Шоу одинокого скелета - Кирилл Кащеев

– На дворе холодина, а мы купаемся! Класс! – взвизгнула она и обдала друзей роем брызг.

– Русалка чокнутая, – пробурчала Мурка.

Мурка ринулась в уже наполненный бассейн с разбегу, Кисонька скользнула осторожно, не всколыхнув воду.

– В первый раз вместе с гусем купаюсь, – засмеялась Мурка, ложась на воду. Она протянула руку под водой и тихонько подергала за лапу проплывающего мимо Евлампия Харлампиевича. Белый гусь недовольно гоготнул, но оставил Муркину выходку безнаказанной. Сестер он любил и позволял им многое, даже придумать для себя сокращенное имя – Харли. Впрочем, на краткое прозвище он откликался, только если сыщики попадали в опасную ситуацию и надо было действовать быстро. В остальных случаях требовал, чтобы его титуловали полностью, по имени-отчеству.

Оставленная на бортике бассейна телефонная трубка затрещала.

– Родители звонят, проверяют, – лениво сказала Мурка. Она в два гребка пересекла бассейн, отряхнула мокрую руку и весело доложила в трубку: – У нас полный порядок и полный кайф!

В трубке зашуршал далекий голос и улыбка на Муркином лице начала медленно увядать:

– Да… Да… Нет! Но, мама, мы тоже люди, а не приставка к родственникам! – гневно завопила Мурка, но голос в трубке стал строже, девчонка осеклась, физиономия стала угрюмой.

– Хорошо, – раздраженно согласилась она, – хорошо, мы сделаем. Хотя с вашей стороны это форменное безобразие. Мы, между прочим, вам друзей не навязываем!

С досады Мурка хотела шмякнуть трубкой об пол, но вовремя сообразила, что столкновения с плиткой та может и не пережить. Она повернулась к ребятам, оперлась локтями о край бассейна и шумно вздохнула. Вся ее фигура выражала тоскливое отчаяние.

– Родители – это стихия. Вроде люди как люди, и вдруг такое выкинут, ни на одни уши не натянешь!

– Что произошло? – поинтересовалась Кисонька.

– У нас будет еще один гость. Гостья. Скольки-то-там-юродная племянница дяди Димы и тети Альбины.

– Нет! – вскричала Кисонька. В ужасе она ухнула под воду с головой, вынырнула и, яростно отплевываясь, простонала: – За что?!

– За все хорошее! – мрачно ответила Мурка. – Велено принять в компанию, кормить, развлекать и вообще встретить с электрички. Папа сейчас везет ее на вокзал, через час она будет на нашей станции.

– Подожди, эти ваши родственники, они же с вами рассорились, когда вы на видео сняли, как Дима к теткам приставал! – удивился Вадька.

– Опять помирились. Как племянница приехала, так и помирились. Им с ней возиться лень, вот они родителям и позвонили.

– А почему ваши родители должны их гостями заниматься? Послали бы подальше!..

– Вежливые они у нас. Хорошо воспитанные.

– Вот так и начинаешь думать, что гораздо выгоднее быть плохо воспитанным, – буркнул Вадька, вылезая из воды. Он поднял брошенные на скамейку брюки и вдруг остановился в задумчивости:

– Я в биологии не сильно петрю, но читал недавно в Интернете, что прямая родня – это еще не все. Всякие далекие предки влияют, воспитание. Вон даже у двух черных овец может родиться белая.

– Ее что, воспитали до белизны? – поинтересовалась Катька.

– А я все гадаю, как Майкл Джексон побелеть умудрился? Оказывается – воспитали, – добавила Мурка.

– Вам бы только поржать! Я к тому, что, может, девчонка не похожа на дядю и тетю. Может, она вполне нормальная.

– Гадать бессмысленно. Надо идти встречать, – сказала Кисонька. – Пока соберемся, пока дойдем…

– Ты никуда не пойдешь! – решительно отрезала Мурка. – У тебя все патлы мокрющие. Заболеешь, родители больше одних не отпустят.

– Я с Муркой пойду, – сказал Вадька.

– А я останусь, вас и двоих хватит, – заявил Сева.

– Бессовестный ты, Севочка, – сладким голоском протянула Катька. – Им через лес идти, а поселковые ребята увидят Мурку с Вадькой и привяжутся.

– Да Мурка им…

– Ага, драка, а взрослые потом нас во всем обвинят. Иди, иди, не увиливай, тут мы с Кисонькой и без тебя обойдемся. – И, недобро прищурившись, Катька уставилась Севе в глаза.

– К троим тоже прицепиться могут, – буркнул он, но покорно вылез из бассейна и отправился одеваться.