Не тронь добычу! - Михаил Март

— Зарегистрированы все?

— Есть исключения. Если Прозоров привозил кого-то с собой, то этому человеку пропуск не выписывали, он проходил вместе с директором, минуя бюро пропусков. Нарушение, конечно, но не криминал.

— Тогда сейф Прозорова обчистил Ливенталь. Начнем с того, что связь Ливенталя и Митрошкина доказана. Митрошкин обеспечил Ливенталя охраной. Кого он ему подсунул, мы не знаем. Но Ливенталь и сменщик Митрошкина убиты из одного револьвера, который был найдет в доме Митрошкина. Ливенталь мог проникнуть в кабинет шефа. Тот даже его не запирает, когда куда-то отлучается. Его нетрудно выманить.

— А сейф?

— Сейчас поймешь.

Журавлев достал из сумки компактный кассетник и включил его. Из динамиков послышался голос Прозорова.

— Вот послушай этого болтуна. Не язык, а помело. «…Видите ли, мисс Келли, я не беспокоюсь об утечке информации. Она невозможна. В мой кабинет проникнуть невозможно. Я даже сейф свой не запираю.

— Совсем?

— Мозги ученого надо беречь, а не засорять мусором. В моей голове столько цифр, что запоминать лишние незачем. Примитивный код. Год рождения моей матери, месяц и день. Восемь цифр, которые я помню с детства. Элементарщина. Но я твердо знаю другое. Никто не сможет попасть в мой кабинет с улицы. А мои сотрудники этот не сделают. Мы все делаем одно дело. Коллектив единомышленников, патриотов фирмы, проверенные годами люди. И потом, они зарабатывают большие деньги. Кто же будет пилить сук, на котором сидит? Вот вам пример В моем кабинете очень часто работает главный инженер Ливенталь и главный программист Ройтман. Им здесь удобней, света больше. У Ройтмана протечка была. Мелочь, но неприятно. У Ливенталя стены покрасили, запах целую неделю выветривался. Но неужели я не должен доверять своим лучшим специалистам? Они же ученые, а не воры в законе. А Глеб Витальевич Шульга сидит в моем кресле чаще, чем я. Мне приходится уезжать в командировки по три-четыре раза в месяц.

— Пол Клиффорд из «Скарлинга» настраивает западные фирмы против вас. Вплоть до объявления вам бойкота. А его компания имеет большой вес на Западе.

— Там тоже не дураки сидят. Если мне предлагают более выгодные условия, то я сотрудничаю с той фирмой, которая мне удобнее, и все это понимают. «Глобал» вкладывает деньги в разработки, чего не делал Пол Клиффорд. Он хочет только закупать готовый товар. Все обязательства перед ним я выполнил, но продлевать контакты не счел целесообразным. Точно так же поступил бы на моем месте любой западный бизнесмен. Обижаться не на что. Мы не в детском саду.

— И все же вы обрастаете врагами, как снежный ком.

— Меня это не волнует, мисс Келли. Мы монополисты в Европе. Кроме нас спутниковые системы навигации такого уровня имеют только американцы. Потому что у них столько же спутников в космосе. Европа не может этим похвастаться. Бойкота не будет. Я уважаю Клиффорда, но он сам виноват. «Моська лает на слона, а тот идет своей дорогой».

Журавлев выключил магнитофон.

— Как тебе это нравится?

— Я знаю Джессику Келли. Журналистка из Великобритании. Когда происходил разговор?

— На этой кассете нет пометок. Я принес тебе шесть штук. Послушай. Будет интересно. Одну оставил себе. Отдам позже, после того, как ее переведут. Там Прозоров разговаривает с кем-то по-английски.

— Джессика Келли первой узнала об ограблении и на пресс-конференции поставила Прозорова в очень неловкое положение. Очевидно, этот разговор состоялся до этого. А если она передала содержание беседы Полу Клиффорду? Впрочем, Джессика уверена в том, что Клиффорд и есть заказчик. Об этом многое говорит. Клиффорд арендовал офис у бывшего майора Максимова. Тот еще фрукт! Давно стоит на заметке в отделе по организованной преступности. Доказательной базы не хватает. Но самое интересное в том, что Пол Клиффорд и его сотрудники выехали из страны через сутки после ограбления Прозорова. И как я понял, навсегда. Максимов уже сдал их офис в Столешниковом переулке другой фирме. Значит, Клиффорд не собирается возвращаться, хотя аренда им оплачена до конца следующего года. Если мои предположения правильны, то диск уплыл в Европу, и мы его не найдем.

— Не слишком ли много у нас версий, Степа? Одна другой лучше, но они между собой никак не пересекаются. Вариант первый: Пол Клиффорд пошел на сговор с Максимовым. Тот нанял Митрошкина и завербовал Ливенталя, похитив у него сына. Ливенталь сломался и пошел на преступление. Ливенталь украл диск, деньги, картины и передал их Митрошкину. Митрошкин непонятно с какой целью меняется со сменщиком и убивает его, потом Ливенталя, а Митрошкина убирает Максимов. Пол Клиффорд получает диск и уносит ноги, Максимову достаются деньги и картины. Версия вполне приемлемая и имеет право на существование. Теперь скажи мне, ты выполнил мою просьбу?

— Виктор Неверов?

— Совершенно верно.

— Выполнил. Виктор Сергеевич Неверов проживает в Санкт-Петербурге на Фонтанке, тридцать два. Прилетел в Москву седьмого июня утренним рейсом. В тот же день уехал «Красной стрелой» назад. В Москве провел один день, гостиницу не заказывал.

— Ограбление произошло пятого. За Неверовым надо установить наблюдение.

— Ты мне не сказал, кто он такой и с какой целью надо установить наблюдение за человеком, не входящим в категорию подозреваемых.

— Вот тут пора поговорить о другой версии, не менее интересной. Пора вспомнить, с чего началась вся эпопея. Наемники убили трех охранников. Предположим, что эти трое в ночь на пятое июня кого-то ограбили. Утром шестого они покупают женам ювелирные изделия на сумму свыше ста тысяч долларов. А за две недели до событий закладывают в банк под проценты свои квартиры. По ходу дела мы выяснили, будто у одного из них, Ивана Трушина, была любовница — Маргарита Белоцерковская. Искусствовед и реставратор, специалист по импрессионистам. Вот здесь я и сделаю необходимую сноску на господина Неверова. Коллекционер, теневой дилер, большой поклонник импрессионистов. Принимал участие в аукционе «Сотбис», где и выставил на продажу пять картин Поля Гогена, которые были куплены Вячеславом Максимовичем Прозоровым за три с половиной миллиона долларов. Сейчас эти картины подорожали в пять-шесть раз. Полотна чистые. Из частной коллекции, что называется, с родословной. Ходили слухи, будто Неверов покупал картины не для себя. Но заказчик по каким-то причинам отказался от них, и Неверов выставил их на торги. Родители и родственники Неверова живут во Франции. Очень состоятельные люди. О капиталах самого Неверова ничего не известно. Но он занимается собирательством. Ищет в России полотна французских импрессионистов и русских авангардистов начала прошлого века. Скупает лучшие экземпляры, что-то оставляет себе, а что-то перепродает. Его коллекцию никто не видел. Неоднократно пользовался услугами Маргариты Белоцерковской как реставратора. Странно. В Эрмитаже есть реставраторы не хуже. Зачем же ездить в Тулу со своим самоваром? Следующая параллель. Неверов знает, кто купил его картины на аукционе. А Рита Белоцерковская знакома с Прозоровым. На днях она посещала его в офисе, а потом созванивалась с отцом. Отец девушки хорошо знаком с Прозоровым. Ты услышишь запись их беседы. Михаил Романович Белоцерковский занимается спутниками. Генерал-полковник в отставке. Они сотрудничают. Видимо, генерал, имеющий большие связи, играет роль сводни между военными и бизнесменом. Если ты это сможешь подтвердить, то не торопись заносить детали в протокол. Иначе дело заберут под свой контроль люди из ФСБ.