Рай на земле - Яна Темиз

– Я вам подарю свою японку! Правда-правда! Раз уж мы так встретились и у нас такие похожие истории – может, это и не случайно? А то умру я – и никому она не будет нужна. Пусть у вас останется – как напоминание. Если у вас все сложится – то обо мне, а если нет – будете, как я, смотреть на нее и мучиться. Но это лучше, чем равнодушие, правильно? А больше мне ее отдать некому.

– Спасибо, – растерялась Вера, – но у вас же, наверное, есть родные, а я вам никто, а картина дорогая… как же я могу?

– Ну, во-первых, родных можно считать, что нет. Двоюродная племянница, вдобавок внучатая… я ее и видела-то совсем малышкой. Они мне не звонят, не пишут, ничего. Я им ничего не должна. Сейчас вот у меня соседка, Наташа, вернее, не соседка – квартиросъемщица, я ей собираюсь продать половину дома. Они милые люди, уже несколько лет у меня живут, наверное, я им и весь дом потом завещаю, но до японки ей нет дела. И не думаю, что она дорогая, я никогда не думала ее оценивать. Для меня дорогая, и этого достаточно. Вот и для вас будет. Вернемся в Москву, позову вас в гости. Чтобы вы на нее посмотрели.

– Спасибо, – еще раз сказала Вера, все еще не зная, как реагировать на это неожиданное предложение.

– Может, и альмандины мои вам оставлю.

– Что? – не поняла она.

– Кольцо, – поясняюще протянула руку Елена Георгиевна. – Это такая разновидность граната. Те, которые из Чехии, называются пиропы, у них цвет другой, совсем темный. А эти из Индии, альмандины. Считается, между прочим, что они даруют взаимную любовь и поэтому часто бывают семейными реликвиями.

– Нет, Елена Георгиевна, кольцо – это уже слишком! – запротестовала Вера. – Я вам никто, случайная знакомая. И к тому же…

– Здравствуйте, – неуверенно произнесла, направляясь к ним, какая-то женщина. – Вы, кажется, Алла?

– Нет, – пытаясь припомнить, где она ее видела, ответила Вера. Впрочем, в отеле все постояльцы постоянно на виду, вот и возникает ощущение, что где-то их всех видел. Просто отель «Бертрам» какой-то! – Меня зовут Вера, – не очень охотно сообщила она.

– Мой муж давал вам телефон, помните? На пляже, вы звонили в полицию.

– Да, конечно, – обрадовалась Вера. Вот, значит, кто она такая – жена этого… Олега Евгеньевича, кажется? Разговор с полицейским успел почти забыться, в ее жизни за эти дни столько всего случилось, что утонувшая немка, украденные коробочки, толстый полицейский – все это казалось далеким и мало интересным.

– Лидия Дмитриевна, – представилась женщина, обретя уверенность и властность, которые, судя по всему, были присущи ей в ее обычной московской жизни. Почему-то Вера была уверена, что московской: такие дамы водятся непременно в столице, где-нибудь… в администрации президента, например! Или в какой-нибудь другой администрации.

– У меня к вам большая просьба: вы ведь знаете, как позвонить в полицию? Или – к кому вы обращались?

– У меня есть телефон менеджера, но ее и так можно найти, а в полицию звонила она. А что случилось? Что-нибудь пропало? – по ассоциации с потревоженными коробочками Елены Георгиевны спросила она.

Женщина странно усмехнулась, словно всхлипнула.

– Пропало, вот именно. Я уже целый день не видела мужа, телефон у него не отвечает, я беспокоюсь. Я полдня в Аспендосе была, приехала, а его нет. Он никуда не собирался, я думаю, что-то ведь могло случиться?

– Может быть, он в ресторане или на пляже, вы смотрели? – попыталась успокоить ее Елена Георгиевна. Еще одна ревнивая жена – сказал Вере ее понимающе сверкнувший взгляд. Вот они какие, видите, Верочка: шаг влево, шаг вправо – и звонить в полицию! – Или в город пошел?

– Я тоже так думала, – раздраженно ответила Лидия Дмитриевна. – Но это не в его стиле: уйти надолго, ничего не сказав, не отвечать на звонки… телефон-то не выключен, должен же он услышать! Кстати, вы его случайно не видели? Он часто в вашем отеле бывал.

– Мы только что приехали, мы тоже в Аспендосе были…

– Так поздно? Я вас там не видела, – словно подозревая их во лжи, спросила Лидия Дмитриевна. Она сама чувствовала, что взяла неверный тон, говорила не то, что нужно, но странное положение, в котором она оказалась по милости Олега, раздражало ее, было унизительным и двусмысленным. Приходилось выступать в какой-то глупой роли, просить, уговаривать, а они смотрели так странно и равнодушно. Даже злорадно, казалось ей.

– Мы не с экскурсией, – пояснила Вера, – мы отдельно ездили, сами. Если хотите, я могу позвонить менеджеру.

– Если можно, – просительно сказала Лидия Дмитриевна. – И, может быть, еще кого-нибудь спросить, кто его мог видеть… вон тот мужчина, например? Вы ведь знакомы?

«Вон тот мужчина» и сам направлялся к ним. Ни дня без Валеры-Мегеры, обреченно подумала Вера.

– Добрый вечер! Что за сцена у фонтана? У нас проблемы? – правильно истолковал он устремленные на него взгляды.

– Помните моего мужа? Он на пляже был, когда Вера звонила в полицию, помните? – быстро проговорила Лидия Дмитриевна. – Вы его сегодня не видели? Уже поздно, а его нигде нет!

– Помню, конечно… но не видел, увы! Да не волнуйтесь вы так, сударыня! Мужья, они, знаете ли, иногда пропадают. А потом находятся – и все путем! Тут же много всякого! Крокодилы, пальмы, баобабы – и жена французского посла! Песенка такая была, не помните? – жизнерадостно пояснил он, словно удивившись, почему на него смотрят с таким непониманием.

– Валерий, ради бога! – с укором сказала Елена Георгиевна. – Как вы можете шутить? Может быть, действительно что-то случилось? Человек мог просто-напросто заблудиться в чужом городе.

– Но он и на звонки не отвечает! Да и заблудиться… нет, мог, конечно, но он несколько раз здесь был, город знает… и потом мог бы просто взять такси и вернуться! Если вам не трудно, Вера…

– Да-да, я позвоню, – она взяла протянутый телефон и стала рыться в сумке в поисках карточки: наверняка она со вчерашнего дня так там и лежит. В ее сумке никогда не было порядка, как она ни старалась его завести, и ей иногда казалось, что этот хаос не что иное, как отражение беспорядка в ее душе и жизни.

Карточка, конечно же, нашлась, хозяйка телефона набрала какой-то код, как сделал это на пляже Олег Евгеньевич.

– Сейчас она подойдет, – сообщила Вера взволнованной Лидии Дмитриевне после короткого разговора.

– Он и паспорт не взял, – как-то невпопад, видимо подчиняясь логике собственных мыслей, сказала та. – Он, правда, его никогда с собой не носит, чтобы не потерять. Говорит, здесь никто никогда его не смотрит, ни визу, ничего. Но мало ли что…

– Да при чем здесь паспорт? Найдется ваша пропажа, не о чем беспокоиться! А как вам античные камни? – обратился Валерий к Елене Георгиевне и Вере. – Произвели впечатление? Я, между прочим, из-за вас не поехал, что, думаю, мне там делать? К Аллочке муж приехал, с ней теперь не пообщаешься. Остаются мне одни девушки-красавицы, а среди них – ни Веры, ни Леры! Надо же, чтобы в рифму было, правильно?