Корабль мертвецов - Юлия Жаркова

Он протянул нам портальный амулет. Я, осчастливленная обещанием скорого отдыха и возможностью убраться наконец из этого проклятого дома, повисла на локте у Макса. Ему, конечно, и так было нелегко: картина, амулет, а к ним прибавилась еще и девица в полуобмороке, но он героически доволок нас через портал до моего дома. Переместил на кухню, усадил меня на один стул, а картину примостил на второй, прислонив к спинке.

— Предлагаю устроить здесь временный штаб, — бодро заявил он, — но после того, как хотя бы несколько часов поспим! Столько всего произошло, а во сне мысли упорядочатся, может, получится понять хоть что-то.

— Спать будем в штабе? — попыталась пошутить я, но голос дрожал, а тон вышел похоронным.

— Нет, — покачал он головой. Я зажмурилась: у меня от его движения в головушке поплыло. — Просто на меня напала скромность, не к месту, вот и решил не тащить девицу без сознания в спальню.

— Девице, то есть мне, в данный момент всё равно, куда и как тащат, главное — направление с ориентирами: подушка и одеяло! — уверила я его. — Перемести, будь добр, в коридор второго этажа, я сама не дойду, там лестница высокая, столько ступеней…

Это последнее, что я запомнила из объективной реальности. Как Макс справился с несчастной девицей, то есть со мной, не имею понятия. Я изволила дрыхнуть с полной самоотдачей.

Разбудили меня шаги и скрип половиц за дверью спальни. За окнами разливались вечерние алые сумерки в кружеве дымчатых лёгких облаков. Как только сонная хмарь отступила, реальность злорадно высыпала мне на голову все распрекрасные воспоминания о произошедшем в доме Волкова. Из кровати меня словно ураганом сдуло. В рекордные сроки я привела себя в пристойный вид, переоделась в удобные брюки и тунику, выудив их из чемодана, который до сих пор так и стоял в не разобранном виде, и, пообещав непременно разложить вещи, как только выпадет свободная минутка, вышла из спальни. С каждым шагом моё и без того дурное настроение, воцарившееся в душе после пробуждения, неуклонно опускалось ниже. Воспоминания о мертвеце и состоянии мамы Алины погребли под обломками мой обычный утренний оптимизм. Не с грохотом рухнувшей в доме Волкова мебели, но тоже звучно. Мне стало тоскливо и очень одиноко, хоть вой на одинокий свечной фонарь, зажжённый и висевший на стене. По пути вспомнила, что меня разбудили шаги, а в доме вместе со мной был Макс, и прислушалась, пытаясь понять, где он обретается.

Шум теперь доносился из комнаты напротив картины, висевшей на стене. Хм, логично, любопытство парня обуяло. Застыв в дверях, я увидела Макса. Он снял вторую картину со стены и приставил обе к стеночке на полу.

— Сергей сообщил нечто интересное, помимо осмотра дома Волкова, он успел собрать нужную информацию, — сказал Макс, стоя ко мне боком и потирая подбородок пальцами.

— О бывшем владельце дома? — заинтересованно встрепенулась я, с нетерпением ожидая ответа.

— Да, как ни странно, но им оказался погибший капитан корабля теневого флота! Павел Викулин, сорока лет, семьи у него не было. Жил тихо, характер необщительный, по словам сослуживцев, кардинально менялся, едва ступив на палубу корабля. Мастерски управлялся и с кораблем и с командой. Начинал с младшего помощника, но быстро дослужился до капитана, около дюжины лет назад и сразу перешел в теневой флот, — многозначительно сказал Макс и повернулся ко мне лицом.

— Чего? — я решила, что ослышалась, и замотала головой. — Не бывает таких совпадений!

— Не в этом случае, — ухмыльнулся Макс. — И, судя по рассказам бывших коллег и знакомых, он рисовал картины в свободные от плавания по морям и океанам дни. Таковых было около двух дюжин, поэтому коллекция вышла не слишком впечатляющей, и Павел их почти никому не дарил. Кстати, в противоположном конце коридора тоже картина его кисти. Мрачноваты они, и техника мазка начинающего художника, но нас больше интересует не это…

— Меня так точно, — горячо заверила я и подошла к парню, осматривая картины. — Живопись не входит в число моих увлечений. Макс, ты не понял принцип их действия?

— Нет, видимо, он экспериментировал, отпечатки магии заметны на рамах и задниках холстов. Заклинание он придумал сам, на основе обычного портального, но что ещё в него вплетено, не могу понять, не от чего оттолкнуться, опыт перемещения при этом мало помогает, — он присел на корточки.

Я провела пальцами по раме одной из картин, с луной-светильником, вторая меня пугала до дрожи, особенно в свете последних событий. Обнаружила знакомое заклятие портальной магии и не только… Да, Макс прав, перемещение шло с заданным направлением, но не так, как это принято делать обычно, а статично, с привязкой к другому объекту — предположительно ко второй картине. Но что же запускает процесс перемещения? Вроде бы все просто, а на поверку портал на картине откликаться не желал…

— Я тут бутерброды сделал и кофе, — проникновенно поведал Макс с интонациями уличного зазывалы. — Твоя кухня полна сюрпризов, для разнообразия приятных.

— Что-то аппетита нет, — глухо ответила я, к этому моменту, под гнетом реальности, я передвигалась сгорбившись и чувствовала себя прескверно. — Об убийстве Сергей ничего нового не сообщил?

— Причина смерти — остановка сердца, — вздохнул Макс. — Что его спровоцировало неустановленно, м-да. Понятно, что без магии не обошлось, доказать это уже практически невозможно.

— Я даже представить не могу, каким образом возможно настолько качественно почистить следы такого лютого магического воздействия, и охранку заглушить? — покачала я головой.

— Сергей прав, за всем этим бардаком стоит сильный, умелый и беспринципный злодей — кукловод. Он держал Волкова на поводке подчинения, а тот, в свою очередь, на том же заклятии свою жену, не стесняясь, выкрутив его на максимум. Поганая история, а сегодня, по неизвестной нам причине, кукловод, не задумываясь, убил Волкова, — Макс встал и отряхнул пыль с ладоней.

— Для чего Волкову был нужен этот брак? И как в это вписывается проклятие Алины, плачевное состояние Найры, зачем так жестоко с ними поступать? И для чего именно Волков разыскивал девушку? Не для того же, чтобы проверить её самочувствие? Проклятие снять невозможно, с его-то предусмотрительностью. Ведь лекарства без старинных рецептов и трав Края чёрных туманов не приготовить, а эти истории, как и история о рецептах лекаря, давно перекочевали в разряд завиральных легенд. В них могла поверить только девушка на грани смерти, поверить настолько, что добилась своего. Но какие тогда предположения есть ещё?