Как полюбить бандита - Владимир Колычев

– А после отпуска что? – спросил он.

– Я бы здесь осталась.

– Но мы же решили.

Игнат собирался сделать из коровников конфетку, завернуть ее в красивую упаковку и выгодно продать. Но отец сказал, что завод может работать дальше, уже без него и Марьяны. Их ждет новый, на этот раз самый настоящий, по производству сухих смесей. Игнат пойдет туда заместителем директора, а Марьяна – главным бухгалтером. Институт она уже окончила, высшее образование получила. Отец был доволен ее работой.

– Зачем тогда спрашиваешь?

– Вдруг ты против.

– Как мы решили, так и должно быть.

– Так и будет. Мы с тобой умеем добиваться своего.

– Ты молодец. – Марьяна мягко положила руку ему на плечо.

– Это приглашение к танцу? – Игнат озорно глянул на нее.

– Если мы едем домой… – Она улыбнулась, давая понять, что угадала его желание.

– Там скучно. – Он вдруг свернул с дороги на проселок, через поле уходящий в лес.

Марьяна хотела что-то сказать, но не решилась. Вид у нее был такой, как будто от волнения захватило дух. Наверное, она боялась, что голос дрогнет и выдаст ее желание.

Муж загнал машину в лес, развернулся к Марьяне, потянулся к ней, опустил спинку сиденья.

– Это похищение, – сказала она, обвив руками его шею.

– Это мое решение.

– Тогда тебе придется идти до конца.

– Я готов.

Марьяна шаловливо улыбнулась, поцеловала его в губы. Она могла потерять голову в приступе страсти, и грех было этим не воспользоваться. Тем более что Игнат хотел ее в любое время дня и ночи.

«Поднялся ветер, ветка вяза снова скребет по стеклу. Обрезать ее нужно, чтобы нервы поберечь, – раздумывал Никита. – Это можно. А с Ларисой как быть? Она тоже действует мне на нервы.

Вместе живем, в официальном браке. Внешне все хорошо, благопристойно. Ребенок у нас родился, сын. Я в Степке души не чаю. Да и Лариса нравится мне как женщина. Даже когда с пузом ходила, не распускалась, держала себя в тонусе. После родов не позволила себе растолстеть, как некоторые, фигуру держит.

Красивая она у меня, стильная, приятно пройтись с ней под руку на людях. Все хорошо. Но иной раз как поднимется суховей в душе, и тошно становится. Лариса тогда не просто раздражает, задушить эту бабу хочется. Это ведь из-за нее я потерял Марьяну».

День уже начался, на строительном дворе шла работа, но у Никиты что-то не было желания включать голову. Хотя он понимал, что баклуши бить нельзя.

Если что-то пойдет не так, Лариса приедет и начнет наводить порядки. Стройдвор – ее детище. Здесь все должно работать как часики.

Нет, пусть уж она лучше дома сидит. Никита как-нибудь без нее обойдется.

У Ларисы были большие планы на совместное будущее, а у Никиты не имелось особого желания работать. Протирать штаны в директорском кресле – это пожалуйста. А вот взваливать на себя груз ответственности, спасибо, не надо.

Но Лариса обхаживала отца, доказывала ему, что Никита умеет работать, сможет возглавить завод в Павелецке. Отец ей верил. Что-что, а голову дурить она умела.

Никита не хотел работать, но Лариса толкала его в большое дело. Может, нужно доказать ей, что старается она не зря? У него была одна очень хорошая деловая идея. Есть место, где можно закупить товар со скидкой. Он провернет эту сделку. Только вот Лариса не оценит. Да и Никита свою поджившую рану растеребит.

В дверь постучали, и в кабинет зашла продавщица Белла. Двадцать восемь лет бабе, не сказать, что красивая, но милая. Формы у нее полные, но, как ни странно, платья в обтяжку ей шли. Попка под ними очень соблазнительно смотрелась.

– Никита Степанович… – зажеманилась она, глядя на него.

– Что?

– Может, кофе?

Чего уж тут греха таить, был у них секс, и не однажды. В первый раз он инициативу проявил, Белла подхватила, и теперь спасу от нее нет. Хоть Ларисе жалуйся. Бабенка сама навязывалась, а он не всегда был в настроении. Вот и сейчас желания не возникало.

– Какой кофе? Работать надо! – Никита резко поднялся.

Все, решено, он едет за товаром. Пусть кто-нибудь попробует его остановить.

Все-таки смог Игнат дотащить до финиша ношу, взваленную на себя. Марьяна ему в этом помогла, но все равно он молодец. Завод доведен до ума, производство вышло на рентабельный уровень. Игнат и Марьяна здесь больше не нужны.

Валентина Дмитриевна приняла бухгалтерию, Василий взял под управление производство. Все, супруги могут умывать руки и браться за новое дело. Тем более что Марьяна совсем не против повышения.

Если бы не Ольга Борисовна. Не хотелось Марьяне возвращаться к Горанск, где свекровь будет цеплять ее при каждом удобном случае. Но и особой проблемы из этого она не делала. Как-нибудь переживет.

Игнат и Василий куда-то пропали, Валентина Дмитриевна отправилась в налоговую. Работа шла, и только Марьяна сидела без дела. Но это ненадолго. Сейчас вернется муж, и они отправятся в Горанск.

За дверью послышались шаги. Марьяна поднялась навстречу супругу. Но в кабинет зашел Никита. Марьяна оцепенела, увидев его. А он надвигался на нее как ураган. В глазах решимость, на губах шальная улыбка.

– Привет! – Никита подошел к ней, обнял за талию, привлек к себе, поцеловал в щеку и отстранился от нее, отшагнул назад.

Только тогда она пришла в чувство и отпрянула.

– Здравствуй, – пробормотала Марьяна, пребывая в ужасе от своих ощущений.

В мыслях переполох, в низу живота горячая, распирающая тяжесть, в коленках мелкая дрожь. Никита не просто создал смерч, он увлек Марьяну в самый эпицентр.

Однажды что-то подобное с ней было. Именно в его объятиях. Увы, но Игнат не мог создать вокруг нее столь мощного завихрения. С ним хорошо, но все под контролем, а Никита – это какое-то сумасшествие.

Марьяна со страхом смотрела на него. Если он вдруг посадит ее на стол, как это было тогда, в его кабинете, то она потеряет голову. А платье на ней не самое длинное, и трусики снимаются легко…

Ужас! Что за мысли!

– Не ждала? – спросил он, с иронией глядя на нее.

Может случиться ужасное, если вдруг он поймет, в каком она смятении, и воспользуется моментом.

– Ты как снег на голову.

– Да, со мной такое было. Когда я узнал, что ты замуж вышла.

– Да, вышла. Я замужем.

Преодолевая слабость в ногах, Марьяна направилась к выходу. Нужно выйти во двор, там люди. Никита не посмеет распустить руки.

– Куда ты? – Он снова обвил рукой ее талию, чтобы остановить.

– Не надо.