Черное зеркало - Наталья Александрова

Надежда с Евгением вошли следом и поспешили через темный холл под суровыми взглядами египетских изваяний.

Впереди были слышны шаги Дивы.

Надежда спешила, но расстояние между ними не убавлялось, а в какой-то момент шаги вообще затихли.

– Мы ее потеряли! – проговорила Надежда сокрушенно. – Как теперь ее найти? Пока мы обойдем весь особняк, может быть уже поздно!

Положение усугублялось тем, что особняк снова начал вытворять свои фокусы – он неуловимо изменился, коридоры меняли направление, там, где прежде были глухие стены, появлялись двери, а прежние двери исчезали.

Вдруг впереди послышались легкие шаги. Надежда пригляделась и увидела детскую фигурку, семенящую в конце коридора.

– Девочка, ты что здесь делаешь? – удивленно проговорила Надежда. – Где твои родители?

Но девочка вместо ответа приложила палец к губам, а потом показала на дверь слева. После этого маленькая фигурка стала таять и вскоре бесследно исчезла.

– С кем это ты разговаривала? – настороженно спросил Евгений.

– А ты ее не видел?

– Кого?

– Ладно, проехали. Пойдем вон туда! – и Надежда открыла дверь, на которую ей указала призрачная девочка.

– Почему именно туда?

– Потому что… да вон, видишь? Вот же она!

Действительно, в конце коридора, где они оказались, мелькнула Дива и тут же скрылась за очередной дверью.

– И правда она! – обрадовался Евгений и бросился вслед за девушкой.

– Стой! – крикнула ему Надежда, прибавляя шагу.

– Почему? – спросил Евгений, который уже взялся за ручку двери.

– Тебе туда нельзя. Слишком опасно. – Надежда отодвинула его в сторону и приоткрыла дверь.

– Мне, значит, опасно, а тебе – нет?

– Мне тоже опасно, но все же… – с этими словами Надежда надела темные очки и вошла в комнату.

Как только она надела очки, мир вокруг нее удивительным образом преобразился. Стены начали колебаться и таять, как будто были сотканы из речного тумана, вокруг Надежды возникали и тут же исчезали какие-то призрачные фигуры, со всех сторон доносились приглушенные голоса, говорящие на незнакомых языках.

И тут же раздался нежный хрустальный звон.

На стене против двери висело зеркало, которое тоже колебалось и дрожало, как воздух в летний день. А в этом зеркале мерцало лицо худого длинноволосого мужчины с обвислыми усами и глубоко посаженными глазами, пылающими темным пламенем.

Прямо перед ним как завороженная стояла Дива в Надеждиных темных очках.

Человек в зеркале (если, конечно, это был человек) смотрел на Диву и тихим, пленяющим голосом говорил:

– Иди ко мне! Иди! Я подарю тебе прекрасную, бесконечную жизнь, полную темных, небывалых радостей! Ты будешь наблюдать за тем, как люди вокруг стареют и умирают, а сама останешься молодой и прекрасной…

Дива сделала шаг вперед, еще один…

Вдруг существо в зеркале преобразилось – плоть его в одно мгновение истлела, теперь это был пожелтевший от времени скелет, только страшные глаза по-прежнему пылали в глазницах.

Дива попятилась, но тело не слушалось ее, оно словно налилось свинцом.

Создание в зеркале потянулось ей навстречу, одна костлявая рука высунулась из зеркала, попыталась схватить девушку за воротник… и втащить туда, в зеркало.

Надежда не поверила своим глазам. Что это – глюки? Но нет, Дива вяло перебирала ногами, а длинная рука все тащила и тащила ее.

Тут Надежда сообразила, что если она промедлит еще хоть полсекунды, то будет поздно. Отчего-то она точно знала: нельзя, чтобы в зеркало попал хоть палец, хоть прядь волос. Она метнулась вперед, схватила Диву за плечо и потянула прочь из комнаты…

Существо в зеркале зарычало, зашарило перед собой костлявыми руками, проскрипело мертвым и страшным голосом:

– Кто здесь? Кто пытается отнять у меня добычу?

Пылающие глаза искали Надежду, но, вероятно, очки сделали ее невидимой.

Из зеркала подул странный холодный ветер, он растрепал Надеждины волосы и свалил ее с ног. Но она не выпустила Диву и, продолжая тащить ее к двери, крикнула Евгению:

– Тяни! У меня сил не хватит, только глаза закрой!

Очевидно, в ее голосе было что-то такое, отчего Евгений не стал спорить и потянул Надежду за ноги. Таким манером они наконец выползли в коридор, и Надежда захлопнула за собой дверь, взглянув напоследок в зеркало.

Костлявые руки убрались, и скелет потихоньку превращался в прежнего мужчину с усами. Потом и он исчез, и зеркало стало черным и непроницаемым.

– Уф! – Надежда перевела дух и сняла очки.

Дива обмякла на полу, глаза ее были закрыты.

Надежда повернулась к Евгению:

– Ну-ка, как ты меня привел в чувство?

Тот опустился на колени и хлопнул Диву по щеке, потом по другой, потом еще раз по первой.

Девушка открыла глаза и поморщилась:

– Больно же!

Евгений рывком усадил ее, прислонив к стене. Дива потрясла головой, уставилась на него, а потом перевела взгляд на Надежду. В глазах у нее мелькнуло узнавание.

– Где-то я вас видела… ага, здесь, на экскурсии.

– Молодец, память тебе не отшибло, это хорошо…

Надежда вовсе не собиралась жалеть эту отвязную девку и говорить с ней ласково. Дива же уставилась на закрытую дверь и, очевидно, все вспомнила, потому что растерянно спросила:

– Что это было?

– Что было? Тебя чуть не утащили на тот свет… или в ад… или уж не знаю куда, – сварливо заметила Надежда.

– Не может быть! – Дива вздрогнула, видно, сильны были воспоминания. – Но мессир сказал, что у меня есть защита… что для меня это безопасно…

– Нашла кому верить, мессиру своему! – хмыкнула Надежда. Она вовсе не собиралась признаваться, что подменила очки.

Девица вполне очухалась и могла накостылять за то, что ей всю малину испортили.

– Ты хоть соображаешь, что мы тебя спасли? – очень вовремя вступил в разговор Евгений.

– Он прав, – согласилась Надежда, – хоть бы поблагодарила.

– Я в жизни не стал бы этого делать! – Евгений набирал обороты. – Если бы не твоя тетя. Такая симпатичная женщина, тебя любит, Диночка то, Диночка се, милая такая девочка…

– А вы откуда тетю Лиду знаете? – встрепенулась девица.

– Да уж познакомился… и очень она мне понравилась.

– Это вы зря, – усмехнулась Дива, – зря к ней клинья бьете. У тети Лиды намечаются серьезные отношения. И мужчина такой солидный, обеспеченный… – Тут она с явным презрением посмотрела на потертую одежду и запыленные ботинки Евгения.