За гранью тьмы - Михаил Викторович Гречанников

– Навряд ли они забудут о Моряке-Рыболове после того, что сделал Виктор, – возразил я.

– Да, но тебе же сказали – их здесь будет меньше. Если не нарываться и не глупить, обойти оставшихся можно. Мы знаем этот город как свои пять пальцев. У нас есть свои тайные ходы и убежища, которые они не смогут найти.

– Как здесь?

– В том числе.

Я подумал с минуту. Голова работала всё хуже, на меня вдруг стала наваливаться усталость.

– Хорошо. Наверное, мы что-то сможем сделать. Может, у нас что-то и получится. Но мне сперва надо отдохнуть.

– У нас нет времени… – начал было Антон раздражённым тоном, но его перебил мыслеобраз, который мы, видимо, услышали оба:

«Да, надо отдохнуть. Поспать, поесть, набраться сил».

Я вдруг понял, что уже давно ничего не ел. И не отдыхал нормально.

Антон нехотя кивнул и сказал:

– Ты сможешь отдохнуть в домике наверху.

– А еда там есть какая-нибудь?

– Нет. Но я принесу.

– Хорошо. – Я оглянулся на пришельца. – Так что, это весь наш план? Я сплю, ем, набираюсь сил, а ты пока отвлекаешь военных, так? Потом мы идём к Егору и просим его помочь нам с кораблём и, если повезёт, отправляемся на корабль? Выходим в море, там я надеваю водолазный костюм и приближаюсь к искателю настолько, насколько это возможно, чтобы ты… Что-то там сделал с ним через меня. Я правильно понял?

«Да».

– А что дальше?

«Дальше я помогу тебе вернуть свою жизнь».

– Это ещё возможно?

«Да».

Путь до лестницы был нетрудным, а вот с подъёмом вышло хуже. Тело, вспомнив об усталости, теперь отказывалось слушаться. Адреналин, поддерживавший во мне бодрость во время опасности, схлынул, и мне захотелось спать, а каждый шаг давался с трудом. Мы поднимались медленно, а воспоминание о том, как высока эта чёртова лестница, только усугубляло ситуацию. В какой-то момент я просто сел на ступеньки и отказался идти дальше.

– Посплю здесь, – пробормотал я и тут же уснул, прислонившись головой к колонне.

Антон растормошил меня и заставил встать.

– Осталось уже недалеко. Мы почти пришли.

– Зачем ты мне врёшь? – поморщился я. – Я же помню, как долго мы спускались.

Но я заставил себя подняться, и мы снова шли. И шли, и шли. Ноги устали, начали болеть, сердце колотилось, а из-за одышки я не мог идти, и в такие моменты я снова садился и сидел до тех пор, пока не находил в себе силы продолжать. Не помню, сколько раз я останавливался, прежде чем мы вышли. Я даже не сразу заметил, что пустота слева сменилась толщей камня, образующей стену. А в какой-то момент я в очередной раз поднял взгляд и не увидел больше ступенек. Мой уставший, измученный разум даже не понял сначала, что происходит, и я встал, как вкопанный.

– Чего остановился? – раздражённо спросил Антон. – Пришли уже, поднимайся.

Перешагнув последнюю ступеньку, я подумал, что ненависть к лестницам будет преследовать меня весь остаток жизни. Пройдя пару шагов, я опустился на колени, а потом упал на бок и закрыл глаза, моментально провалившись в сон. Как уходил Антон, я не слышал.

Когда я проснулся, рядом никого не было. Как ни странно, подо мной лежал старый матрац наподобие того, который был в подвале Виктора. Приподнявшись, я всмотрелся в темноту.

– Антон? – позвал я.

Никто не ответил. Решив, что он ещё не вернулся, я снова лёг. И прежде, чем начать тревожиться из-за своего одинокого присутствия в тёмном доме, где даже окон не было, я уснул.

Второй раз разбудил меня уже хлопок двери и белый свет. Я зажмурился, отворачиваясь, и застонал от боли – тело ныло от долгого лежания на твёрдой поверхности. Как и в подвале Виктора, матрац не особо смягчал пол.

– Я привёз еду, – услышал я голос Антона. – Вставай, поешь. А потом нам нужно возвращаться в город.

С кряхтением я сел и поморщился от головной боли.

«Всё бы отдал за обычное похмельное утро у себя дома, – подумал я. – Но приходится раз за разом просыпаться в этом кошмаре».

Глаза резал свет белый свет электрического фонаря. Этот фонарь был туристическим: цилиндрический корпус и ручка сверху. Я такой покупал, когда ездили с друзьями за город с палатками.

Антон поставил фонарь на пол, снял с плеча рюкзак, достал и протянул мне термос. Я открыл его и налил в крышку-стакан горячий чёрный кофе. После пары глотков мне стало чуть легче, кажется, даже головная боль отпустила. Потом Антон дал мне две банки консервов, вилку и ломтики хлеба в пакете. Консервы оказались рыбными, из тунца, и, как я догадывался, производились где-то неподалёку. Банки открывались кольцом без помощи открывашки, так что я быстро приступил к еде.

– Хорошо хоть у меня нет аллергии на рыбу, – улыбнулся я Антону.

– Да, чё-т я не подумал спросить, – задумчиво ответил он.

– Всё нормально, – заверил его я с набитым ртом. – Спасибо. Местное производство?

– А? – рассеянно переспросил Антон, потом увидел, что я показываю ему банку, и кивнул:

– Да, точно.

– В жизни ничего вкуснее не ел. Или я устал, как собака, и готов сожрать что угодно. – Я откашлялся и глотнул кофе. – Ну и… Каков наш план?

– Как доешь, пойдём в город. Пойдём пешком, потому что машину сразу засекут.

– А разве город близко?

– Далеко. На дорогу уйдёт весь день, но выбора у нас нет.

– Погоди-ка, – догадался я. – Ты что же это, пешком в город мотался, туда и обратно?

– Ага. А что было делать? Но ничего не случилось, как видишь. Да и мне не впервой.

– Сколько идти-то будем?

– К вечеру притопаем. Надеюсь.

– А сейчас сколько времени?

Я вытащил из кармана джинсов телефон, но он не работал. Логично, учитывая, сколько он пробыл без зарядки.

– Сейчас десять, – сказал Антон. – Десять утра.

– Только, это… Я по лесам не то, чтобы часто хожу…

– Да я догадался. – В его голосе мне послышалось лёгкое превосходство. – Ничего, я бегом бежать не буду, дойдём спокойно.

– Ну хорошо, а дальше? – спросил я. – Вот придём мы в город, что будем делать дальше?

– Нам ведь нужно на корабль, – напомнил Антон. – Но сначала нужно повидать с твоим знакомым, чтобы он нам помог.

– На это, кстати, гарантий никаких нет, – хмуро отметил я, доскребая рыбу из первой банки. – А как там с военными?

– Большая их часть ушла, но в городе остались патрули. Солдаты ходят парами по улицам. Думаю, их можно обойти. Кстати, я