Рассказы - Роберт Альберт Блох

Позже я узнал, что он пробыл в городе только неделю, останавливаясь якобы в отеле с тремя другими мужчинами, ни один из которых впоследствии не был задержан.

Но Джо Регетти был в моей голове совершенно неизвестным фактором до той ночи, когда я оставил вечеринку Тарлтона в его доме на Сьюэлл-стрит. Это было одним из немногих приглашений, которые я принял в прошлом году. Тарлтон позвал меня, и так как он был моим старым другом, я пришел. Это был приятный вечер. Там были психиатр Брент и полковник Уоррен, а также мои старые товарищи по колледжу, Гарольд Гаукранд и преподобный Уильямс. После достаточно приятного вечера я ушел, планируя, как обычно, вернуться домой.

Вечер выдался прекрасным — с мертвой луной, обернутой в пелену облаков, плывущих в лиловом небе. Старые дома выглядели при мистическом лунном свете как серебряные дворцы; пустынные дворцы на земле, где мертво все, кроме воспоминаний. К полуночи улицы Аркхэма опустели, и над всем нависло вековое очарование прошедших дней. Деревья устремили витые макушки в небо и стояли маленькими группками, как заговорщики, пока ветер нашептывал что-то таинственное в их ветвях. Это была ночь, вдохновляющая на фантазии и творческую лихорадку, что я так любил.

Я шел медленно, довольный, мысли мои текли свободно и были далеки отсюда. Я Не увидел машину, ехавшую за мной, или человека, скрывающегося в темноте. Я прогуливался мимо большого дерева перед домом Картера, как вдруг, без предупреждения в голове у меня вспыхнули огненные шары, и я упал без сознания в чьи-то руки.

Когда я пришел в себя, то уже находился в том подвале, лежа на скамейке. Это был большой и старый подвал. Куда бы я ни глянул, везде был камень и паутина. Позади находилась лестница, по которой меня сюда принесли. Слева располагалась комнатенка, напоминавшая овощной погреб. У дальней стены справа я различил очертания угольной кучи, хотя печи не было.

Прямо передо мной располагался стол и два стула. На столе стояла масляная лампа и карты, разложенные для пасьянса. На стульях сидели двое мужчин. Мои похитители.

Один из них, большой рыжий мужчина со свиной шеей, сказал:

— Да, Регетти. Мы с ним легко справились. Следовали за ним из дома, как вы сказали, и схватили его возле дерева. Сразу привезли сюда — никто ничего не видел.

— Где Слим и Грек? — спросил мужчина, раскладывавший пасьянс, и поднял взгляд.

Он был маленьким, худым и бледным. Темные волосы, смуглый цвет лица. Я решил, что он итальянец. Наверное, их вожак. Конечно, я понял, что меня похитили. Где я оказался или кем были мои похитители, я не мог сказать. В моей пульсирующей голове прояснилось, и мне хватило ума не шуметь, чтобы не вызвать неприятности. Это были не местные — одеты не так — и темный карман пальто мужчины зловеще оттопыривался. Я решил прикинуться спящим и подождать развития событий.

Человек со свиной шеей ответил на вопрос:

— Я сказал Слиму и Греку возвращаться в отель на машине, — сказал он. — Как вы приказали, босс.

— Хорошая работа, Полак, — сказал второй мужчина, зажигая сигару.

— Я стараюсь для вас, Джо Регетти, — сказал здоровяк на ломаном диалекте.

— Да. Конечно. Знаю, — ответил смуглый Регетти, — Просто продолжайте, и все будет как надо, понятно? Как только я похищу еще несколько этих птичек, мы уберемся. Все местные копы упрямы, и как только я выйду на несколько этих старых семей, мы будем регулярно получать доход.

— Прошу прощения, — сказал я.

— О, проснулся? — худой итальянец за столом не пошевелился. — Рад это слышать. Извините, что ребята обошлись с вами грубо, мистер. Просто сидите тихо и все будет хорошо.

— Рад это слышать, — саркастически ответил я. — Видите ли, к похищениям я не привык.

— Ну, позвольте мне это решать, — сказал Джо Регетти. — Я растолкую, что к чему.

— Спасибо, — ответил я. — Уже понял. Я указал на верёвки, что связывали мои руки и ноги.

— А вы с чувством юмора, а? Ладно. Надеюсь, мы встретимся по поводу выкупа с вашими друзьями после того, как они получат написанное мной письмо, или возможные последствия будут не такими смешными.

— И что дальше? — спросил я, отчаянно надеясь, что появится что-то, позволяющее узнать больше.

— Довольно скоро вы увидите, — сообщил человек. — Во-первых, я собираюсь пробыть с вами до конца ночи.

Лицо поляка побледнело.

— Нет, босс, — взмолился он. — Вы здесь не останетесь.

— Почему нет? — жестко прохрипел Регетти. — Что с тобой, Полак — сделался желтым, а?

— Нет, — заскулил мужчина. — Но вы знаете, босс, что произошло здесь раньше — как нашли ногу Тони Феллипо, лежавшую на полу без тела.

— Хватит сказки рассказывать, — хмыкнул Регетти. — Меня тошнит от вас, мужланов с этими вашими штучками.

— Но это правда, босс. Никто никогда больше не нашел старого Тони Феллипо — только его ногу на полу в подвале. Вот почему его банда убралась так быстро. Им тоже не хотелось умирать.

— Что ты имеешь в виду? — раздраженно прорычал Регетти.

Лицо поляка побледнело, а его голос опустился до шепота, смешанного с темнотой погреба; тень голоса в тени мира.

— Об этом все говорят, босс. Этот заколдованный дом — может, как дом с привидениями. Никто не заставлял Тони Феллипо идти в это место — этот парень был слишком умен. Но однажды ночью он сидел здесь один, и что-то явилось из-под земли и сожрало его целиком, всего, кроме ноги.

— Ты заткнешься? — оборвал его Регетти. — Это просто чушь. Какой-то умник прикончил Феллипо и избавился от тела. Оставил только ногу, чтобы напугать остальных людей из его банды. Болван, ты хочешь сказать, что его убил призрак?

— Да, точно, — настаивал поляк. — Человек не убивал Тони. Во всяком случае не так, как вы сказали. Ладно, ногу-то нашли, но весь пол был залит кровью с клочками кожи. Ни один человек не убьет человека так — только призрак. Или, возможно, вампир.

— Чокнутый! — Регетти презрительно закусил сигару.

— Может и так… Но посмотрите, — поляк указал толстым пальцем на пол и стены подвала слева. Регетти взглядом последовал за ним. Действительно, там была кровь — большие, ржавые пятна крови, забрызгавшие весь пол и стены, словно краска на полотне безумного художника.