Горькая дольче вита - Мария Брикер

Да, она виновата в гибели Егора и никогда себе этого не простит, но он погиб случайно, вина ее лишь косвенная. Заказ она не выполнила, отказалась от убийства, и здесь ее совесть чиста. Она ныряла бы до посинения и вытащила бы его, спасла, если бы Егор не вынырнул сам. Настя это знала наверняка. Заказчик об этом не знает. Он думает, что Настя выполнила заказ, и радуется, что у него все получилось. Падаль такая!

Интуиция подсказывала, что заказчик не успокоится не достигнутом. Теперь самой Насте угрожает смертельная опасность, но вычислить Иуду хотелось не поэтому. Желание ее было по-женски импульсивным: найти сволочь и плюнуть в рожу. Ради памяти Егора найти. И расцарапать подлую рожу в кровь. А потом сдать негодяя друзьям со всеми потрохами, раскрыть им глаза на мразь, которая затесалась в их круг и втайне вынашивала кровавые планы. Дальше пусть сами разбираются, как поступить.

Кто же? Кто? Кто? Настя пыталась размышлять, но получалось плохо. Эмоции заслоняли все вокруг. Одно было очевидно: у заказчика при себе два телефона, одним он пользуется постоянно, другим – для отправки эсэмэс. Это в Москве телефон, зарегистрированный на чужое имя, можно купить без проблем, на Кипре – вряд ли. Значит, заказчик привез телефон с собой из Москвы. Конечно, есть большая вероятность, что он уже избавился от аппарата, но интуиция подсказывала, что он еще раз воспользуется им.

Неожиданно в голову пришла сумасшедшая мысль. Последнее эсэмэс она не удалила, номер остался в памяти телефона. Она взяла сотовый Ханны, набрала номер заказчика, положила телефон на кровать и вышла в гостиную.

У Коноплянова звонил телефон. Александр полез в карман, достал мобильник и выругался, сунув его обратно в джинсы – звонил совсем другой аппарат. Коноплянов состроил недовольную мину и полез в карман рубашки. От ненависти у Насти потемнело в глазах, и она ринулась к дяде Саше.

– Сволочь! Я тебя ненавижу! – закричала Настя ему в лицо. Александр, который уже достал сотовый, попятился, ошарашенно глядя на Настю. Она налетела на Коноплянова и принялась бить его кулаками.

– Одурела! Сбрендила! – орал Александр. – Уберите от меня эту психическую!

Натали с Карамзиным бросились на помощь и пытались оттащить Настю. Она вырывалась и снова налетала на рыжего гада, пытаясь вырвать у него мобильник. Сотовый выпал из его руки и завертелся на полу юлой.

Настя нагнулась и схватила аппарат.

– Вот! – показала она всем. – Вот он!

Друзья Егора ошарашенно пялились на телефон и явно ничего не понимали. Мобильник продолжал трезвонить. Настя взглянула на дисплей и округлила глаза. На экране высвечивался знакомый с детства номер и симпатичное лицо ее подруги Маринки. Она держала в руках свой собственный телефон, который Коноплянов отобрал у нее перед поездкой!

– Чума болотная! Я сам собирался тебе телефон вернуть! Устроила, понимаешь, битву. Накинулась из-за какого-то говенного мобильника, с которым в приличном обществе стыдно показываться, – обиженно сказал Александр, потирая щеку, на которой остались отметины от Настиных когтей. Волосы у него торчали в разные стороны, и выглядел он страшно нелепо. – Я твой мобильник с собой на Кипр взял на случай, если вдруг кто-нибудь из близких вздумает тебя разыскивать. Может, ответишь? Успокоишь, что с тобой все в порядке. А то твоя Марина задолбала уже звонить. Третий раз мне нервы портит.

Настя кивнула и скрылась в спальне. Ее душили смех и слезы. На кровати лежал телефон Ханны и вибрировал. Она поднесла его к уху и услышала знакомое: «Абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети». Отключив айфон Ханны, Настя поднесла к уху свой старенький мобильник.

– Мармеладовна! – заорала Маринка в трубку. – Наконец-то! Я думала, ты никогда меня не простишь. Весь маникюр себе испортила, пока пыталась до тебя дозвониться. Уже собиралась брать тачку и ехать к тебе на квартиру через весь город, выковыривать тебя из депрессии. Слушай, Мармеладовна, я так тебя люблю! Ты прости меня, а? Что-то не то я ляпнула, по-моему.

– Я тоже тебя люблю, Марин, – улыбнулась Настя. – Ты меня тоже прости. По-моему, это я ляпнула что-то не то.

– Вот и помирились! – обрадовалась подруга. – Как ты?

– Не волнуйся, со мной уже все хорошо. Никакой депрессии, – смахнув слезинки с ресниц, сказала Настя. – Я тебе на днях позвоню, ладно? Забуримся в какой-нибудь гламурный ресторанчик и оторвемся по полной программе.

– Так чего ждать, можно прямо сегодня! Я угощаю. Заодно отметим наше примирение. Я так по тебе соскучилась, Настена!

– Сегодня я не могу. Я не дома.

– Мармеладовна, ты меня пугаешь! Как не дома? А где ты в таком случае?

– В свадебном путешествии, – сказала Настя. В трубке повисло молчание.

– Где ты? – ошарашенно переспросила Маринка после долгой паузы. – Ты что, со своим говном помирилась? Или у тебя бред?

– Нет, с Алешей я не помирилась. Я встретила другого замечательного человека, которого полюбила. Это долгая история, Марин. Вернусь через пару дней и все тебе расскажу. А сейчас мне пора. Целую.

Маринка еще что-то голосила в трубку, но Настя нажала отбой и отключила телефон. Зачем она это сказала, Настя сама не понимала. Почему-то захотелось ответить именно так. Ей страшно надоело лгать! Она в свадебном путешествии. Она встретила другого замечательного человека. Это была правда.

В спальню заглянула Натали. Свернулась на кровати калачиком рядом с ней, погладила Настю по волосам. Настя с трудом удержалась, чтобы не сбросить ее руку. Натали меньше всего подпадала под подозрение, но во всех детективах, которые она читала, преступником оказывался как раз тот человек, который был вне подозрений.

– Я знала, что это случится, – тихо сказала Натали, глядя на Настю печальными глазами.

– Что Егор умрет?

– Господи, что ты мелешь! – выругалась Натали. – Знала, что ты в него влюбишься. Предупреждала тебя, а ты не послушалась, дура.

– Сама дура! Думаешь, я не догадалась, что ты Егора любишь? – вздохнула Настя.

– Люблю, – не стала спорить Натали. – Как друга. Егор мне даже больше, чем друг. Он мне как брат. Ближе его у меня никого нет и не будет.

– Значит, твой полный фаталь не он?

– Конечно, нет! – искренне удивилась Натали. – Стала бы я ему невест снаряжать, если бы любила. Ты слишком хорошо обо мне думаешь, Настя! Да я бы тебе сразу глаза выцарапала или еще какую-нибудь подлянку сделала. С самого начала ведь было понятно, что вы вылеплены друг для друга и между вами что-то случится. Честно скажу, Ханна мне не нравилась. Чужая она, а ты – своя.

– Спасибо за доверие. Только Егор ушел к ней, а меня оставил!.

– Еще ничего не известно, Настя! Тело не найдено, значит, есть надежда. Давай подождем до утра. Если не объявится… Не знаю, что делать, Настя. Я не знаю, что делать! Как я матери его скажу? Алла Григорьевна с трудом смерть мужа пережила. Смерть сына ее убьет, – Натали уткнулась подушку и зарыдала. – Я попросить хочу. Понимаю, ты устала и в таком состоянии находишься, что тебе все равно. Но ты уж доведи дело до конца. Ради Егора. Если Алла Григорьевна узнает, что ты ненастоящая, то представь, какой у нее удар случится.