Донецкие повести - Сергей Богачев

– Я не убивал, это Нос.

– Что ты, Илья, Нос срок тарабанит за твои прошлые дела, я о твоих свежих выступлениях.

Плотников изменился в лице, но сразу же взял себя в руки – только Жора и Сердюков заметили, как его передёрнуло.

Евстифеев достал из ящика папку с фотографиями и протоколами осмотра мест преступления и передал её Геннадию Андреевичу.

– Смотри, Илья! Девять лет назад камер видеонаблюдения не было в таком количестве, как сейчас. Два дня назад ты аккуратно шифровался, шёл пешком – вот ты возле банка по проспекту Освободителей, 31. Смотри на время. Через одиннадцать минут ты прошёл мимо офисного здания по проспекту Освободителей, 23 – как раз два квартала обычным шагом. Вот вид с противоположной стороны улицы – это камеры торгового центра. Проходит ещё семь минут – это ты заходишь в подъезд дома номер 16. «Субару» синюю видел справа на площадке? Представляешь, её хозяин такой продвинутый оказался, видеорегистратор установил, но ты в темноте его, конечно, не заметил. Теперь только быстро отвечай: к кому шёл?

Лоб Плотникова покрылся многочисленными капельками пота; пытаясь укротить мелкую дрожь в руках, он изо всех сил сжал кулаки. Во рту пересохло, глаза резало от густого табачного дыма, висевшего в кабинете, – приоткрытое окно не помогало.

– Ты выше третьего не поднимался! Ну! Говори! – Сердюков перешел на крик.

– Девятая квартира.

– Как зашёл?

– У меня ключ был.

– Дальше! – Сердюков метался по кабинету, держа руки в карманах брюк. Китель висел на стуле.

– Дальше вы всё видели, всё на фотографиях.

– Откуда у тебя ключ?

– Заказчик передал, – Плотников вытер нервную испарину со лба ребром ладони.

– Кто?

– Я не знаю, я его не видел, всё по телефону, при помощи SMS-сообщений.

– Как передал?

– Через камеру хранения. Мне пришло сообщение с номером ячейки и кодом. Камера на железнодорожном вокзале. Её номер шестьдесят семь.

– От второй квартиры тоже ключ был? – Жора поддержал темп допроса.

– Нет, там я в дверь должен был позвонить.

– И?

– Открыл не тот, что был на фотографии, так что пришлось его первым уложить.

– А если бы адресом ошибся?

– Не ошибся, я проверил. Тот, кого я искал, в зале сидел рядом с батареей.

– Где пистолет?

– В колодце.

– Адрес? Точный адрес! – Сердюков уже показывал пальцами на трёх оперов, и те, понимая, что сейчас поедут доставать оружие, начали собираться.

– Я не помню, на улице Шмидта, где-то посередине.

– Так, Гена, Юра, берёте «газель», едете туда. Ишков, ты организуешь аквалангиста, видеокамеру не забудь и фонари!

– Может, подождём хотя бы до рассвета? – Ишков ещё втайне надеялся попасть сегодня домой.

– Уже светает, давай, дуй в школу милиции, они на казарменном положении, там тебе найдут специалиста, – подполковник поймал кураж и не собирался останавливаться – теперь каждая пауза была бы на руку Плотникову, который в любой момент мог замкнуться и передумать говорить, а невыясненным оставалось ещё множество вопросов.

– Как ты связывался с заказчиком? – Евстифеев изрисовал весь лист бумаги, лежащий перед ним, каракулями, понятными только ему одному.

– Никак. Один раз он мне звонил, номер не определился. Передал привет от Носа, сказал, что дело верное, денег отвалят, как положено. Предоплата. Риска никакого, людей искать не будут. Я потом к Носу посылал гонца с «гревом», так он подтвердил, что уважаемые люди ищут человека с твёрдой рукой.

– Долго думал?

– Нет. За такие бабки стоило.

Улица Шмидта проходила через частный сектор на самой окраине города – дальше была только лесопосадка. Местные всякое видели на своём веку, но никогда ещё среди ночи в колодец не опускали человека в таком странном резиновом костюме.

С рассветом баба Шура вышла с древним оцинкованным ведром набрать воды для кухни и застала возле колодца целую демонстрацию из каких-то молодых людей. Она уж было собралась построить их своим зычным голосом, но вовремя заметила, что те приехали на синеньком автобусе с надписью «Милиция».

– Чего ищете, сынки? – Шура поставила ведро на землю и делово воткнула руки в бока.

– Да ничего, бабушка, не волнуйтесь, ничего вредного не нашли, – ответил один из парней, уставившийся на неё красными от бессонницы глазами.

– Так вы, милки, всю воду перекаламутите, это что ж мне теперь за ней за тридевять земель ходить?

– Пока придётся, а далеко идти?

– Там, за поворотом, балка, дорога вниз уходит, – баба Шура показала рукой в сторону леса, – там и находится наш второй колодец.

Тот, который разговаривал с бабкой, заглянул в колодец и крикнул:

– Прапорщик, поднимайся! Достаём его, парни… – трое курсантов потянули страховочный трос, переброшенный через бревно, на которое наматывалась цепь.

Замёрзший прапорщик в водолазном костюме, чертыхаясь, перевалился через бетонное кольцо колодца на землю:

– Его там нет. Точно нет. Я уже окоченел весь.

– Отогревайся, – Ишков подал термос с чаем, – там ещё один колодец есть.

– Вот демоны! И туда полезете? Дайте хоть воды набрать, окаянные!

– Мы вас даже подвезем, садитесь.

Поиски пистолета во втором колодце завершились удачей при первом же погружении, и группа с главной уликой отправилась в горотдел.

«Вот теперь можно сказать: раскрыли…» – Ишков набрал номер Сердюкова, чтобы доложить об окончании поисков оружия.