Обмани меня нежно - Наталья Андреева

– И все-таки зачем они вчера «познакомились»? – спросил кто-то.

– Что дала прослушка?

– А ничего. Он ей не звонил, она ему тоже.

– Что делает он?

– Голицын на работе. В музее, – поправился докладчик после того, как Громов скептически хмыкнул.

– О проверке знает?

– Слух распространился мгновенно.

– А она что делает?

– Ходит по магазинам. Похоже, к свиданию готовится.

– К свиданию?

– Ну да. Они же вчера «познакомились». Значит, вечером он ее будет гулять. Так положено.

– Это какой-то трюк, – пробормотал Громов. – Похоже, Голицын с Семеновой – люди очень умные и хитрые.

– Хитрее не бывает.

– Они собираются провернуть какую-то аферу. Но какую?

– Я думаю, мы это скоро узнаем.

– Он думает! – сорвался вдруг Громов. – Надо думать о том, как их переиграть! Что они хотят доказать этим «знакомством»? В какую игру играют? Что это вообще за фигня?

Ответом ему было молчание. Настроение улучшилось, когда вечером он встретился с Виолеттой. Та его похвалила:

– Неплохо выглядишь.

– Садись в машину.

Она впорхнула в салон, где сразу повеяло экзотическими духами, и стала говорить ему, куда ехать.

– Я знаю, – сурово сказал он.

– Откуда?

– Девочка, я все-таки в ФСБ работаю, – снисходительно молвил Громов.

Ему нравилось обращаться с ней снисходительно, как с наивной дурочкой, ведь он был профи, суровый мужчина. Он даже забыл о своих румяных щеках и девически длинных ресницах. Виолетта притихла, а он тут же стал ей выговаривать за провал утренней операции.

– Но я сделала все так, как ты мне говорил, – начала оправдываться Виолетта.

– А где чувства?

– Я влепила ему пощечину!

– Слабо. Надо было на словах добавить: козел, сволочь. Крепкое словцо пристегнуть.

– Фи!

– Только не прикидывайся. Все ты умеешь.

– Я не хочу на него кричать. Он такой сексуальный.

– Что?! – взревел Валерий. – Да он преступник! Вор!

– Подумаешь, брюлики у кого-то спер!

– Он картины ворует у государства!!! – брызгая слюной, закричал Громов.

– У кого, у кого? – насмешливо спросила Виолетта. – Мне это государство монопенисно.

– Чего-о?

– Модное слово, – похвасталась она. – По телеку слышала. То же самое, что однофигственно.

– Вот и сказала бы ему это свое... про пенис.

– Про него он и так все знает.

– Ты каким местом думаешь? – взорвался он.

– Слушай, что ты ко мне привязался?

– Голицын тебя бросил. Променял на другую. Они сейчас в ресторане сидят, любовь крутят.

– Она красивая? – с ревностью спросила Виолетта.

– Ей хорошо за тридцать. У нее девятилетняя дочь. Что же касается внешности, можно сказать ничего. Симпатичная.

– Старуха, – презрительно сказала Виолетта.

– Тем не менее он тебя променял на эту старуху.

– Дурак!

– Ты должна ему отомстить.

– Ну, хорошо. Помогу тебе еще раз, – сдалась она. – Кстати, мы скоро приедем.

Родители Виолетты произвели на него приятное впечатление. Даже очень приятное. Он не отказался бы иметь такую семью. Было только одно препятствие: подлец Голицын, который и тут успел. Вскружил бедной девушке голову. Виолетта до сих пор словно под гипнозом. Ничего, скоро Голицын сядет, и надолго, а Виолетта будет его.

– А где вы работаете? – вполне невинно спросила ее мать.

– Э-э-э...

– Валя занимается бизнесом, – пропела Виолетта.

– И что за бизнес? – деловито осведомился отец.

– Э-э-э...

– Ну, па! Что за вопросы? Каким сейчас можно заниматься бизнесом? Строительным!

«Почему строительным? – кисло подумал Громов. – Что вообще плохого в том, что я госслужащий?»

– Понимаете, я очень волнуюсь за мою девочку, – взяла его под локоток мать и отвела в сторонку. – Она так тяжело переживает разрыв с Женей. Вы знаете о нем?

– Да, – кивнул он.

– Так вот: с Женей было все серьезно. Ей скоро двадцать четыре... – ее мать сбилась. – Мы уже готовились к свадьбе.

– Я тоже отношусь к ней серьезно, – он судорожно сглотнул.

– Это замечательно! – обрадовалась та. – Вы только не подумайте, что я на вас давлю.

– Нет, что вы!

«Какой приятный молодой человек», – сделали выводы родители Виолетты. Валя понравился им со всех сторон. Вежливый, тактичный, а главное – обеспеченный. Занимается строительным бизнесом, ездит на хорошей машине, носит дорогой костюм и галстук на нем очень даже ничего. К их девочке относится со всей серьезностью.

– На этот раз веди себя благоразумно, – предупредила Виолетту мать.

Та промолчала. Ей было смешно: надо же! Поверили в этот цирк! Зато на время отвяжутся. На самом деле если Виолетте и хотелось за кого-то замуж, то это за Жору, несмотря на то, что он оказался вором. С Жорой ей было хорошо, а вот Валя ее напрягал. Он выглядел слишком серьезным и совсем несексуальным.

Громова оставляли ночевать, и он было согласился, но в этот момент его мобильник зазвонил. Виолетта видела, как изменилось его лицо, в этот момент Валя ей даже понравился.

– Что?! – заорал он в трубку. – Да как вы могли?!

Валя тут же отошел на безопасное расстояние, чтобы она не могла подслушать секретный разговор, но по его лицу Виолетта поняла, что он кого-то отчитывает.

– Как так, ушли?! Они могут быть либо в отеле, в ее номере, либо у него на квартире! Там домработница полдня наводила блеск! Как так нет?! Хорошо, – сказал он уже гораздо спокойнее. – Как они себя вели? Сговаривались? Что? Флиртовали? Неужели ни одного прокола? Ни словом не дали понять, что затевают? Вот стервецы! Где ее вещи? Ах, в отеле... Номер на сколько дней забронирован? Да, это ничего не значит. Сколько раз она нас так кидала. Телефоны? Оба отключены? И его и ее? А запеленговать? Не получается? Черт бы побрал эти старые дома с их толстыми стенами! Что же они задумали? Хорошо, ищите. Я на месте.

Он дал отбой. Голицын с Семеновой ушли в отрыв. Отключили мобильники и где-то засели. Сбежать они не могут. У Голицына престарелые родители, к которым он относится с трепетом, у нее вообще большая семья. Ну, как так можно? Рисковать, не опасаясь за близких людей. Ведь всякое может случиться. «Какие жестокие люди», – обиделся на своих подопечных Громов.