Центророзыск. Испанское золото - Николай Михайлович Раков

— Не сглазь, — охладила его восторг Третья. — Лучше займись делом. Определись с местом, нам еще корабль надо найти.

Женщина была права. Сделай молодой штурман ошибку в несколько миль, и катер придется затопить. Средств спасения экипажа, кроме пробковых кругов, на судне нет, а вода за бортом имеет температуру плюс пять-шесть градусов. Двадцать минут такого купания, и ледовые статуи можно выставлять в любом военно-морском училище с табличкой на груди «Ошибка штурмана».

Из люка моторного отделения высунулась голова Якова Ивановича, о котором все забыли.

— Катюша, это ты? — скорее не сказал, а медленно проблеял от неожиданной встречи главный техник.

— Вылезайте, Яков Иванович, — махнула рукой с зажатым в ней пистолетом Третья. — Пора к штурвалу, мы тут вас уже похоронили.

— Как похоронили? — не трогаясь с места, спросил инженер.

— Вылазь-вылазь, — потребовал Седьмой. — Три минуты назад я тебя расстрелял.

Все трое диверсантов, стоящие в рубке, заулыбались, наблюдая за реакцией живого трупа. Техник, видя по их лицам, что ему ничего не грозит, начал выбираться из люка.

— Занимайте свое место, капитан, — Седьмой отодвинулся от штурвала. — Командой вы повышены в звании. А расстрелял я вас фигурально, для ваших бывших сослуживцев. Вы же не будете возражать против того, что вас теперь не будут разыскивать за предательство ликвидаторы разведки, чтобы привести приговор в исполнение уже натурально.

Фразы полуграмотного контрабандиста, употребляющего такие слова, как фигурально, ликвидаторы, вновь затормозили мыслительный процесс Якова Ивановича, уже сидевшего на обрезе люка.

— Еще немного, и я его точно пристрелю, — пригрозил Седьмой, видя, что инженер не шевелится.

Сашок подошел к Кривцову, подхватил его сзади под мышки и, выдернув на палубу, подтолкнул в сторону штурвала.

— Заводи, и уходим, — потребовал молодой диверсант. — Как выйдем из бухты, берем строго на запад по компасу. Скорость тридцать узлов.

Оставив за спиной десять миль, с учетом выхода из базы это больше двадцати километров, молодой штурман приказал остановить катер. Инженера отправили в машинное отделение, а пленников вывели на палубу.

— Как и обещал, я вас отпускаю, — проговорил главный «финн».

Пленников развязывали по одному и спускали с палубы. Капитану вручили компас, указав направление к русскому берегу.

Через два часа не быстрого, из опасения наткнуться на глыбы льда, хода катер вышел на чистую воду и прибавил скорость. Штурман, похоже, уверенно справлялся со своими обязанностями, так как был спокоен и сосредоточен.

— Через час с такой скоростью будем в точке рандеву, — пообещал он.

Яков Иванович, управляя катером, периодически косился на свою бывшую кухарку. Он все никак не мог поверить, что милая простушка, готовившая ему прекрасные пироги, держит в руке пистолет так же уверенно, как и половник.

— Мы пришли, — объявил Сашок, в очередной раз проверив расчеты и приказав выключить двигатели.

— Куда? — задал вопрос Седьмой, так как горизонт был чист.

— Я не ошибся, — ответил штурман. — Они ходят где-то рядом.

Седьмой откинул небольшой лючок сбоку от приборной доски и вынул из него ракетницу и два сигнальных патрона. С перерывом в несколько секунд в небе вспыхнули две яркие звезды зеленого цвета.

— Если они увидели наш сигнал, то появятся не раньше, чем через двадцать минут, — пояснил Сашок.

Седьмой взглянул на часы, засекая время. Диверсанты молчали, с ожиданием вглядываясь вдаль. Седьмой, не отрывался от бинокля.

— Куда мы пришли и кого ждем? — ничего не понимая, спросил инженер. — Мы же должны были идти в порт Хельсинки.

— Помолчи, — оборвала его Третья.

С каждой прошедшей минутой безмолвное напряжение на катере возрастало.

Темная точка появилась в окулярах бинокля через пятнадцать минут.

— Идет, — обрадовал напарников Седьмой.

Третья забрала из его рук бинокль и взглянула в том же направлении. Ожидаемо далеко в море засверкали световые вспышки — три длинных, три коротких.

— Наш, — выдохнул Сашок.

Напряжение на мостике сразу спало.

Третья с видимым облегчением опустила бинокль.

«Спрут» подошел к катеру. Экипаж судна приветственно махал руками. Там тоже понимали опасность проводимой операции для ее исполнителей, и теперь были рады ее успешному завершению.

С борта сбросили шторм-трап, и по нему на палубу спустились два матроса. Через пару минут сверху появилась стрела судового крана, с крюка которой свисали прочные веревочные канаты, оканчивающиеся большими петлями, которые были тут же заведены под носовую часть и корму суденышка.

Диверсанты поднялись на борт «Спрута», где были встречены радостными улыбками, объятиями, дружескими похлопываниями по плечам и спинам. В какой-то момент через толпу встречающих протолкался крупный мужчина. Схватив Сашка за плечи, повернул его к себе лицом и несколько секунд разглядывал, а потом порывисто прижал к своей груди.

— Ну, здравствуй, малыш, — прошептал Василий в ухо приемышу.

Толпа на палубе начала расходиться. Загудела лебедка крана, поднимая из воды катер, чтобы опустить его в трюм, а двое мужчин продолжали стоять, обнявшись.

— Пошли, что ли, — понаблюдав за Кубаревыми, Седьмой положил руку на плечо еще не пришедшему в себя от жаркой встречи Якову Ивановичу, которого матросы корабля приняли за члена команды диверсантов.

— И куда мы теперь пойдем? В Хельсинки? — задал вопрос инженер.

Диверсант, хмыкнув, улыбнулся:

— А какая тебе разница, куда? Ты ведь уже мертв.

— Но вы обещали, — возмущенно воскликнул техник.

— Да ты не волнуйся, будет тебе операция, раз обещали. Хотя, насколько помню, я тебе ничего не обещал. А идем мы в Швецию. Там у меня есть один знакомый врач, Стариком зовут, он тебя в момент вылечит.

Операция по захвату судна на воздушной подушке была успешно завершена. Потеряв всякую связь с разведкой из-за смерти Артузова, старый чекист серьезно готовился к проведению диверсионных операций на море и в прибрежной зоне. Он создал свою собственную «армию» и разведку.

Теперь это была уже его личная война.

Заключение

Здравствуй, мой читатель. Если ты дочитал книгу до этого места, и у тебя не возникло никаких вопросов, то закрой ее. Борьба наших героев не окончена, им предстоит еще многое пережить и сделать, но это будет в следующем повествовании.

В рамках исторического романа не представляется возможным, по моему мнению, отразить все аспекты описанного периода. Реальные факты и люди скрываются за спинами действующих на страницах романа лиц, но они достойны того, чтобы ты о них узнал.

Уверен, что ты обратил внимание, что не встретил среди строк повествования слова ЗОЛОТО, а ведь само название произведения этого, как тебе кажется, требует. Вот я и хочу исправить эту «ошибку». Это слово присутствует в тексте романа, но, как в каждом детективе, оно прячется, как прячется