Свинцовое ожерелье - Владимир Колычев

Кирилл промолчал. Он плотно сомкнул губы, крепко сжал руль.

– Ты что, откажешься от меня, если я выберу Клима?

Лия удивлялась самой себе. Она должна думать о благополучии своей семьи, о муже, дочери, наотрез отказаться от Кирилла. А ей вдруг вздумалось осуждать его за нерешительность. Взыграл авантюрный дух. Может, она уже сошла с ума? Что ж, хорошо, если так.

– Я не смогу от тебя отказаться, – выжал из себя он.

– Тогда похищай меня и ни о чем не жалей. – Лия улыбнулась.

Она знала, что и сама не будет ни о чем жалеть.

Время позднее, половина десятого, а Лии все нет. И телефон не отвечает. Он отключен или находится вне зоны действия сети.

Клим связался с магазином, который работал до полуночи.

Ему ответила администраторша:

– Я вас внимательно слушаю, Евгений Климентьевич. – Голос приятный, с эротическим оттенком.

– Лия Викторовна где?

– Я не видела ее сегодня.

– Она вообще у вас не была?

– Подъезжала. Машина ее здесь стоит.

– А где она сама?

– Не знаю, я не видела.

– А машина где стоит? В камеру наблюдения она видна?

– Да, видна.

– Подготовьте запись. Я сейчас у вас буду.

Через двадцать минут Клим вошел в магазин. Охранник его узнал, сказал, что подготовил запись к просмотру. Он даже вывел на монитор тот момент, когда Лия выходила из машины.

Клим видел, как она разблокировала место, припарковалась. Лия выходила из авто, когда ее кто-то окликнул. Клим видел, как вытянулось ее лицо. Человек, к которому она обернулась, в объектив не попал, но можно было сделать кое-какое предположение. Лия как завороженная шагала к этому человеку. Ушла и не вернулась. Неужели Кирилл?

Еще через пятнадцать минут Клим вошел в квартиру своей дочери. Арина и Костя сидели в обнимку на диване перед телевизором, смотрели фильм в отличном качестве, хрустели попкорном. Звук долбил по ушам не по-детски. Если бы Клим позвонил, то они просто не услышали бы. Но у него был свой ключ.

Он взял пульт, выключил телевизор, подождал, пока молодые перенесутся в жестокий реальный мир романтики.

– Где мама? – спросил Кирилл, сурово глядя на дочь.

– А что с ней?

– Вот я и спрашиваю! А куда подевался твой чертов отец? – озлобленно проговорил он Косте.

– Не знаю. А что случилось-то?

– Звони ему!

Костя попытался связаться с Кириллом, но телефон не отвечал. Лия тоже молчала.

– Ты все знаешь! – Клим гневно посмотрел на дочь.

– Что я знаю?

– А где «папа»? Почему ты не назвала меня так? Рассказала матери?

– Ничего я не рассказывала.

– Мы не говорили! – Костя мотнул головой.

Клим глянул на него с ненавистью, но ничего не сказал, сдержался. Надо было брать себя в руки и делать вид, что никакой беды не случилось.

– Точно ничего не говорили?

– Нет. – Костя растерянно посмотрел на него.

– Да? Значит, показалось.

Он ушел не прощаясь. А по пути позвонил Хворосту. Может, и туго у него с деньгами, но он готов был отдать последнее, лишь бы наказать Кирилла. Тем более что Хворост рвался в бой. Люди у него были наготове.

Да, Хворост соберет бригаду и отправит на Излом. Клим сам возглавит эту команду. Он своими руками пристрелит Кирилла. И сожжет его. Может быть, вместе с Лией.

Ночь была звездная, тихая, теплая. Луна качалась на черной воде. Кирилл и Лия стояли на мостках, слушали лягушечий хор.

– Я всю жизнь тебя ждал и знал, что ты рано или поздно вернешься.

Он не мог ехать на Излом, рисковать жизнью. Кирилл дал бы бой Климу, если бы тот попытался свести с ним счеты, но Лия не должна была пострадать.

Он выбрал гостиницу, которая стояла на берегу озера. Они были далеко от Излома, но мысленно находились на той самой пристани, к которой Лия собиралась причалить.

– Но ты же думал, что я сгорела. – Она высвободилась из-под его руки, зашла сзади, обняла и крепко-крепко прижалась к нему всем телом.

– Думал. Потому и дом на пепелище поставил. Все ждал, когда ко мне привидение пожалует. А оно так и не появилась. Тогда я стал подозревать, что ты жива. А потом мне сказали, что видели тебя.

– Значит, ты знал, что я жива.

– Хотел в это верить. Потом появилась твоя… наша дочь. Я думал, что окончательно спятил. Без тебя моя жизнь шла как в бреду.

– Но теперь мы вместе.

– Да, я живу по-настоящему.

– Никто нас не разлучит. Но Арину оставь Климу. Она наша с тобой дочь, но он очень ее любит.

– Он и тебя любит.

– Он жестоко меня обманул. Я ему этого не прощу. Что-то мне холодно.

Кирилл отреагировал мгновенно, развернулся к Лие, подхватил ее на руки, по тропинке понес к домику. Он уже вошел в номер, когда в голову ему выстрелила тревожная мысль. А вдруг Клим уже отправил по их душу своих головорезов и наемники уже в номере?

Но там никого не было. Никто не помешал им рухнуть в смятую постель. От Лии головокружительно пахло желанной женщиной, и она была такой доступной. Кирилл даже не чувствовал под собой кровати. Он тонул в теплой, благоухающей трясине удовольствия вместе с любимой женщиной. Теперь она принадлежала ему, а Клим пусть идет к черту!

Тревога, ночной выезд, бешеная гонка по шоссе. Под рукой у Лехи прежняя команда – Федот, Сэм и Борман. Всем им предстояло вернуть себе доверие босса, и они готовы были рвать и метать.

Напрягало только присутствие заказчика, крутого на вид перца с лысой головой и жестким, холодным как лед взглядом. У Ефимцева была своя машина, он мог ехать сам, со своим водителем, но нет, ему понадобился Леха. Тому приходилось слушать этого мужика.

– Так тебя, значит, Бочаров повязал? – В словах заказчика звучало сомнение.

Облажался Леха в прошлый раз, как теперь ему можно доверять?

– Он со спины зашел. Там у него ловушки были, все дела. Но сейчас этого нет. Я знаю, как через ловушки пройти. Мы даже забор пропилили. На сей раз Бочаров от нас не уйдет.

– От местных он ушел.

– От Динцова, – подтвердил Леха.

– А как Бочаров его людей мочил, видел?

– Слышал.

– Он потом в Горхов поехал, к Динцову.

– Так мы его пасли.

– Валить надо было Динцова.

– Приказа не было.

Такое распоряжение поступило только сейчас, и Леха рвался в бой. Он докажет, что не по зубам Бочарову.