Репортаж об убийстве - Вэл Макдермид

– Матчи по хоккею и лакроссу. – ответила Корделия. – А те, кто в них не участвуют, видимо, занимаются своими любимыми делами – печатают фотографии, выпиливают полочки, учатся ориентироваться с компасом на местности.

– А вокруг школы много людей болтается? – полюбопытствовала Линдсей.

– Вообще-то никого не должно быть, но обычно все-таки один-два человека попадаются. Пожалуй, тише всего тут бывает около половины одиннадцатого. К этому времени все уже при деле. Только не забудь, что Крис почти наверняка будет судьей в каком-нибудь матче. – заметила Корделия. – Так что лучше всего пойти в столовую и постараться поймать ее во время завтрака. Будем надеяться, что она сможет найти замену.

Линдсей поддержала эту идею и пошла в душ. Пока она мылась, Корделия решила кое-что записать в свой блокнот. Когда Линдсей вернулась в комнату, Корделия размышляла вслух:

– Вот что, мне кажется, ты погорячилась с Джеймсом Картрайтом. Да, кое-что его оправдывает, но, по-моему, рано сбрасывать его со счетов. Не забывай, что до семи его в «Вулпэке» не было. Пока все были на обеде, он мог спокойно все подготовить. Точно так же, впрочем, как и отец Кэролайн. Времени у обоих было предостаточно. Так что я считаю, что Картрайта ни в коем случае нельзя исключать, хоть и у Баррингтона рыльце может быть в пушку. – Корделия протянула подруге свои заметки. – Вот, взгляни-ка. Я все записала. В шесть часов он возвращается в школу. Потом забирает на стройке опоры и крепления для строительных лесов – не забывай, что уж он-то знал, где их взять, в отличие от Баррингтона. Затем Картрайт взбирается на крышу кухонного блока, сооружает нечто вроде лесов и карабкается к окну музыкального класса. Джеймс Картрайт точно знал, как и куда пробраться, ведь он много лет проводил ремонт школьных построек. И если кто-то знал, как открыть оконную раму снаружи, так это именно он. Между прочим, вспомни, какой он громила и какие у него ручищи. К тому же он сам менял стекла в музыкальном отделении. Так что знал, как поднять крючок, не произведя при этом ни малейшего шума.

– Итак, он прикрепляет свое сооружение к ограждению крыши, – продолжала писательница. – Потом пробирается в музыкальное отделение и готовится к своему черному делу. Не знаю, почему он взял поясок с пряжкой из Лонгнора – вполне возможно, что он припарковал машину около этого корпуса и лишь на обратном пути понял, что ему понадобится чем-то обернуть струну, чтобы не поранить себе руки. Как бы там ни было, он поехал в «Вулпэк» и, быстренько там выпив, стремглав бросился обратно в школу. Потом он поднимается на кухонную крышу, по сооруженным им же лесам взбирается к окну, откидывает крючок, перебирается через подоконник – и он внутри! Даже если Лорна Смит-Купер и услышала, как он пробирается в класс, и между ними завязалась борьба, Картрайту ничего не стоило одолеть ее, ведь он такой сильный. А потом он вылез наружу и разобрал сооружение. А унести стойки Картрайт мог вообще в любое время. – добавила она. – Ну, что скажешь на все это?

Линдсей криво усмехнулась, взглянув на Корделию, и разожгла сигарету.

– Послушай-ка, солнышко, – заговорила журналистка, пытаясь придать своему голосу этакие игривые нотки. – Считается, что здешним Шерлоком Холмсом должна стать я. А ты должна быть бессловесным доктором Ватсоном, который стоит в сторонке и лишь восхищенно наблюдает за тем, как его гениальный друг разрабатывает свои экстравагантные, но неопровержимые версии. Твоя роль состоит в том, чтобы обеспечивать восхищенную публику мне и моим серым клеточкам, а вовсе не в том, чтобы красть у меня аплодисменты… И тем не менее… ты абсолютно права. Я слишком поторопилась вычеркнуть Картрайта из списка. – Она улыбнулась. – Хорошо, что хоть одна из нас предельно внимательна.

Корделия отвесила Линдсей Гордон насмешливый поклон:

– Твой покорный слуга признает, что позволил себе непозволительную дерзость. Но дозволь мне высказывать хотя бы одну стоящую идею. Ну что, довольна? – Она посмотрела на нее с неожиданной суровостью. – Мне все равно, что, по-твоему, ты должна доказывать восхищенной публике, Линдсей. Только не пытайся доказывать это за мой счет. Ей-богу, это ведь совсем не обязательно.

Линдсей залилась краской.

– Я же пошутила. – попыталась защищаться она.

Корделия подмигнула ей.

– Значит, надо умнее шутить, – добродушно проворчала она.

Они направились в столовую и, к обоюдной радости, обнаружили там Крис Джексон. Учительница физкультуры в гордом одиночестве лениво жевала тост с беконом. Взяв у раздаточного стола яйца с булочками, женщины подсели за ее столик.

Оторвавшись на миг от своей газеты, она рассеянно им кивнула. Однако через мгновение, видимо, сообразила, кто сидит за ее столиком, – она резко опустила газету и вопрошающе посмотрела на подруг.

– Ну, как дела. – нетерпеливо спросила она. – Признаться, я думала, что вы уехали. Вот, думаю, бросили нашу старую добрую Пэдди на произвол судьбы.

– Как бы не так. – отозвалась Линдсей. – Мы денно и нощно копошились тут во всем этом дерьме, как жирные помойные мухи. Я не успокоюсь, пока не засажу за решетку кого-нибудь вместо Пэдди Кэллеген.

– И у вас уже есть на примете чья-то кандидатура? – поинтересовалась Крис. Она пыталась говорить беспечным тоном, но ей это не очень хорошо удавалось.

– Скажем так: мы рассмотрели некоторые факты, что дало нам возможность сузить круг поисков. Я, пожалуй, даже рискну сказать, что скоро мы сумеем доказать, что Пэдди Кэллеген не могла убить Лорну Смит-Купер. Но нам требуется ваша помощь. Мы хотим, чтобы вы помогли нам провести один эксперимент, – объяснила Линдсей.

Крис задумалась.

– Ну, если я не стою первой в вашем списке подозреваемых, то сделаю все, чтобы помочь вам, – явно нервничая, наконец ответила она.

Линдсей широко улыбнулась, а Корделия быстро сказала:

– Нет, Крис, вы, конечно, вне всяких подозрений. Мы вспомнили о вас потому, что, кроме вас, нам никто здесь не сможет помочь. Вы заняты сегодня утром?

– Вообще-то я должна быть судьей на матче «Первых одиннадцати» против «Графтон-Мэнора». И едва ли кто сможет меня заменить.

– Да уж, это серьезная проблема. – с сожалением кивнула Корделия. – Я так и думала, что у вас могут быть неотложные дела.

– Да нет никакой проблемы. – вдруг воскликнула Линдсей. – Я знаю, кто нам поможет. Есть одна особа, которая каждый день носится как угорелая. Вследствие чего находится в отличной спортивной форме и к тому же знает правила игры. Не так ли, Корделия?

Писательница от удивления разинула рот, потеряв дар речи.

– Я понимаю, что тебе обидно пропускать наш эксперимент, но ты же сама сказала, что сегодняшнее утр. – самое подходящее время. Не волнуйся, я когда-то немного занималась альпинизмом, а Крис – гимнастка. Мы наверняка справимся и вдвоем. Так что если ты согласна ее подменить, мы быстренько все организуем. Кстати, ты сегодня пропустила свою утреннюю пробежку, вот и наверстаешь.