Как полюбить бандита - Владимир Колычев

Он уже знал, что произошло, но ничуть не сомневался в том, что Марьяна не давала повода Никите Высокову. Но все равно нехорошая история вышла. Мягко говоря.

– Эй, вы что, хороните меня? – Игнат открыл глаза и тут же сощурился.

– Типун тебе на язык! – Алексей Антонович махнул рукой.

– Я на коньках, папа. Все будет хоккей!

– Давай, держись!

– Вы уходите, Алексей Антонович? – спросила Марьяна.

– А что, уже пора?

– Не знаю. Просто я боюсь, что меня вместе с вами выгонят.

Шуринов кивнул, глянул на нее. Марьяна действительно боялась, что врачи выставят ее за дверь. Она собиралась ночевать с Игнатом. Дневать тоже. Никаких иных вариантов верная жена не рассматривала.

Алексей Антонович попрощался с сыном и невесткой, вышел из палаты и нос к носу столкнулся с пожилым грузным мужчиной. Мощный, самоуверенный, напористый, не человек, а глыба пещерная.

Он шел в палату к Игнату. Взгляд у него темный, как грозовая туча, брови нахмурены, губы сжаты. Его вид не предвещал ничего хорошего.

Алексей Антонович остановился, преградил путь непрошеному гостю.

– Я вас слушаю.

– Ты Шуринов? – грозно спросил мужчина.

– А ты Высоков? – в том же тоне проговорил Алексей Антонович.

Он уже понял, с кем имеет дело, знал, кто такой Высоков Степан Данилович. Но так Шуринов и сам не лыком шит. И деньги у него есть, и связи, в том числе и в криминальной среде. Так что не надо брать его на понт.

– Степан Данилович, – подтвердил Высоков, явно сбавляя обороты.

– Алексей Антонович.

– Марьяна где?

– А что вам до Марьяны?

– Доведет она меня до греха, – сквозь зубы процедил Высоков.

Алексей Антонович сверкнул взглядом. Он понял, о чем шла речь. Ему приходилось бывать в таких вот скользких ситуациях.

– Не советую связываться, – твердо сказал он. – Я Марьяну в обиду не дам.

Высоков посмотрел куда-то в сторону, на ком-то сосредоточил взгляд. Шуринов услышал голос Ольги. Оказывается, это ее увидел Степан Данилович.

– Здравствуйте.

Высоков кивнул ей, повернулся к Алексею Антоновичу спиной и тяжелой походкой побрел на выход.

– Что это было? – спросила Ольга.

Муж не успел ответить ей. Появилась докторша и попросила всех удалиться. Ольга хотела возмутиться, но Алексей Антонович взял ее за руку и вывел из отделения.

– Что это значит? – спросила она.

– Прием окончен, – сказал он, глянув на окно, за которым сгущались сумерки. – Завтра приедем.

– Я хочу увидеть сына прямо сейчас!

– С ним все хорошо. Он в сознании. Ему нужен только покой.

– А Марьяна где?

– С ним.

– Нет! – психанула Ольга и рванула к палате.

Но Шуринов успел поймать ее за руку и удержать. С таким настроением ее ни в коем случае нельзя было подпускать к сыну.

– Хочешь устроить скандал?

– Я хочу во всем разобраться! – Ольга топнула ножкой.

– Игнату плохо. Ему покой нужен. – Алексей Антонович дернул жену на себя и увлек ее к лифту.

Она шла за ним неохотно, но все-таки вместе с ним покинула здание больницы.

Шуринов отправил своего водителя одного, а сам сел в машину к жене.

– Ты хоть понимаешь, что выгнал меня? – спросила Ольга.

Она не торопилась заводить двигатель, похоже, опять собиралась идти к сыну.

– Марьяна договорилась с врачом, ей разрешили остаться с Игнатом. Давай сейчас там со всеми разругаемся, и Марьяну выставят за дверь.

– Туда ей и дорога! Шалава! Развела блуд!..

– Давай, пойди и скажи это Игнату, если хочешь остаться без сына.

– Скажу!

Алексей Антонович вперил в жену тяжелый взгляд. Он требовал от нее сейчас только одного – успокоиться и закрыть рот на замок.

«О моральной стороне дела говорить с ней бесполезно, – решил муж. – Не любит она Марьяну и будет оскорблять ее при каждом удобном случае. Пусть думает что хочет, лишь бы все это дерьмо не вылилось на сына. Игнат взрослый человек, он умеет принимать решения.

Да и Марьяна имеет на него большое влияние. Если она объявит Ольге войну, то Игнат встанет на ее сторону. Тогда без сына может остаться не только мать, но и отец».

Марьяна открыла глаза и увидела Игната, который сидел рядом с ней. Она лежала на свободной койке, а он с нежностью гладил ее по волосам. В окно светило утреннее солнце, но Игнат не щурил глаза. Если бы не бледный вид и повязка на голове, его можно было бы принять за здорового человека.

– С ума сошел! – Марьяна вскочила. – Ляг! Хочешь, чтобы меня Юлия Семеновна убила?

– Да, лягу, – сказал он, укладываясь на постель.

Марьяна помогла ему, накрыла простыней.

– Тебе нельзя вставать.

– Я что, коматозник какой-то?

– Типун тебе на язык!

– Ты у меня такая красивая! – Игнат влюбленно смотрел на жену.

– У тебя, – подтвердила она, поправляя волосы.

– Я тебя никому не отдам.

– Я ни к кому и не пойду.

– Ты не идешь, но тебя зовут. Если я еще раз увижу этого урода возле тебя, то убью его!

– Никита больше не появится. Теперь он знает, что у меня есть надежный защитник, – сказала Марьяна.

– Ты и в самом деле так считаешь?

Марьяна кивнула. Она не требовала от Игната никаких доказательств, но получала их.

«Нет, он не трус. У него есть характер. Именно такой мужчина мне и нужен. Не важно, что Игнат не обладает той воспламеняющей силой, какой Никита вывел меня из равновесия», – подумала Марьяна.

– Только больше никогда не дерись, – сказала она.

В этот момент в палату вошла Ольга Борисовна. Марьяне пришлось сделать над собой усилие, чтобы приветливо улыбнуться ей. Свекровь постаралась сдержать злобный порыв. Она даже поцеловала Марьяну, хотя и с каменной улыбкой на лице.

– Сынок! – Мать чуть не расплакалась, глядя на Игната.

– Ты еще священника пригласи, – заявил он.

– Что ты такое говоришь?

Ольга Борисовна вопросительно глянула на Марьяну. Как будто это она подвигла Игната на кладбищенский юмор.

– Я пойду, прогуляюсь, – сказала Марьяна.

Ей нужно было проветриться, заодно сходить в магазин.

– Всю ночь сидела? – участливо спросила Ольга Борисовна.