Призраки не лгут - Ларс Кеплер

Йона припарковался на заправке «Статойл» в Дингершё, в тридцати шести километрах к северу от Стокгольма. Стоял ветреный солнечный день, рекламные вымпелы трещали на ветру. Йона с Дисой как раз обедали в «Вилла Челлхаген», когда Йоне позвонила сержант Сонья Раск из Сундсвалля; разговор вышел нервный.

Йона вошел в магазинчик. Мужчина с глубоко посаженными глазами и в кепке с надписью «Статойл» расставлял на металлическом стеллаже книжки в мягком переплете. Йона взглянул на светлую доску с меню, на блестящие колбаски, поджаривающиеся на механическом гриле.

— Что вы хотели? — спросил человек в кепке.

— Makkarakeitto, — ответил Йона.

— Suomalainen makkarakeitto, — улыбнулся Ари Маатилайнен. — Когда я был маленький, бабушка часто варила колбасный суп.

— С ржаным хлебом?

— Да. Но здесь я, к сожалению, продаю только шведскую еду. — Ари кивнул на гамбургеры.

— А я не за едой пришел. Я из полиции.

— Это я понял. Я говорил с вашим коллегой еще в ту ночь, когда видел их. — Ари жестом указал на экран.

— Что вы видели перед тем, как звонить?

— Девочку с малышом тут, за магазином.

— Вы их видели на экране?

— Да.

— Отчетливо?

— Нет, но… я ведь привык приглядывать, что тут происходит.

— Той ночью полиция приезжала?

— Полицейский явился утром, его звали Гуннарссон. Он решил, что ни фига не видно, и посоветовал стереть запись.

— Но вы ее не стерли.

— А как по-вашему?

— По-моему, вы сохранили ее на внешнем жестком диске.

Улыбающийся Ари жестом пригласил Йону в крохотную контору возле склада. Собранный диван-кровать, на полу — банки «Ред Булл», на запотевшем окне с матовым стеклом — пакет простокваши. На школьной парте с крышкой стоял маленький ноутбук, соединенный с внешним диском. Ари сел в скрипучее кресло на колесиках и стал торопливо искать нужный файл в папках, рассортированных по дате и времени.

— Я слышал, по радио говорили, что все ищут девочку и маленького мальчика, а вот что я видел на заправке той ночью. — И он щелкнул «мышью», запуская файл.

Йона наклонился к пятнистому экрану. На четырех маленьких окошках было видно, что происходит на бензозаправке — на улице и в магазинчике-конторе. Мигающие в углу цифры показывали время. На серых картинках не происходило ничего особенного. Вот Ари, сидит за прилавком. Время от времени перелистывает вечернюю газету и рассеянно съедает два-три колечка лука.

— Вот эта фура стояла здесь три часа. — Ари ткнул пальцем в монитор. — А вот она уезжает…

На водительском месте задвигалась темная тень.

— Можете увеличить картинку? — спросил Йона.

— Момент…

Внезапно осветилась рощица — длинная фура тронулась с места, и зажглись фары.

Ари пометил вторую картинку с наружной камеры и увеличил изображение во весь экран.

— Вот где я их увидел, — прошептал он.

Теперь фуру, которая катила к выезду с заправки, было видно под другим углом. Везде лежали неподвижные тени. Ари указал пальцем в самый низ экрана, где виднелись задняя стена, мусорные баки и контейнер для перерабатываемых отходов. Внезапно в черной траве что-то двинулось по направлению к дверям автомойки, а потом стало видно, что там кто-то есть — маленький худенький человек у самой стены.

Картинка была зернистой и отливала бледно-серым. Различить лица или какие-то детали было невозможно. Но на изображении виднелся определенно человек — и еще что-то.

— Получится сделать картинку четче? — спросил комиссар.

— Минутку…

Фура описала круг и уже была у выезда. Вдруг свет от фар упал на гаражную дверь возле фигурки. Стекло на несколько секунд побелело. Вся задняя площадка заправки оказалась залита светом.

Йона успел заметить тощую девчонку с малышом, которые смотрели вслед грузовику, а потом снова стало темно.

Ари указал на экран: две тени пробежали по темной дороге и растворились в черном и пятнистом, пропав с экрана.

— Видели?

— Отмотайте назад, — попросил Йона.

Ему не пришлось говорить, с какой минуты он хочет посмотреть запись. Через несколько секунд Ари запустил светлый фрагмент в сильно замедленном темпе.

С трудом можно было разглядеть, как фура двигается вперед, свет фар прыгал между деревьями и на фасад заправки, заливая оконные стекла белым. Малыш опустил лицо, и оно оказалось в тени. Девочка была босой и как будто держала в обеих руках пластиковые пакеты. Глаза резанул еще более яркий свет, и девочка медленно подняла руку.

Йона увидел, что это не пакеты, а размотавшиеся повязки. Мокрые концы бинтов покачивались в ярком свете. Комиссар понял, что Викки Беннет и Данте Абрахамссон не утонули в реке.

Часы на экране показывали четырнадцать минут третьего. Ночь с субботы на воскресенье.

Дети каким-то образом выбрались из машины, добрались, несмотря на сильное течение, до другого берега, двинулись на юг и одолели пятнадцать миль.

Свалявшиеся волосы прядями свисали на лицо девочки. Темные глаза ярко блеснули, а потом картинка снова стала почти черной.

Они живы, подумал Йона. Они все-таки живы, оба.