистнул.

– У тебя нюх, что ли, на деньги и на подобного рода истории? Теперь мне понятно, почему тебя заинтересовала эта женщина с ее бредовым рассказом об убитой соседке по купе.

– Я не знала, что здесь деньги, могла только предполагать. – Я смотрела, как Володя пересчитывает банковские пачки долларов.

– Очень странно! Девушку убили, а деньги не забрали?

– Не знали о них… Вернее, не знал. Он был один. Вроде бы какой-то сбежавший заключенный. Надя пошла в туалет, он схватил ее, затащил в тамбур, изнасиловал…

– И сколько же времени он ее насиловал? Ты говорила, что соседка не сразу спохватилась.

– Она упоминала, что Нади не было примерно полчаса. Она, скажем, зашла в туалет, на это тоже, как это ни странно, уходит какое-то время. Потом она, допустим, умылась, почистила зубы… Да мало ли! К тому же она могла не сразу попасть в туалет, возможно, он был занят.

– Да, кстати! В туалете мог находиться как раз этот самый уголовник, – предположил Володя.

– Вот именно!

– Значит, по времени все вполне сходилось. Она выходит из туалета, на нее набрасывается уголовник, тащит ее в тамбур, насилует…

Мы посмотрели друг на друга. Вероятно, подумали об одном и том же.

– Он находился в таком состоянии… – начал Володя.

– Да уж, он не мог не нервничать!

– Но здесь два варианта – взаимоисключающих. Он мог – в силу своего психологического состояния – закончить свое дело быстро, очень быстро…

– Екатерина Андреевна сказала, что видела… пардон, голый зад… Думаю, что процесс затянулся.

– А что, если их было двое? Или трое?

– Но она видела только одного…

– Другой мог стоять за дверью.

– Ну… Я не знаю.

– Это можно проверить. Поля, может, ты все-таки останешься дома? А я сам займусь этим делом?

– Володя, если ты только посмеешь…

– Ладно… – Он придвинул ко мне вещи из сумочки Агренич. – Как хочешь. Телефон у тебя есть, звони. А с деньгами что будешь делать?

– Отдам их родителям Нади.

– Ну, скажи, зачем тебе все это нужно?

– Я хочу развеяться…

– И ты повезешь все эти деньги…

– …в этой подушке? Да. Повезу. Как Надя.

– Но ведь ее убили! – воскликнул он.

– Ее убили случайно. Если бы ее пасли, зная, что она едет с деньгами, то убийца не ограничился бы только ее дорожной сумкой, а взял бы все вещи.

– Кстати, а где ее дорожная сумка?

– Ее нашли в купе у проводницы. Но там были только вещи, и все. Ни денег, ни документов, – объяснила я.

– А как же определили, что это именно ее вещи?

– Сначала просто предположили, а потом их опознала ее мать. Так вот, я продолжу. Если бы убийца знал, что у нее есть деньги, он бы, не найдя их в сумке, обшарил все купе. Но я так поняла, что он не знал ничего о Наде. Убив ее, он просто решил изъять из купе все ее вещи, чтобы о ней никто и не вспомнил.

– Все пассажиры регистрируются… – напомнил он мне прописную истину.

– Она могла ехать с разрешения проводницы, – сказала я.

– Сумку ты тоже возьмешь?

– Да, ее я тоже верну родителям.

– Ты – сумасшедшая!

– Нет, просто мне интересно. Да и встряхнуться нужно… И Милка меня ждет.

– Но она живет в Сургуте!!! – вдруг заорал Володя. – А не в Новом Уренгое!

– Не кричи… Все решено.

С этими словами я принялась укладывать руками, затянутыми в резиновые хирургические перчатки, деньги обратно в «кошку». Восемьдесят тысяч долларов.

– Посадить тебя, что ли? Чтобы ты никуда не уехала!

– Зато ты понял главное – я еду не к мужчине… – сказала я, что думала. Знала, что Володя ревнует меня ко всем подряд.

– Лучше бы ты поехала к мужчине… – в сердцах воскликнул он. – И не буду я есть твой суп!..