Беги, если успеешь - Алексей Макеев

Они разом прекратили спор и прислушались. На корабле перетаскивали ящики, рассовывали их по укромным местам. Но в этот хаотический шум вдруг вторгся еще один новый звук – равномерный шум мотора.

– Ну вот и все, – заключил Крячко. – Это второй катер. Осталось поднять несколько ящиков и сбросить их в трюм. У нас с вами не больше пятнадцати минут.

Он немного ошибся. Все произошло даже быстрее, чем он рассчитывал. Уже через десять минут загрохотала якорная цепь, а в недрах судна вздрогнули запущенные механиком машины.

– По местам! – скомандовал Гуров, снова занимая позицию на трапе.

Крячко сделал зверское лицо и передернул затвор автомата. Потом он повернулся к Вазалевскому и сочувственно сказал:

– Ну а вы что как неродной? Возьмите трещотку – по крайней мере, погибнете как мужчина. Про вас песни будут слагать!

– Вам все шутки, полковник, – пожаловался Вазалевский, – а у меня скоро случится сердечный приступ. Мне нельзя так долго на жаре и без воды – у меня сердце слабое.

– До сих пор вы не жаловались, что у вас слабое сердце.

– До сих пор я и сам этого не знал.

Машины набирали обороты. Судно разворачивалось, оставляя за кормой зловещую морскую могилу – Три Скалы. На палубе гремели суетливые шаги, раздавались какие-то сердитые команды. Гуров напряженно вслушивался в какофонию звуков, чтобы не пропустить момент, когда бандиты возьмутся за них.

И этот момент очень скоро наступил.

– Кислород! Давай баллон с кислородом! – хриплым голосом проорал кто-то. – Сюда волоките! Аппарат? Аппарат у меня, ты баллон давай!

Было слышно, как по металлической палубе катят тяжелый баллон.

– Если кто-то попробует высунуться, – услышал вдруг Гуров спокойный баритон Даниила, – стреляете без предупреждения. И не дай бог, если вы вместо ментов мне кислородный баллон прострелите! Шкуру спущу!

Кто-то засмеялся.

– Не беспокойтесь, шеф! Мы себе такого не позволим – по баллонам. Мы представление имеем, как кислород взрывается.

Деловитый шум наверху еще продолжался, но голоса все разом вдруг смолкли. Гуров насторожился – это было слишком необычно, чтобы решить, будто это простая случайность. На палубе явно что-то произошло.

Пока Гуров раздумывал, не рискнуть ли и не попытаться ли выглянуть, как вдруг голос Даниила с беспокойством промолвил:

– Это что за чертовщина?! Ну-ка, кто там – дайте мне бинокль!

Но прежде чем ему успели дать бинокль, кто-то из команды невооруженным глазом оценил ситуацию:

– Облава, шеф! Менты на хвосте!

– Спокойно! – огрызнулся Даниил. – Откуда здесь менты?

Но паника на борту уже разгоралась. Откуда-то с кормы заорали истошно:

– Шеф, погоня! Катера!

– Откуда они взялись? – в бешенстве обронил Даниил, но тут же взял себя в руки и скомандовал: – Всем сохранять спокойствие. Люк пока отставить. Надо прикончить ментов. Дудник, возьми двоих, наденьте жилеты и замочите этот балласт. По возможности тише.

– Под пули предлагаешь подставляться? – мрачно спросил в ответ Дудник.

– А ты что предлагаешь – чтобы нас всех к стенке поставили? – с бешенством спросил Даниил. – Делай, что говорю!

Он еще хотел что-то сказать, но тут опять над палубой пронесся крик:

– Подходят! Сигналят, чтобы остановились! Что делать, шеф?

– Полный вперед! – заорал Даниил. – Не сбавлять хода, пока я не прикажу!

Он куда-то пошел – быстрым тревожным шагом. На палубе вдруг опять воцарилась тишина. Гуров решил – пора.

Он вынырнул из люка. Несколько человек из команды толпились у борта, угрюмо глядя на воду, по которой, взбивая буруны, гнал остроносый катер, набитый людьми в черной форме. В нескольких метрах валялись голубой кислородный баллон, аппарат для сварки и рукавицы. Прямо возле баллона спиной к Гурову стоял человек с автоматом, который, видимо, должен был присматривать за трапом. Теперь он, постукивая автоматом по бедру, с большим любопытством тоже смотрел на море. Больше никого поблизости не было.

Вдруг из-за надстройки с мрачными лицами выскочили двое в бронежилетах, кинулись к трапу и увидели Гурова. Их глаза встретились. Гуров понял, что сейчас начнется стрельба, и, выпустив короткую очередь поверх голов, нырнул обратно в люк.

К его удивлению, выстрелов в ответ не прозвучало. Зато с моря донеслось многократно усиленное мегафоном предостережение:

– Немедленно остановитесь! Береговая охрана! Немедленно остановитесь! В противном случае применим оружие!

Неожиданно разом смолкли машины в трюме, и в наступившей тишине стал отчетливо слышен рокот катеров по оба борта.

– Решили сдаться? – возбужденно спросил Крячко.

Гуров не ответил. Он сомневался, что Даниил решит так легко сдаться. Слишком много компромата было у него на борту. Гуров сжал зубы и решительно выскочил на палубу. Крячко, не раздумывая, устремился за ним.

Никто по ним не стрелял и даже не пытался их задерживать. Людей, стоявших вдоль борта, охватила странная апатия. Они переглядывались между собой, в глазах их была тревога, но ни один из них не трогался с места. Гуров заметил, как кто-то из матросов украдкой уронил в воду пистолет.

Они с Крячко, держа автоматы наготове, быстро осмотрели палубу. Никого из тех, кого можно было считать ключевой фигурой, рядом не было.

– Куда они все попрятались? – удивился Крячко.

Вдруг новый раскатистый звук возник в воздухе, и в небе появились два тяжелых вертолета, которые шли прямым ходом на судно.

– Ну все, хана! – безнадежно произнес кто-то у борта. – Приплыли, братва! Это спецназ. Щас форменная зачистка будет! Главное, почки берегите и голову!

Гуров и Крячко засмотрелись на вертолеты и не сразу заметили, как к ним подошел уже довольно пожилой человек с благородной осанкой и в капитанской фуражке. Деликатно кашлянув, он сказал:

– Капитан корабля Денисенко! Докладываю: хозяин судна намеревался его сейчас покинуть посредством погружения с аквалангом. Он и еще трое. В порядке сотрудничества с органами я взял на себя инициативу и запер их в каюте. Какие будут распоряжения?

Гуров с изумлением посмотрел на его серьезное лицо, на полные преданности глаза и невольно расхохотался.

– Быстро ты, капитан, перековался! Молодец! – ответил за него Крячко. – А главное, вовремя – сейчас уже вертолеты зависнут.

Вертолеты действительно снижались. Один из них оказался прямо над головами Гурова и Крячко, и оттуда на специальных тросах посыпались вниз люди – глухие шлемы, бронежилеты, отсвечивающие матовым блеском автоматы. В одну минуту они были окружены и взяты под прицел.

Гуров и Крячко осторожно положили к ногам свое оружие, подняли вверх руки. Пожалуй, их бы еще и уложили лицом вниз на грязную палубу, но в этом момент совсем рядом раздался знакомый насмешливый голос: