Костюм Адама для Евы - Дарья Донцова

– Да, – коротко ответила Аня. – Вот жуть! Настя всю жизнь боялась воды, она плавать не умела и опасалась утонуть, повторяла: «Никогда дверь в ванную не запираю, у меня предчувствие, что я умру под душем». Я над ней посмеивалась, а Гудкова дулась. И теперь думаю: может, не врут насчет человеческой способности прогнозировать будущее? Настюха-то действительно в родном доме скончалась.

– Но не в ванной. Мне очень надо с тобой поговорить, – не совсем вежливо перебила я Аню. – Срочно!

– Сегодня никак, – с самой правдивой интонацией солгала Анечка. – Мы готовимся к отчетному концерту, я репетирую с хором без перерыва до десяти вечера. Завтра тот же расклад, и так две недели. Извини, Лампушик, очень по тебе соскучилась, но не получится встретиться.

Я вышла из-за большого джипа, встала за спиной Ани и сказала:

– Обернись.

– Зачем? – не поняла она. Но оглянулась, увидела меня и ляпнула: – Блин…

Я сунула сотовый в карман.

– Жизнь вруна с появлением сотового стала легче. Если в вашу трубку не вмонтирован электронный шпион, сообщающий наблюдателю, в какой точке на карте находится владелец номера, то на вопрос «Ты где?» легко можно ответить: «На совещании», а потом продолжить свой бег по магазинам. Извини, если напугала, но нам действительно необходимо обсудить одну проблему.

– Прямо здесь? – прищурилась Аня. – На улице?

– Можем пойти в кафе или сесть в мою машину, – предложила я. – Есть, конечно, вариант отправиться к тебе домой, но, думаю, ты не захочешь, чтобы нашу беседу слышал Андрюша. Давай лучше залезем в мой джип на заднее сиденье. Стекла затонированы, снаружи нас никто не увидит.

Спиридонова демонстративно посмотрела на часы.

– Извини, я очень тороплюсь. Надеюсь, у тебя не случилось ничего ужасного?

– Даже не знаю, что ответить… – протянула я. – Вообще-то у меня полно плохих новостей.

Аня сделала шаг назад.

– Ой, Лампа! Они связаны с твоим здоровьем? Врачи поставили тебе страшный диагноз?

– Нет, нет, – поспешила я успокоить Спиридонову, – меня можно запускать в космос.

Аня улыбнулась.

– Отлично. Тридцатого Андрюша улетает в командировку, его не будет пару недель. Выбирай любой день и прикатывай, без суеты обсудим все новости.

– До отъезда твоего мужа целых двенадцать дней… – протянула я.

– Поэтому я и спросила про твое самочувствие, – уточнила Аня. – Если с ним напряга нет, то прекрасно. Все остальное подождет.

– Говоришь, тридцатого? – повторила я.

Спиридонова широко улыбнулась:

– Да.

Мне стало грустно. Анечка лжет, а я могла бы ей спокойно поверить, но, на беду, знаю правду.

– Думаю, в конце месяца тоже не получится встретиться… потому что ты вот-вот отвалишь в США вместе с супругом, – сказала я, глядя Ане в лицо. – Похоже, надолго.

Спиридонова сделала быстрое глотательное движение, я видела, как у нее дернулась шея. Но растерянность подружки длилась мгновение, она мигом пришла в себя:

– Да, Андрюшка летит в Нью-Йорк на выставку. Мы бы хотели устроиться на службу в штаб-квартиру фирмы, где он работает, но это запредельно трудно. Желающих море, и…

Мне надоел глупый разговор, я вытащила из кармана телефон, нашла нужное сообщение и начала читать его вслух:

– «Виза в США, так называемая рабочая, сроком на пять лет выдана Маслову Андрею Евгеньевичу и его жене. Два билета эконом-класса на самолет куплены четыре месяца назад в один конец…» Немного неразумно с вашей стороны было приобретать проездные документы до получения виз, их могли и не выдать, но риск оправдался. Вы покидаете Москву через трое суток. Спасибо за предложение приехать к тебе, но ты, приглашая меня, употребила неверный глагол – мне бы пришлось не ехать, а лететь.

Аня схватила меня за руку.

– Замолчи! Закрой рот! Про США вранье! Андрей отправляется один! Не смей нести чушь, идиотка!

Я поморщилась.

– Неадекватная реакция. Тебе следовало вести себя иначе, а не демонстрировать откровенный испуг. Аня, мы живем в век электронных билетов и отправки документов через Интернет. Почти все консульства теперь имеют онлайн-сервис, человек, желающий посетить ту или иную страну, заполняет анкету на сайтах визовых служб, экономит время. И хороший компьютерщик легко найдет любой документ. Интернет – это быстро и удобно, но вопреки расхожему мнению совсем не секретно. Мне продолжать или ты перестанешь лгать? Что стыдного в отбытии за океан? Почему ты скрываешь вашу с мужем поездку за рубеж? Коммунистические времена миновали, нынче служба в Нью-Йорке обыденное дело, в США полно россиян. Ты кого-то боишься? Убегаешь?

Аня опять сделала глотательное движение.

– Просто не хочу сглазить удачу. Начнешь трезвонить на всех углах о предстоящей поездке, и она сорвется. Лампуша, пожалуйста, никому не говори, умоляю! Никто, кроме тебя, не додумался бы рыться в документах авиакомпании и визовых служб. Как тебе удалось проделать это? Я думала…

Аня задохнулась. А я сердито сказала:

– Предлагаю сделку: я ни словом не обмолвлюсь о ваших с Андреем планах, а ты ответишь на мои вопросы. Сейчас.

Спиридонова чуть ссутулилась.

– Ладно. Где твой джип?

Мы устроились на заднем сиденье, и я решила не тянуть время зря:

– Как давно ты знаешь Настю?

– Гудкову? – уточнила Аня.

Я разозлилась.

– В нашей компании одна Анастасия.

– А у меня несколько знакомых с таким именем, – заявила Спиридонова. – На работе есть Настюха Найденова, потом…

Я хотела было сказать, что понятия не имею о том, с кем работает Аня, но вдруг сообразила: Спиридонова просто избегает откровенного разговора – и перебила ее:

– Ладно. Мы попробовали побеседовать по душам, но ничего не вышло. До свиданья.

– Эй, что ты собралась делать? – испугалась Аня.

– Найти убийцу Насти, – ответила я.

– Это же несчастный случай, – слишком быстро сказала Спиридонова.

– Нет, Аня, Настюшу лишил жизни человек, владеющий приемами борьбы лук-до, – четко произнесла я. – Может, слышала о таком боевом искусстве?

Спиридонова вжалась в спинку сиденья.

– Нет. Откуда бы? Я ничего не смыслю в драках. Ты ошибаешься! Мамаева мне звонила и сказала, что Гудкова, упав, расшиблась насмерть.

– Верно, – согласилась я. – Но почему она упала? Знаешь, кто мне подсказал, где искать правду? Федор Барбосов, лучший друг покойного Мити.

– Федя? – на этот раз совершенно искренне поразилась Аня. – Он-то тут при чем? Барбосов давно со мной не общается.