Убийство в Кокоа-Бич - Олег Агранянц

— Итак, — резюмировал на следующий день Сэм, сидя рядом со мной в том же Starbucks кафе на Парк авеню. — Итак, некто Толик, фамилию которого мы, наверное, никогда не узнаем, сошел с русского корабля в Новом Орлеане и остался в Штатах. Перебрался в Орландо и здесь начал работать в парках на сборке аттракционов. Работал без документов. Потом появился скандинав. Теперь мы знаем, что его зовут Вадим.

— Или, скорее всего, Вадим, — поправила я.

— Скорее всего, Вадим, — согласился Сэм. — Этот Вадим познакомил его с Тамарой Солджер, она же Тамара Князева, женщиной шестидесяти пяти лет, русской. Вадим снял Толику гостиницу в Винтер Парке и однажды строго-настрого приказал ему сидеть в гостинице, никуда не отлучаться. Толик не послушался и пошел в стрип-клуб «Тропикана», где провел вечер с русской по имени Светлана. В это время Вадим убивает Князеву и возвращается в Орландо. Толик к тому времени вернулся из «Тропиканы». Вадим дает Толику снотворное, а когда тот засыпает, вешает его на крюке, симулируя самоубийство. Кто-то написал записку «Тамара, прости». Это не Вадим, мы сверяли почерк лица, написавшего записку, с почерком Вадима, заполнившего регистрационный листок гостиницы.

— Скорее всего, писал сам Толик. — предположила я. — Он мог написать записку по другому случаю, до убийства Солджер.

— Ты права, если, конечно, не замешано третье лицо. Что ты теперь намерена предпринять?

— Искать магазин, около которого произошел инцидент.

— Начинай около «Пабликса» в Кокоа-Бич. Это ближайший супермаркет от дома, где жила Солджер. Посмотри и другие. Если не найдешь, скажи нам, мы подключимся. Когда собираешься в Кокоа-Бич?

— Прямо сейчас.

Через час я уже была на площади, где располагался «Пабликс»

Я показала кассиршам фотографию Князевой. Да, некоторые ее понят, она часто бывала в магазине. «Такая высокая, одно плечо выше другого. Хромает». Они знали, что ее убили, интересовались, как идет следствие. Но что касается инцидента с тележкой, нет, не помнили.

Все, кроме одной:

— Был случай с тележкой, месяц назад. Я не знаю, попала ли тележка именно в машину этой несчастной дамы. Но такой случай был. У магазина натуральных продуктов. На другом углу от нас. Но я слышала, что нечего серьезного не произошло.

* * *

Я не могу понять, как сводят концы с концами хозяева магазинов натуральных продуктов. Напротив супермаркета в Октоне, где я живу, есть такой магазин и я ни разу не видела, чтобы кто-нибудь туда заходил.

Хозяйка магазина, около которого тележка ударилась в машину, улыбающаяся женщина лет шестидесяти подтвердила: да действительно тележка ударилась в машину.

— Ничего серьезного. Небольшая царапина. Только не на машине миссис Тамара, а на машине мисс, с которой она разговаривала.

Я улыбнулась:

— Знаете, как говорят в детективных сериалах, с этого момента пожалуйста, поподробнее, миссис…

— Гротт, — подсказала дама.

— Сначала о миссис Тамара, миссис Гротт. Вы ее знали? Она у вас бывала?

— Да, знала. Она бывала не часто, но бывала.

— Приобретала что-нибудь?

— Подсолнухи. Я вам покажу какие.

Она принесла пакет с крупными семечками.

— Наверное любила кормить птиц, — высказала предположение миссис Гротт. — У нас на пляже так много птиц.

Я прекрасно понимала, каких птиц кормила миссис Тамара. Я один раз пыталась объяснить своему американскому коллеге, что мы делаем с семечками, он не поверил.

— И в тот день она тоже купила у вас подсолнухи?

— Нет. Она стояла с какой-то девушкой недалеко от моего магазина. И в это время произошел неприятный инцидент. Кто-то оставил на тротуаре тележку из «Пабликса», она покатилась и ударилась в машину мисс, с которой разговаривала миссис Тамара.

— Расскажите мне поподробнее об этой мисс. Вы ее видели раньше?

— Нет, тогда я видела ее впервые.

— Потом она появлялась?

— Нет, она была только один раз.

— Как она выглядела?

— Лет тридцать-тридцать пять. Среднего роста. Светлые волосы. Одета в джинсы, но дорогие джинсы, светлая кофта.

— Что она делала?

— Она разговаривала с миссис Тамара. По-моему, они о чем-то спорили.

— Почему вы так решили?

— Они говорили очень громко. Мисс размахивала руками.

— Вы слышали, о чем они говорили?

— Да. Но ничего не поняла. По-моему, они говорили по-русски. Миссис Тамара ведь русская?

— Да, она русская. И что было потом?

— Раздался стук. Да, еще я забыла сказать, у мисс на руке было кольцо с очень дорогим камнем.

— Вы разбираетесь в камнях?

— Нет. Просто я вспомнила о камне, когда начала рассказывать вам об инциденте.

— Почему?

— Инцидент произошел с машиной мисс. А это был новый красный «Кадиллак». Очень дорогой. У мисс, которая ездит на такой машине, не может быть дешевых камней.

— Вы очень наблюдательны.

Я редко хвалю свидетелей. Это никогда не надо делать. После похвалы они начинают выслуживаться и плести небылицы.

— Но вмятина была пустяковой, — продолжала миссис из магазина натуральных продуктов. — Они даже не стали вызывать полицию. Мисс не из Флориды.

— Вы знаете, из какого она штата?

— Нет, просто я знаю, что не из Флориды. На ее машине был номерной знак впереди. У нас впереди номерных знаков не вешают.

— И что произошло дальше?

— Они поговорили друг с другом. И уехали.

— Вы помните точно дату, когда это произошло?

Миссис Гротт порылась в бумагах:

— Второго марта.

— Приходила ли потом к вам миссис Тамара?

— Да. Она пришла через неделю и я ее спросила, чем закончился инцидент. Она ответила, что у нее есть мастер в Орландо и он заделал вмятину. Да… В тот день она пришла не одна.

— Кто с ней был?

— Пожилая женщина. Ее возраста. Маленького роста, в длинной зеленой юбке. У нас редко носят юбки, поэтому я обратила внимание. Очень динамичная.

— Они тоже покупали подсолнухи?

— Вы знаете, нет. Они долго рассматривали травы, которые мы продаем.