Западня для Евы - Нора Робертс

— Ничего ты не понимаешь! Они же не к тебе приедут, а ко мне. Не в тебя будут тыкать какими-то непонятными острыми штуками и не тебя будут обмазывать какой-то клейкой гадостью с головы до ног. Не знаю, что они собираются со мной делать, но, что бы это ни было, мне этого не надо.

— Ну, вряд ли это будет так уж страшно. Кроме того, ты всегда можешь уклониться под предлогом работы. Хотя бы на время.

— Я не могла с ней бороться. — Ева вновь закрыла лицо руками. — Она пришла ненакрашенная и совершенно меня этим добила. Ты когда-нибудь видел Мэвис ненакрашенной?

Рорк легонько провел рукой по ее волосам.

— Никогда.

— Вот и я об этом. И глаза у нее опухли и покраснели. И блестели. И живот у нее торчал. Такая маленькая белая кучка… выпирает, представляешь? И что мне было делать?

— Именно то, что ты и сделала. — Рорк подвинулся и поцеловал ее в макушку. — Ты хороший друг.

— Предпочитаю быть стервой: Это проще и эмоционально гораздо больше насыщает.

— Это у тебя тоже отлично получается. Что ж, я вижу, пора мне попытаться еще раз разжечь гриль.

— Ты уже однажды пытался, и ничего не вышло.

— Я с ним разобрался: практиковался потихоньку. Мы поджарим гамбургеры, это проще всего.

Она могла бы ему сказать, что ела гамбургер на ланч, но это было бы грубым приукрашиванием действительности. То, что она ела в «Голубой белке», никак нельзя было назвать гамбургером.

— Я просто хочу поработать, — пожаловалась Ева.

Но ее голосу не хватало убедительности. На самом деле она понимала, что им пойдет на пользу присутствие посторонних людей в доме. Можно будет пошуметь, выпустить пар. Поддержать иллюзию, что у них все в порядке.

— Я просто хочу нормально провести вечер за работой по распутыванию коварных планов ОБР и международных компьютерных террористов. Неужели я прошу слишком многого?

— Конечно, нет, но жизнь часто ломает наши планы. Хочешь, я тебе расскажу, как мы с Финн поработали в Квинсе?

— Черт! О, черт! — Ева вскинула руки и едва не угодила Рорку кулаком по подбородку. — Вот видишь? Эта передряга так выбила меня из колеи, что я даже забыла о своем расследовании! Где Финн?

— Остался в Квинсе. Наблюдает за конфискацией нескольких скульптур. На них наложен арест. Ты попала точно в цель со своей догадкой насчет «жучков».

«Видела бы ты, как ты на меня смотришь, — подумал Рорк. — Как будто пытаешься разглядеть, что творится у меня в голове, прочесть мои мысли, чтобы нам больше не пришлось об этом говорить. Что же нам с этим делать?» — с тоской спросил он себя.

— Мы обнаружили шесть скульптур — три в доме и три снаружи, — начиненных «жучками». — Рорк улыбнулся. Он сам чувствовал, что улыбка не согрела его глаз, но все-таки это была улыбка. — Весьма… оригинальная технология, насколько я могу судить. Любопытно будет распатронить одно из этих устройств на анализ, когда мы выковыряем их из металла.

— «Глаза» или «уши»?

— И то, и другое. По предварительной оценке, связь шла через спутник. Тот, кто смотрел и слушал, знает, что мы их нашли, тут двух мнений быть не может.

— Вот и хорошо. — Ева поднялась на ноги. — Если Биссел шпионил за своей женой для ОБР, они давно уже знают, что мы приняли меры. Между прочим, сегодня у меня была встреча с их заместителем директора.

— В самом деле?

Рорк задал этот вопрос таким тихим и грозным голосом, что у нее мурашки побежали по спине.

— Да. Так вот, если Биссел переметнулся и начал работать на другую сторону — хотя в этом деле я особой разницы между сторонами не вижу, — они скоро запаникуют. Ладно, я сама с этим разберусь, —. сказала Ева, на секунду отбросив притворство. — Это мое дело.

— А я и не спорю. Я не собираюсь тебе указывать, как разбираться с твоим делом, — осторожно ответил Рорк. — А ты можешь сказать то же самое о себе?

— Это не то же самое! Это… — Ева отшатнулась, словно только теперь заметила, что стоит на краю пропасти. — Знаешь, давай это пока отложим. Сосредоточимся на том, что есть.

— С радостью. А что у нас есть?

— Расследование. Нам надо подняться наверх и обменяться информацией.

— Хорошо. — Он коснулся ее лица, потом наклонился и нежно провел губами по ее губам. — Поднимемся наверх, поговорим об убийстве, потом посидим за ужином с друзьями. Тебя это устраивает?

— Да, меня это устраивает. — Сделав над собой усилие, она поцеловала его в ответ. Потом поднялась на ноги, устало разминая одеревеневшие плечи. —» Может, это хоть отвлечет меня от Трины с ее заплечным мешком.

Рорку отчаянно хотелось заставить ее улыбнуться. Он двумя пальцами провел по ее руке.

— Как ты думаешь, каков на вкус будет крем, которым Трина тебя намажет?

— Заткнись. Просто заткнись, и все.

— Вот это, я понимаю, жизнь! — сказал Макнаб, вдыхая полной грудью тропический воздух.

— У нас не жизнь, у нас работа. Расследование.

И никакой жизни не будет, пока мы не выполним задание.

Макнаб склонил голову набок и оглядел ее с ног до головы из-под солнцезащитных очков со стеклами цвета фуксии.

— Вот ты сейчас говоришь прямо как Даллас. Как ни странно, меня это возбуждает.

Пибоди ткнула его локтем в бок, но без особого возмущения.

— Отсюда мы едем прямо в «Волны», расспросим Дизеля Мура о Картере Бисселе. Потом отправимся к Бисселу домой, поговорим с соседями.

— А вот теперь ты начала командовать. — Макнаб легонько шлепнул ее по попке, в настоящий момент прикрытой тонкими летними брючками. — Это мне тоже нравится.

— Ты, конечно, чином старше меня, зато я работаю в отделе убийств. — О, как сладко было это выговорить! — Поэтому командую этой операцией я. И я говорю: сперва сделаем дело, а уж потом… будем жить.

— Я все понял. Но сначала нам надо взять напрокат колеса.

Макнаб обвел взглядом цепочку прокатных скутеров, выстроившихся возле будки кассира рядом с отелем. Своей яркой раскраской, напоминающей цирковой парад-алле, они так и зазывали туристов.

— Я тоже все поняла, — усмехнулась Пибоди.

«Волны» оказались дешевой забегаловкой на одной из самых отдаленных от центра улиц Кингстона. Макнаб и Пибоди дважды сбились с пути — или сделали вид, что сбились, — пока мчались на скутере по узким улочкам, а морской бриз овевал их щеки. В результате ожесточенного спора они договорились, что он сядет за руль по дороге туда, а она — по дороге Обратно. Пибоди обнаружила, что ехать сзади, крепко обхватив талию Макнаба, так же здорово, как и самой сидеть за рулем.

Однако когда они углубились в бедную и куда менее гостеприимную часть города, Пибоди порадовалась, что под легким летним жакетом у нее спрятано оружие. Она засекла три уличные сделки по купле-продаже наркотиков в радиусе двух кварталов. Пара наркоманов ширялась прямо на чьем-то чужом крыльце. А когда со скутером поравнялся яркий спортивный внедорожник и водитель уставился прямо на нее недобрыми темными глазами, Пибоди даже пожалела, что рассталась с полицейской формой. Но она не растерялась, не отвела взгляда и демонстративным жестом положила руку на револьвер. Внедорожник сразу набрал скорость, свернул и скрылся в одном из боковых переулков.