Отведи удар - Эрл Стенли Гарднер

— Он только недавно узнал, где я работаю, — засмеялся я. —Мы с Джоном знакомы уже много лет.

— Но Джон не мог ничего говорить вам об этом, — решительновозразила она. — Потому что он не знал об этой Харрис. И я никогда в жизни еене видела.

— Вы в этом уверены? — спросил я.

— Ну конечно.

— Это очень странно. Ведь она выступала в «Голубой пещере»,где вы работали метрдотелем.

Женщина затаила дыхание.

— Я хочу выяснить это для нашей газеты. Мне бы не хотелосьдопустить ошибку и написать какую-нибудь глупость.

Ее глаза сузились.

— Вы лжете! Вы не знаете Джона Харбета, — сказала она.

— Ну что вы говорите, — рассмеялся я. — Мы с Джоном воттакие друзья. — Я крепко сплел пальцы рук.

— Убирайтесь отсюда, — сказала она низким хриплым голосом. —Убирайтесь оба!

Я сел на стул и кивнул Берте:

— Садитесь, пожалуйста.

— Я же сказала, чтобы вы убирались, — повторила женщина.

— Садитесь и успокойтесь. Мы хотим задать вам нескольковопросов.

— Кто вы такие? — взвизгнула она.

— Мы детективы.

Женщина упала на стул, словно у нее подкосились колени.Теперь она смотрела на меня глазами, полными отчаяния.

— Это было довольно длинное и скучное расследование, Фло. Номы уже распутали дело почти до конца. Вы жили в Сан-Франциско в одной комнате сАмелией. Она рассказала вам историю своей жизни, а после того, как она вышлазамуж за Вилмена, вы завладели ее бумагами. Может быть, она оставила вамчемодан с документами, а может быть, вы их просто украли — во всяком случае,они оказались у вас.

— Это ложь!

— Недавно, — продолжал я, — политическим кругам, которыеконтролируют Санта-Карлотту, понадобилось найти миссис Линтиг. К делу привлекливас, пообещав хорошо за это заплатить. Вы не смогли найти Амелию Линтиг — то лиона умерла, то ли уехала из Штатов. Но зато вы убедили этих людей, что можетесыграть ее роль. Ведь вы знали всю ее подноготную.

Но сначала вам нужно было кое-что проверить. Вы были оченьблизки с Эвелин Харрис, с которой вместе работали. И вы устроили так, что еепослали в Оуквью на разведку. Вам очень хотелось, чтобы она собрала всефотографии Амелии Линтиг, которые окажутся в городе.

— Да вы с ума сошли! — воскликнула она.

— Продолжим. Эвелин Харрис вернулась с фотографиями, но онаоказалась слишком любопытной. Она была мошенницей, и к тому же очень жадной. Попути в Оуквью был поврежден ее чемодан. Она знала, что вы никогда не разрешилибы ей требовать возмещения убытков — ведь вы боялись, что ее найдут. Но она, непосоветовавшись с вами, подала иск. А потом вы узнали, что ее выследили. Этосоздавало массу неудобств.

Инструкции вам давал Джон Харбет, и вы пришли к нему засоветом. Он знал об Эвелин Харрис все. Когда он только начал искать Амелию,след привел его к вам. Потом он пришел на вас посмотреть и околачивался в«Голубой пещере». Он стал приятелем Эвелин. Он же ее инструктировал передпоездкой в Оуквью.

— Это ложь, — сказала она бесцветным, словно неживымголосом. — Нет, не ложь. Это правда. И это можно доказать. Ну вот. А когдаЭвелин Харрис сделала глупость, потребовав от железнодорожной компаниивозмещения убытков, Харбет взорвался. А потом Эвелин попыталась сунуть нос вдело. Она потребовала денег за то, что будет молчать, и поэтому ее нашлизадушенной в постели. Теперь ваше слово, Фло Данцер.

Она медленно пошла на меня:

— Убирайся отсюда, проклятый ублюдок, или я выцарапаю тебеглаза. Я исцарапаю тебе лицо. Я…

Большая рука Берты Кул мелькнула в воздухе. Она схватила Флоза волосы, рывком откинула ей голову назад и сказала:

— Заткнись, или я вобью твои зубы в глотку! Садись на стул ине прыгай! Вот так-то лучше.

Берта отпустила волосы женщины. Некоторое время они смотрелидруг на друга. Потом Берта сказала:

— Я могу быть такой же грубой, как и ты. Но у тебя толькотолстый живот и ничего больше. А я действительно сильная.

— Все это проклятое вранье, — сказала Фло Данцер. — Нозвучит складно. По-моему, это вымогательство. Что вам нужно?

— Не езди в Санта-Карлотту, — сказала Берта Кул. — Не делайничего…

— Подождите минутку, — перебил я. — Это дело вСанта-Карлотте в любом случае окончено. Мы докажем, что она лжет, через пятьминут после того, как она сделает заявление. А сейчас нам нужно, чтобы онарассказала об убийстве.

— Что вам от меня нужно? — спросила она.

— Факты об убийстве Харрис. Нам нужно все, что вы об этомзнаете. Она расхохоталась, и я увидел в ее глазах явное пренебрежение.

— Попал пальцем в небо, — сказала она. — Ты чертовски хорошоблефуешь, но ничего у тебя не выйдет. Вы добились только одного — я несобираюсь подставлять шею в Санта-Карлотте. И Джону Харбету придется уехать безменя. Что до всего остального, то вы крепко промахнулись. А если вы думаете,что я не знаю, что делаю, побудьте здесь еще, а я вызову полицию.

— Вряд ли вам стоит вызывать копов, — усмехнулся я.

— Это показывает, как мало вы об этом знаете. Если бы выдождались, пока я поеду в Санта-Карлотту и сделаю заявление для «Курьера», апотом исчезну, вам было бы что повесить на меня, и…

— Вы собирались исчезнуть? — перебил я.

— Конечно, собиралась, — издевательски усмехнулась она. —Для толкового сыщика ты чертовски слабо разбираешься в некоторых вещах. Я же немогла допустить, чтобы меня увидел доктор Альфмонт. Он бы сразу понял, что я неАмелия. Я должна была рассказать мою историю газетчикам, добавив, что у меняназначена встреча с доктором Альфмонтом, и после этого исчезнуть. Это выгляделобы так, будто меня кокнули, а улики указывали бы на Альфмонта. Пока бы онотбивался, мы собирались повесить на него убийство Эвелин Харрис. Свидетельницаопознала бы его — и дело в шляпе. Сначала общественное мнение разделилось бы вспорах, убил он меня или нет. Но когда к этому прибавилось бы дело Харрис, унего не осталось бы никаких шансов. Вот и все об этом. Альфмонт убил Эвелин. Ядумаю, они будут квалифицировать это как убийство при отягчающихобстоятельствах. Он пытался получить от нее какие-то сведения, а она непризнавалась. Это и привело его в ярость. Так что не обманывайте себя насчетдоктора Чарльза Лоринга Альфмонта. Он убийца. Я и сама не ангел, но я не сталабы покрывать убийцу. Если бы вы подождали до середины дня, вам было бы в чемменя обвинить. А так я чиста. Ни черта вы мне не сделаете. А если вы сейчас жене уберетесь, я вызову копов.