Имя мне легион - Антон Леонтьев

– Отлично! – живо откликнулся Федор. – Я тоже с вами!

Олег усмехнулся:

– Ты же волк-одиночка… Нет, я не стану предлагать тебе свою помощь. Потому что она тебе, великому журналисту, конечно же, не требуется. Ведь так?

Маша ткнула Федора в бок локтем. Журналист аж подпрыгнул:

– Мария, ты что, сдурела? Больно же! И что ты, Олег, можешь нам предложить? Кстати, кто ты вообще такой? Только не говори, что ты работаешь на Ольгу! Ты ведь явно неспроста оказался в лабораториях. Сдается мне, охотился как раз за этим…

Крылов потряс папкой.

– Обо всем по порядку, но только в том случае, если ты согласишься поделиться информацией, – ответил Олег. – Вы же находитесь в бегах! Ольга охотится за вами! А она ужасно не любит проигрывать. Квартиры у вас нет, документов и денег, как подозреваю, тоже. В милицию я на вашем месте обращаться бы не стал. Как и в прокуратуру. Все равно не помогут, а только сдадут Ольге. У нее везде свои люди. Как и у Кирилла Звягинцева. Что же касается главного редактора издания, где ты, Федор, работаешь… Сдается мне, что не будет он печатать твой сенсационный материал. Жить-то ему еще хочется! А этот материл из разряда тех, за которые убивают…

Олег сделал паузу и добавил уже другим, более мягким тоном:

– И забудь на мгновение о своих журналистских амбициях, подумай о Маше. Все равно Пулицеровскую премию тебе не дадут. Я же помогу вам! За вами охотятся, вас преследуют, вам нужно залечь на дно…

Маша повернулась к Федору:

– Олег прав! Да и что ты так трясешься за свою сенсационную статью? Напишешь ее обязательно! Только чуть позже. Потому что пока за нами охотится мадам Старко, покоя все равно не будет.

– Мне надо подумать! – заявил Федор. – И оставь нас с Машей наедине, Олег!

Тот вздохнул, качнул головой и выпрыгнул из кабины вертолета. Девушка видела, как он извлек мобильный и принялся кому-то звонить.

Федор зашептал Маше на ухо:

– Он хочет заполучить материл, который принадлежит мне! Этому типу доверять нельзя! Не забывай, он трудился в лабораториях Звягинцева и тети Оли!

Маша парировала:

– Федор, если бы Олег хотел, то давно мог сдать нас Старко. Однако, наоборот, сам спасался бегством. Подозреваю, что он, как и мы сами, проник в лабораторию, чтобы что-то выведать. Ольга охотится и за ним – значит, парень не на ее стороне. А тот, кто против Ольги, наш друг!

Крылов затряс головой, выражая свое полное несогласие, но Маша продолжила атаку:

– Ведь ты просто боишься, что Олег первым обнародует сенсационный материал и лишит тебя тем самым лавров величайшего журналиста всех времен и народов! Однако что ты предлагаешь? Сейчас ответить отказом на его предложение и пешком отправиться обратно в Питер? Или, может быть, сразу в Москву? Как ты думаешь, сколько часов пройдет, прежде чем нас схватят? Думаю, уже до рассвета мы окажемся в руках тети Оли, как ты называешь эту ученую садистку. Или тебе так понравилось пребывание в подземных лабораториях?

Федор продолжал трясти головой, хотя и не столь энергично. Наконец Маша решила разыграть козырь:

– Или твоя антипатия к Олегу объясняется иными причинами? Сдается мне, что ты увидел в нем достойного противника и просто боишься его…

Журналист тотчас взвился.

– Кто, я увидел в каком-то лощеном типе достойного соперника? Машенька, девочка моя золотая, в своем ли ты уме? Ну, умеет он водить вертолет, и что с того? Ну, выглядит, как Ален Делон в молодости, – поэтому мне надо его опасаться? Скажи лучше, отчего ты так упорно не желаешь расставаться с этим доморощенным агентом 007. Ты что, успела в него втюриться, Мария?

Маша гневно отвергла столь нелепое предположение, чем только раззадорила Федора:

– Вижу по твоим сверкающим глазкам, что попал в точку, Мария! И почему вы, женщины, в первую очередь обращаете внимание на смазливую внешность? Его надо обращать на духовные ценности! Красота рано или поздно исчезнет без следа, а ум останется!

Федор явно намекал на себя. Дверца кабины открылась, и Маша увидела Олега. Внезапно ей вспомнился их поцелуй. Неужели Федор прав? Хотя бы и отчасти? Нет, конечно же, нет! Все это инсинуации журналиста бульварной газетенки, наделенного чересчур живым воображением! Или…

– Так ты принял решение? – задал вопрос Олег. – Потому что Машу и меня сейчас заберут. А что касается тебя, Федор, то можешь оставаться в вертолете. Правда, в нем наверняка вмонтирован «маячок», позволяющий определить его местонахождение, и не удивлюсь, если самое позднее через полчаса здесь окажутся люди Ольги Старко. А нам пора, Маша!

Он подал девушке руку, и та спрыгнула на землю. Затем обернулась и укоризненно посмотрела на Федора. Крылов, прижимая к груди папку, морщил лоб и надувал щеки.

– Была бы честь предложена! – не выдержал Олег. – Нам с Машей – в ту сторону… И надо поторопиться, потому что в мои планы не входит сталкиваться с Ольгой Иннокентьевной. Подозреваю, она сейчас в ярости.

Олег и Маша двинулись в направлении располагавшегося на некотором отдалении от лесополосы шоссе. И вдруг услышали вопль Федора:

– Так и быть, я согласен! Эй, стойте же!

Не оборачиваясь, Олег обронил:

– Рад, что великий журналист передумал. А теперь – вперед! Где-то здесь должна располагаться закусочная…

Закусочная оказалась весьма уютной. Федор тотчас потребовал себе огромную порцию жареной картошки с салом. Журналист уминал ее за обе щеки, когда в практически пустом помещении появился новый клиент – пожилой мужчина с седыми волосами и ухоженной клинообразной бородкой, в костюме-тройке, с пышным шейным платком, в длинном белом плаще и старомодной широкополой белой шляпе. В руках у экстравагантно одетого гостя была трость с серебряным набалдашником в виде пасти крокодила.

Завидев франта, Олег вскочил со стула и бросился к нему:

– Михаил Харитонович, вы сами приехали! Я не ожидал…

Человек, лицо которого показалось Маше знакомым, посмотрел на девушку, улыбнулся, перевел взгляд на поглощавшего картошку Федора и произнес приятным низким голосом:

– Я как раз был в Питере, поэтому, узнав, что ты в беде, тотчас отправился тебе на помощь. А это и есть твои коллеги по несчастью?

Мужчина галантно поцеловал Маше руку, отчего девушка залилась краской, и сказал, сняв шляпу:

– Разрешите представиться, Михаил Харитонович Карасик.

Маша была уверена, что и имя его она уже где-то слышала. А тот достал карманные часы-луковицу, взглянул на циферблат и добавил:

– Однако нам не стоит здесь задерживаться. По моей информации, Старко и ее люди уже по пути сюда. Промедление смерти подобно!

Он выразительно посмотрел на Федора. Тот, дожевав, протянул Михаилу Харитоновичу руку со словами: