Это месть, детка! - Владимир Колычев

Как быть? Может, пора поставить ее в известность и посоветоваться с ней?

Он взял телефон, набрал номер любимой женщины. Марта ответила сразу.

– Ты где? – спросил Сергей.

– К Артему решила заехать, посмотреть, как он там.

– Он не один.

– Заодно и на эту самую особу гляну. – В ее голосе прозвучали колючие нотки.

– И скоро ты там будешь?

– Минут через двадцать.

– Вот у Артема и встретимся, – сказал Сергей Антонович.

Марта – хорошая женщина. Наташа тоже очень даже положительная. Но физика дамских отношений – особая наука. Плюс на плюс в ней зачастую дает минус.

Наташа Селиванова не изменила своему амплуа, в кабинет зашла серой мышкой, тихонько поздоровалась, села туда, куда показал Зиньков. Зато Матвеев-младший вел себя как самый настоящий павлин. В глазах блестят все цвета радуги, крылья расправлены, хвост расфуфырен.

– И не стыдно вам, товарищ следователь? Сколько ж можно до девушки докапываться? – сказал он, воинственно глядя на Егора Валентиновича.

– Сколько нужно, столько и будем.

– Она ни в чем не виновата! – выпалил Матвеев-младший.

Даже Наташа с укором глянула на него, пальцами тронула за локоть.

– Адвокаты так себя не ведут, – с усмешкой проговорил Зиньков.

Он вовсе не хотел ссориться с Сергеем Антоновичем, поэтому не решился выставить за дверь человека, который считался его сыном. Но и вести разговор в присутствии этого субъекта майор тоже не желал.

– Адвокаты? – не понял Артем.

– Помнится, вы позиционировали себя как адвокат Наташи.

– Да, было. Конечно, я ее адвокат! – Парень напыжился.

– Адвокат не утверждает, а доказывает невиновность своих подзащитных.

– Вы брали чай на экспертизу, – напомнил Артем.

– Чай?!. Да, было дело.

– Тот самый, которым Наташа поила моего отца. Чай был отравлен?

– Нет.

– Тогда какого черта вы дергаете Наташу?

– У нас возникли некоторые вопросы к гражданке Селивановой.

– Задавайте! Послушаем!

– Я бы хотел задать их наедине.

– Ну уж нет! Наедине вы их не зададите!

– Молодой человек, не заставляйте меня применять силу.

– А вы не заставляйте меня писать на вас жалобу. Я официально заявляю, что вы пристаете к Наташе. Вы сексуально ее домогаетесь!

– Но это неправда! – возмутился Зиньков.

– Объяснять будете прокурору! – отрезал наглец.

Было бы не так страшно, если бы этот бред исходил от кого-то другого, но сын Матвеева мог создать реальные проблемы. Егор Валентинович хорошо это понимал.

– Я домогаюсь? – вспылил он.

– Да, вы домогаетесь!

Зиньков быстро набрал в легкие воздух, медленно выпустил его, прикрыл глаза.

– Молодой человек, я еще раз прошу вас покинуть мой кабинет, – стараясь успокоиться, сказал он.

– Нет!

– Ну хорошо. – Зиньков перевел взгляд на Селиванову. – Вы готовы ответить на мой вопрос?

Она покорно кивнула.

– Как вас зовут?

– Наташа.

– Отчество?

– Георгиевна.

Красавица заметно встревожилась. Похоже, она поняла, на какой лошади подъезжал к ней Егор Валентинович. И кобыла эта отнюдь не хромая.

– Селиванова?

– Селиванова.

– А Харитонова – эта ваша девичья фамилия?

– Долго вы будете переливать из пустого в порожнее? – как-то по-барски возмутился Артем.

Если бы он собрался сейчас уходить, то Зиньков постарался бы остановить его. Майору очень хотелось посмотреть, как запоет этот павлин, когда откроется правда. Какие у него будут глаза.

– Я разговаривал с Харитоновой Натальей Георгиевной. Она утверждает, что в ноябре две тысячи двенадцатого года ехала в поезде с некой Городиловой Еленой Борисовной. Познакомилась с ней, разговорилась, а утром у нее исчез паспорт.

На самом деле Харитонова знала только имя своей попутчицы. Все остальное Егор Валентинович добыл в архивах.

– Вы его украли, Елена Борисовна.

– Елена Борисовна?! – От волнения она стала белее снега.

Артем Матвеев даже привстал со своего места и тупо глядел на нее. Его петушиный задор сразу куда-то подевался.

– Да, Елена Борисовна Городилова – это вы!

– Но это не… – Она запнулась. – Да, это правда.

– Зачем вы украли паспорт?

– Я не крала. Наташа его потеряла.

– Если она потеряла паспорт, то почему вы его не вернули?

– Было уже поздно.

– Поздно? Это при том, что вы сошли раньше, чем Харитонова?

Красавица виновато опустила голову. Майор чувствовал, что ложь дается ей не просто.

– Зачем вам понадобилось красть паспорт?

– Я хотела сменить имя.

– Зачем?

– Надо было.

– Это не ответ.

– Мне нужно было сменить имя. – Девушка не поднимала головы, но голос ее прозвучал твердо, робость в нем угадывалась едва-едва.

– Вы вышли замуж за Селиванова Константина Борисовича?

– Да, я вышла замуж за Селиванова, – подтвердила она.

– Вы сделали это по любви или для того, чтобы получить новый, настоящий паспорт?

– И то, и другое.

– А почему вы сразу не вышли замуж за Селиванова?

– Потому что еще его не встретила.

– Могли бы выйти замуж за кого-нибудь другого.

– Не могла без любви.

– Итак, вы были Городиловой Еленой Борисовной, а стали Селивановой Натальей Георгиевной.

– Да, я стала Селивановой Натальей Георгиевной.

– Под этим именем вы поступили в университет правосудия, устроились на работу в «Парад-Инвест»?

– Да, мне нужно было добиться торжества правосудия, поэтому я поступила в университет.

– Торжества правосудия?!

Это была подсказка, которая избавляла Зинькова от множества подводящих вопросов.

– Да, именно его!

– По отношению к кому?! К Михаилу Матвееву?

– Да, по отношению к нему! – выпалила девушка, взгляд которой леденил душу майора.

Зиньков и подумать не мог, что она способна была так смотреть.