Тайна трех сироток - Лариса Соболева

Максим сжалился над ней, обнял за плечи и с сочувствием, по-доброму произнес:

– Знаю. Ты была там, а я на этой чертовой остановке извелся. Картины рисовал одна страшней другой: вдруг тебя схватили менты или одновременно с тобой туда пришел убийца… Настя, я никогда не подверг бы тебя опасности, но у меня наш трюк не получится, он под силу только женщине. Идем?

Она заставила себя подняться, предупредив:

– На третий раз меня не хватит.

…Блеф удался – Журавский дозрел и позвонил Эрнсту. Учитывая, что он трудится до семи часов вечера, к тому же часто задерживается на работе, просил приехать к нему часам к девяти.

– Может, у вас появится свободный час и вы подъедете к нам? – предложил без задней мысли Эрнст, но Журавский усмотрел в предложении западню, посему категорично заявил:

– У вас обстановка не располагает к исповеди, да и не появляется у меня свободных часов в рабочее время.

– Что ж, в девять мы будем у вас.

– Но учтите, все не так, как вы подумали, криминальных историй в духе мистических триллеров вы не услышите.

– Удовлетворюсь тем, что поведаете.

Щелкнув пальцами, Эрнст подмигнул Киму, у которого вырвалось с большой долей сомнения:

– Неужели согласился?!

– Да. Просил приехать к нему в девять.

– Не верю. Никто из списка тетушки не идет с нами в открытую. Попросту отрицают знакомство с Евстафьевой, не давая нам никаких шансов на взаимность, а этот решился!

– До него я не запугивал никого…

– Ай, брось, – махнул рукой Ким. – Не помогло бы запугивание, они в состоянии отбиться. Журавский посоветовался с кентами, совместно придумали басню, которую он постарается нам влить в уши.

– Посмотрим. Чтобы мы с тобой не распознали брехню? Он переоценивает себя, верно?

– Неверно. Меня запросто надувают, на мне же нарисовано: этот человек живет, чтобы его надували.

– Просто ты доверчивый, пройдет. Залезай в машину, сегодня я поработаю извозчиком. У нас осталось пять человек из списка, поехали, хочу их лично прощупать.

В интернет-кафе Максим набрал следующий текст: «Дима, мне срочно нужен диск с данными о жителях нашего города. Заархивируй его и пришли на мой почтовый ящик. Жду».

Нажав на «отправить», Максим откинулся на спинку стула.

– А если Дима прочтет твое письмо только завтра или позже? – переживала Настя.

– Исключено. На его рабочий компьютер поступают сообщения, что пришло письмо. Если и произойдет задержка, то только когда Димы нет на рабочем месте, в туалет вышел, но он же вернется.

– Ему еще и базу нужно найти.

– У Димы есть этот диск.

– И там абсолютно все горожане?

– Практически все, кроме мигрантов без регистрации и бомжей. База пополняется из официальных источников, связанных с жилищным сектором. Это адреса, телефоны, ИНН, данные о доходах, даже архивы правоохранительных органов. Можно пошарить по сайтам, но на это уйдет масса времени, и не факт, что найду нужную информацию. Надежней, если Димка пришлет.

– А это законно – данные о людях, их доходах?

– Конечно, нет, – прыснул Максим. – Это называется вторжением в частную жизнь.

– И обо мне там есть сведения?

– Настя, ты дремучая. Сейчас практически ничего нельзя скрыть, скоро ты примешь ванну, а в Сети появится сообщение: в такое-то время такая-то принимала ванну с морской солью в течение двенадцати минут тридцати секунд, после этого выпила чай с пирожным и посмотрела телевизор.

– В таком случае будущий мир уродливый, в нем не будет личной зоны, принадлежащей только мне. Я не хочу жить в таком мире.

– Настя, от нашего желания уже ничего не зависит. Да не переживай ты так, пока у тебя есть неприкосновенная зона, а когда наступит эра тотальной слежки, неизвестно, я немного пофантазировал…

Максим подался к монитору, пощелкал мышью, страницы менялись, Настя не могла похвастать, что знает компьютер как свои пять пальцев, поэтому хлопала глазами, ничего не понимая.

– Хороший мальчик Дима, – разговаривал сам с собой Максим. – Сейчас отправлю сообщение, что диск получен… Так, теперь за дело. Тебе скучно? – вспомнил о Насте.

– Скука – удел морально убогих. Я никогда не понимала, когда кто-то говорит: мне скучно. Есть два глаза, которыми видишь, есть две руки, которыми можно многое делать, – при таком богатстве места скуке не должно быть.

– Интересно рассуждаешь, главное – правильно… А то садись за соседний стол и посмотри, что в мире творится.

– Мне достаточно того, что со мной творится. Не отвлекайся.

Прошло немного времени, и Максим коварно усмехнулся, показывая стрелочкой на строчки:

– Вот он, Настя, любуйся. Его телефон, включая мобильный, адрес, работа… М-м-м, серьезный человечек.

– А рожи его здесь нет?

– К сожалению. Не волнуйся, сегодня его увидишь.

– А вдруг ты ошибаешься и готовишь западню совершенно невиновному человеку?

– Исключено. Сопоставь все, что рассказывала Лана о находке у тетки. Я сомневался до тех пор, пока ты не сходила второй и третий раз в магазины. Карточки на одно имя, значит, визитница Паншина. Поскольку Паншиных в городе, на наше счастье, больше нет, то тут и думать нечего, он не стал бы носить при себе столько чужих карточек. Ну а сейчас постараемся установить связь с ментами. Эх, не знаю, кто конкретно бегает по нашим следам… Ну, да ничего, разошлю письма по отделениям.

– А ты сразу в прокуратуру обратись, убийства там расследуются, насколько мне известно.

– Расследуют следователи из прокуратуры, а гоняются за преступниками из уголовки менты, то есть выполняют черную работу, поэтому их прозвали в народе легавыми. Нам лучше с ними контачить, они не такие заносчивые, как в прокуратуре.

Настя пожала плечами, мол, делай, как знаешь.

26

Бегая по коридорам отделения, Геракл заполошно спрашивал у всех, кого встречал:

– Эрнста или Кима не видели? – Получив отрицательный ответ, он просил: – Если увидите, срочно пусть зайдут ко мне, срочно!

Только один посоветовал:

– А позвонить на мобилу им не пробовал?

– Да, да, совсем с ума спятил! – стукнул себя по лбу Геракл. – Я побежал… э… спасибо!

Ким взял трубку, Геракл выпалил:

– Ким, где Эрнст?

– Со мной, а что? Чего ты кричишь?

– Срочно ко мне! Балашов объявился!

Ким, ставящий под сомнения любую новость, связанную с делом, не поверил:

– Юморишь?

– А вы приезжайте, сами посмотрите на этот юмор. И поторопитесь, у меня нормированный рабочий день, он подходит к концу.